«Вечный шутер» и честное признание

Самое принципиальное, что прозвучало: Vanguard позиционируется как «forever shooter». Не сервис-игра с сезонными пропусками. Не extraction-шутер, который через полгода обрастает батл-пассами и бессмысленными лидербордами. А проект, построенный по модели самой EVE Online — игра, которая живёт за счёт комьюнити, а не за счёт того, что разработчики раз в квартал подбрасывают новый контент.

И тут студия сделала нечто не свойственное для индустрии — открытым текстом признала: наша команда слишком мала, чтобы тягаться с грандами ААА-проектов. Вместо контентного конвейера сделана ставка на эмерджентный геймплей. PvP с реальными ставками, экономика с ощутимыми последствиями, интеграция с живой вселенной, которая сама генерирует поводы зайти в игру. Формулировка буквальная: «убивать с целью», а не гриндить ради полоски прогресса.

Стратегия строится слоями. Первый — это ядро: extraction-шутер с циклом «десант, разведка, рейд, эвакуация». Второй — это песочница: экспедиции, вендоры, разнообразие стилей. Третий — глубокая интеграция с EVE Online: общие военные кампании и кросс-экономика. Принципиальный момент — это то, что каждый следующий слой возводится только после того, как предыдущий доведён до ума.

После DUST 514, где амбициозная концепция утонула в кривых шутерных механиках ещё на старте, этот подход выглядит как прямой урок из прошлого. Сначала сделай хороший шутер, а потом навешивай ММО-механики.

Экономический мост: контрабанда и мутаплазмиды

Едем дальше. Если «вечный шутер» — это философия, то экономический мост — её конкретная реализация, и вот тут кейноут выдал действительно интересную вещь.

Когда в EVE Online уничтожают корабль, его модули падают на поверхность и становятся «свалкой». Игроки Vanguard могут десантироваться, рейдить эту свалку и лутать контрабанду — модули, потерянные капсулирами в конкретном бою.

Ключевой нюанс: лут привязан к конкретной звёздной системе. Прошла масштабная битва с уничтожением дорогих кораблей, то свалка в этой системе набито ценными модулями. Разработчики сравнили это с нераспакованными пачками карточек — ценность определяется покупателем, который знает, какие именно корабли были уничтожены. Это создаёт динамическую географию ценности: варклоны мигрируют к горячим точкам вслед за космическими битвами.

Вспоминаю, как в пятнадцатом году мы с Eastern Cartel выволакивали полтора миллиарда иска из брошенного ПОСа в вормхоле. Охотничий азарт, когда ты знаешь, что где-то лежит чужое добро, а тебе нужно лишь добраться и вытащить. Если Vanguard сумеет воспроизвести это ощущение через FPS-призму, то будет неплохо.

Лут варклоны обменивают у капсулиров на мутаплазмиды, которые являются ключевым ресурсом для случайного переназначения характеристик модулей оружия. Принципиально: студия сознательно отказалась от исков как средства обмена. Опыт DUST 514 показал, что масштабировать экономику пехотинца до уровня командиров капитальных кораблей невозможно без того, чтобы сломать обе стороны. Вместо этого придумали бартер эксклюзивными ресурсами. Варклоны зависят от капсулиров, капсулиры зависят от варклонов. Замкнутый цикл, работающий без вмешательства разработчиков.

На бумаге получается красиво. Как это будет работать, когда придут боты и мультибоксеры — это вопрос другой.

Лор: боевые варклоны, Бессмертный и протокол Немезида

Нарративный фундамент оказался глубже, чем обычно ожидаешь от extraction-шутера. Сюжет продолжает линию DUST 514: варклоны стали слишком сильными, их уничтожили, сознания заперли в дата-банках. Далее на сцену выходит персонаж по имени Бессмертный — тот самый the Deathless, знакомый игрокам EVE Online. Он нашел джовианскую технологию клонирования, создал платформу с аугментацией, нашёл дата-банки с законсервированными варклонами и попытался подключить их.

И совершил, прямо скажем, классическую ошибку злодея. Пробудившиеся разумы оказались демонами, которых он не в состоянии ни понять, ни контролировать. Элитные убийцы и воины со всех империй. Мстительные. Не способные к подчинению. Кто бы мог подумать, что будить боевых клонов из всех фракций это плохая идея.

Варклоны вырвались из точки контроля — так называемого «Фулькрума» — и основали три столпа своей независимости. Авалон это боевая баржа, физический дом. Резонантный сад, который представляет собой распределённый дата-банк, где хранятся их сознания. И гармонические мосты — украденные и переделанные промышленные телепортеры Upwell, позволяющие десантироваться на планеты.

Главным антагонистом является AEGIS, тайное подразделение CONCORD. Разработчики прямо называют его «космическим ЦРУ». AEGIS активировал протокол Немезида: ИИ, вживлённый в боевые машины. Эти конструкции являются финальными боссами, «драконы, которых предстоит убить». Каждый десант варклона на планету запускает гонку со временем: дистресс-сигнал уходит к AEGIS, и если не эвакуироваться, то гармонические мосты уничтожат с орбиты, а Авалон будет вынужден улететь из системы.

И вот что здесь интересно: нарратив определяет механику, а не наоборот. Почему каждое развёртывание — гонка со временем? Потому что AEGIS охотится на вас. Почему контрабанда это не абстрактный лут? Потому что это реальные потери реальных капсулиров. Лор не приклеен сбоку, он несущая конструкция.

Фракционное оружие: Минматар против Амарр

Переходим к оружию. Тут Fenris показала подход, который мне лично нравится. Это не просто разные скины — это разные философии.

Оружие Минматар — Minmatar SMG — намеренно грязное, тяжёлое, в царапинах. Сломалось? Откручиваешь болты, чинишь изнутри. Минматарская инженерия: грубая, функциональная, ремонтопригодная. Все как в EVE Online, где минматарские корабли летают «на скотче и молитвах», и это перенесли в шутер один в один.

Амаррская лазерная винтовка полная противоположность этому. Разработчики сравнили её с продукцией Apple: закрытая архитектура, гладкий корпус, никакого доступа к внутренностям. Если сломалась, то покупай новую за двойную цену. Механика уникальная: система перегрева и перезарядка кристаллами вместо магазинов. Боковые плавники раскрываются, отстреливают использованный кристалл, загружают новый. Будет в двух вариантах — импульсная и лучевая DMR.

Калдари тоже получат своё оружие: их фракция первой завершила военную кампанию, и студия объявила, что следующий комплект будет калдарского происхождения. Обратите внимание на деталь: контент определяется действиями игроков в рамках кампаний. Не роадмапом маркетингового отдела, а тем, какая фракция победила.

Одна вселенная — одна война

One universe, one war — фраза, которую повторяли на кейноуте снова и снова. За ней стоит конкретная механика: игроки обеих игр участвуют в одних и тех же военных кампаниях. Варклоны вступают на службу конкретной империи, выполняют наземные задания, и их прогресс двигает ту же кампанию, которую продвигают капсулиры в космосе. Интерфейс показывает статус задач обеих сторон в реальном времени.

По мере продвижения кампании меняются «состояния мира»: появляются редкие вендоры, меняется эффективность производства, открываются нарративные экспедиции, корректируются модификаторы карт. За личные достижения варклоны получают апгрейды, чертежи, фракционные варианты оружия, косметику. Один из примеров — ключ-карта для секретного минматарского лаунжа.

Что действительно важно — результаты кампаний формируют роадмап самой игры. Это не просто «игроки влияют на мир». Это игроки влияют на производственный план студии.

Уроки DUST 514

Технический блок был построен вокруг одного тезиса: не повторить ошибки DUST 514. Три ключевых решения. Первое — это PC как основная платформа. DUST 514 был эксклюзивом PS3, и это была стратегическая ошибка, которую студия признаёт открыто. Второе — это строгое следование базовой версии Unreal Engine без отклонений и самодеятельности. Третье — агрессивное стресс-тестирование инфраструктуры задолго до релиза.

Отдельно коснулись темы технологического моста. Интеграцию DUST 514 с EVE Online разработчики описывают как «собранную на верёвочке». Текущая инфраструктура строится на API и «Quasar connectivity», тестируется с двадцать второго года. Каждая операция — от First Strike до Avalon — одновременно плейтест и нагрузочный тест бэкенда.

Дорожная карта: Operation Avalon и дальше

Operation Avalon, запланированная на июль, является критическим этапом в дорожной карте Vanguard. Это переход от технических стресс-тестов к полноценному альфа-тестированию. Главная цель — отточить «первую минуту, первый час»: чтобы цикл «высадка — сбор данных — бой — эвакуация» работал без швов.

Для Avalon готовится новая карта Lost Convoy, наполненная каноничными элементами вселенной: орбитальные маяки, обломки кораблей, семь уникальных точек интереса, включая военный комплекс и командный блок. Нарративно операция завязана на противостояние варклонов и AEGIS: именно здесь запускается протокол Немезида. Центральная задача на карте — штурм топливной башни Upwell. За успешный рейд — ценный лут и фрагменты данных о секретном оружии AEGIS.

В ноябре дорожная карта предусматривает следующий шаг: наземные сражения Vanguard будут напрямую интегрированы в военные кампании EVE Online. Варклоны и капсулиры начнут выполнять общие боевые задачи, и прогресс обеих сторон будет влиять на состояние фракций в реальном времени. Это тот самый «one universe, one war», о котором говорили выше, но уже в конкретных сроках.

В планах — полноценный экономический мост, который разработчики называют «самым интересным элементом». Система контрабанды и бартер мутаплазмидами, о которых говорилось выше, станут стержнем кросс-экономики.

Что это всё значит

Кейноут Vanguard на Fanfest 2026 — это не столько презентация игры, сколько манифест. Fenris показала аудитории не список фич, а систему убеждений: почему extraction-шутер это правильный жанр для EVE, почему экономика важнее контента, почему лор должен определять механики.

Насколько эта философия переживёт столкновение с живыми игроками — пока вопрос открытый. Лично я в прошлом октябре зашёл в Vanguard на одном из тестов. Пять смертей от кемперов за сорок минут и весь мой энтузиазм испарился. Но это был пре-альфа, и если верить кейноуту, с тех пор переработали буквально всё, от ощущения оружия до ИИ противников. Так что посмотрим.

Экономический мост с контрабандой и мутаплазмидами выглядит элегантно, но его легко могут сломать боты. Слоёная разработка логична, но требует терпения аудитории, которая привыкла к постоянному потоку нового. «Вечный шутер» — красивая идея, но её ещё никто не реализовал в жанре FPS.

Тем не менее, впервые за три попытки — DUST 514, Project Nova, Vanguard — студия говорит не только о том, что она строит, но и почему. И это «почему» корнями уходит в двадцать три года управления самой сложной песочницей в истории индустрии.

Если кто-то и может сделать «вечный шутер», так это те, кто уже сделал «вечную ММО». Поживём — увидим.

Сообщение EVE Fanfest 2026. EVE Vanguard: третья попытка? появились сначала на Блог казуального геймера.

Три кита нового дизайна

Cradle of War стоит на трёх принципах, и за каждым стоит конкретная механика.

Elevating Eve. Не про графику, а про «более глубокие системы». На деле: военные кампании с реальными последствиями для мира, интерфейс Theaters of War для визуализации конфликтов по всей галактике и серьёзные инвестиции в ESI как платформу для сторонних инструментов. Последнее, кстати, мало кто заметил, а зря, потому как это задел на годы вперёд.

Impact from Day One. Суть: даже новичок, который ломает релик сайт в хайсеке, вносит реальный вклад в победу своей фракции. Разработчики формулируют это красиво: победа зависит «не только от солдат, но и от строителей, хакеров и торговцев». Звучит несколько пафосно, но механика действительно под это заточена.

Progressive Complexity. Вместо того чтобы выбросить новичка в открытый космос и помахать ручкой, сложность наращивают постепенно. Стартовое пространство, ачивки как навигатор, потом эсминцы для среднего уровня, и наконец командные кэрриеры для тех, кто дорос до управления флотом.

Exordium: безопасное пространство

Вот это, пожалуй, самое любопытное. Про Exordium я уже писал, на фанфесте рассказали больше.

Exordium это выделенный регион из пятидесяти трёх систем под управлением AIR и CONCORD. Первое по-настоящему безопасное пространство в истории EVE Online. Никаких варгдеков, никаких фракционных войн, никаких суицидников на гайках. Экономические лимиты не дают ветеранам превратить регион в зону безрискового фарма. Единственный выход наружу — старгейт в Yulai.

Вспоминаю свой первый заход в EVE в ноябре 2011-го. Три недели, за которые я так и не понял, куда лететь, что делать и зачем мне этот спредшит в космосе. Ушёл в SWTOR и вернулся только через четыре года. Если бы тогда существовал Exordium — может, история в 2011 году пошла бы иначе.

В центре региона — система Manifest, торгово-логистический хаб с AIR Trade Center, где новички покупают корабли, собирают фиты и осваивают рынок. Все новые капсулиры проходят через Exordium, так что Manifest автоматически становится социальным центром — местом, где формируются первые связи.

Вокруг Manifest расположены посольские созвездия четырёх империй. Каждое знакомит с культурой, технологиями и философией своей фракции. И вот что важно: в каждом посольстве установлен одноразовый шипкастер, один на персонажа. Нажал кнопку и тебя телепортирует на суверенную территорию империи. Exordium это мост, а не ловушка.

Из доступных занятий: майнинг, боевые сайты, исследование, фриланс-задания, хоумфронт-операции с другими пилотами. Плюс новая эпическая арка, которая проводит через ключевые исторические битвы New Eden и знакомит с четырьмя империями и их конфликтами. Приходишь и уходишь когда хочешь, а когда перерастаешь стартовое пространство — «выпускаешься» в обычный космос со всеми его опасностями и возможностями.

Ачивки и титулы: где-то мы это уже видели

EVE Online наконец получает то, что в большинстве ММО существует уже давно. Система достижений и титулов.

Окно ачивок показывает название, описание, тематический текст и промежуточные этапы. Пример: достижение «Ship Happens» отслеживает, сколько кораблей ты потерял в боях с другими капсулирами.

Награды разделены на несколько категорий. Очки навыков за первые достижения. Очки достижений за выполнение «вечнозелёных» ачивок, которые никуда не исчезают. Есть титулы за мегачивки : Sightseer, Rockhound, Pod Breaker. И косметика — скины кораблей за определённые этапы.

Титулы экипируются через раздел украшений в карточке персонажа. Видны в чате, в списках станций, при наведении на имя. Разработчики предусмотрели настройки видимости, может не все захотят афишировать свой Pod Breaker в торговом хабе.

Отдельная история это эксклюзивы военных кампаний. Ограниченные по времени ачивки, доступные только с июня по сентябрь. Уникальные титулы и скины за участие в конкретных кампаниях. Возможность навсегда зафиксировать, что ты был частью чего-то исторического. Короче говоря, где-то я уже это видел. В том же WoW все это неплохо работает с релиза дополнения WotLK осенью 2008 года.

Военные кампании: ядро дополнения

Едем дальше. Военные кампании это центральная механика Cradle of War, и разработчики тут замахнулись серьёзно.

Четыре империи запускают масштабные инициативы с конкретными целями, которые при успехе навсегда изменят карту Нового Эдема. Период: июнь–сентябрь. Результаты материализуются в зимнем дополнении. То есть это не «подвигайте ползунок ради награды» — это реальные последствия для всего сервера.

Каждая кампания состоит из серии задач, которые разблокируются постепенно. У каждого есть два трека прогресса.

Персональный трек это ваш индивидуальный вклад. Награды: иск, лоялти поинты, значительный буст к стендингу с фракцией. Разработчики подчёркивают: если стендинг с Галленте начинается на минус два, полная отработка кампании может довести его до плюс двух или трёх. Для тех, кто когда-то сжёг отношения с федерацией и теперь жалеет это возможность вернуть репутацию.

Глобальный трек это коллективные усилия всех игроков. Когда заполняется, задача считается выполненной, и фракция приближается к стратегической цели.

Вкладываться можно по-разному: PvP в зонах фракционных войн, захват и оборона плексов, а также «почётные активности» в Bulwark-системах — приграничных хайсек-системах с хакинг- и майнинг-сайтами. Новички и мирные пилоты участвуют в войне, не заходя в PvP-зону. Это, кстати, ровно то, что обещал принцип Impact from Day One.

Всё это видно в Theaters of War Dashboard, который объединяет военные кампании, фракционные войны, пиратские инсургенции, перехваченные системы и Forward Operating Bases. Один экран, вся война.

За что воюют государства

У каждого государства своя стратегическая цель.

Амарр запускает кампанию «Blessed Exchange» — экономическая реструктуризация. В случае достижения её целей создаётся Deaconry of Economic Oversight Office. Результат: значительное снижение налогов и брокерских комиссий в целевых регионах. Барыги и промышленники, это ваш звёздный час.

Калдари строят Syndicate Stargate, соединяющий Black Rise с Syndicate, расширяя влияние Государства. Если вы живёте в тех краях, это меняет всю логистику.

Минматар запускают «Starkman Restoration» — возвращение систем Arzad и Azara, захваченных Амарром столетия назад. При победе планета Arzad 2 переименовывается в Starkman Prime, а открытые древние знания обнаруживают фазовые поля в хайсеке Минматарского пространства.

Галленте проводят «Operation Rogue Edge» — логистическая оптимизация. Снижение количества прыжков между системами Dixie и Inaki с десяти до шести. Плюс разработка модернизированного варианта экскаватор-дронов. Для полного успеха нужно закрыть сорок четыре отдельных задачи. Масштаб, прямо скажем, впечатляет.

Фракционные войны: что поменяли

Помимо кампаний, Cradle of War серьёзно перетряхивает фракционные войны.

Ревизия стендингов идёт с начала 2026 года. Производные стендинги убрали из всех уровней FW-миссий — от первого до четвёртого, из повышений в звании и из финальных эпических арок карьеры. Штрафы за баблы в системах Corruption 5 убрали.

Взамен ввели модулированные стендинги на основе локации: бой внутри плекса штрафует меньше, чем бой за его пределами. И самое приятное это амнистия: все пилоты в FW-корпорациях со стендингом ниже минус четыре с половиной автоматически подняты до этой отметки.

Новые модули: для Калдари и Минматар — Missile Guidance Computers и Pop-up Computers. Для Амарр и Галленте — Drone Hybrid Modules.

Четыре новых боевых комплекса

Четыре экспериментальных комплекса временно заменяют стандартные сайты аналогичного размера. Больше виктори поинтов, лучше награды, уникальные ограничения.

Battlefield: Battlecruisers — первый «средний плекс» в истории игры. Рассчитан на тройку пилотов на линейных крейсерах или меньше. Фишка: внутри сайта скилл линейных крейсеров получает бонус — пилот с пятым уровнем фактически играет на шестом. Медленный респаун, но крупная выплата.

Chaos Complex — элитный фронтовой комплекс на десять человек. Допускаются Т3-эсминцы и ниже. При каждом входе накладываются три случайных эффекта из пула, дающего около трёхсот девяноста шести комбинаций. Привезти один фит и гарантированно доминировать не получится.

Solo Interceptor Plex — это одиночный комплекс только для перехватчиков. Таймер захвата — десять минут. Появляется исключительно в системах Command Operations.

Frontline Frigate Plex — одиночный комплекс на передовой для штурмовых фрегатов. Короткий таймер в пять минут. Быстрый респаун, но NPC появляются вдвое чаще и оснащены дизами. Высокий темп и высокий риск. Как по мне, неплохая тема для тех, кто хочет адреналина, но не готов рисковать дорогим шипом.

Флотские эсминцы: по одному на империю

Четыре фракционных эсминца — по одному от каждой империи.

Драгун от Амарр — «безжалостный военный корабль, созданный для истощения, обездвиживания и подавления». Инструмент для утверждения имперской власти.

Калдарийский Коракс — «вершина калдарийского мастерства». Усиленные щиты, гибкий фитинг, серьёзная огневая мощь.

Галлентский Альгос: улучшенные системы вооружения, веб-линки для дронов, усиленный корпус.

Тальвар от Минматар — «стойкость, гибкость и эффективность». Дизайн вдохновлён «караванами великих пустошей». Корабль для контроля домашнего пространства.

Командные кэрриеры: вершина пищевой цепи

Четыре командных кэрриера. Разработчики называют их «абсолютной вершиной боевого пути капсулира», и, судя по описанию, не преувеличивают.

Принципиальное отличие от обычных капиталов: не корабли для нанесения урона, а инструменты влияния на поле боя. Усиленные истребители, мощные conduit jumps и три командных бурста, которые Fenris называют «сильнейшими в New Eden».

Сэлвейшн от Амарр — «хребет флота». Усиливает броню союзников, повышает координацию, одновременно истощая силы противника. «Превращает малые флоты в нечто значительно большее, чем сумма их частей».

Семира от Калдари — «мобильный командный центр». Щиты, тактическая осведомлённость, электронная война. Классический калдарийский подход: контроль и подавление. Галлентская Гайя ставит на «точность и давление», бустит мобильность и координацию флота, блокируя противника.

Эмиир от Минматар — для флотов, которые «сражаются быстро и вместе». Скорость, адаптивность, живучесть. Плюс истребители со стазис-вебами для замедления противников и создания тактических окон в хаосе крупного боя. Минматар как они есть.

Итог

Cradle of War это не просто набор нового контента, а попытка перестроить всю воронку: безопасный старт в Exordium, ачивки как навигатор по траектории развития персонажа, военные кампании как мост между соло-геймплеем и глобальными изменениями, новые корабли для каждого этапа прогрессии. И всё выстроено так, что действия любого пилота — от хайсек-шахтёра до пилота кэрриера — работали на одну и ту же цель.

Это первая глава запланированной трёхчастной арки Theatres of War. Как оно будет на релизе — посмотрим на релизе

Оставайтесь на линии.

Сообщение EVE Fanfest 2026. EVE Online: Cradle of War появились сначала на Блог казуального геймера.

Кейноут Frontier на Fanfest 2026 подтвердил ожидания. Разработчики собрали разрозненные механики предыдущих циклов в единую картину и объяснили, к чему ведёт весь проект. А ведёт он себя амбициозно, не к очередному выживачу с блокчейном, а к подлинному виртуальному миру, где экономика, политика и оборона целиком в руках игроков. И Cycle 6: Sanctuary, стартующий 25 июня, еще один шаг в эту сторону.

Едем по порядку.

Frendship Machine

Про философию скажу отдельно, потому что без неё механики не складываются в картину. Разработчики ставят в основу концепцию friendship machine, наблюдение, что настоящие связи между людьми возникают под давлением. Не в комфорте, а в борьбе. CCP продвигает эту идею со времён релиза EVE Online и даже запустили совместный курс с Университетом Исландии на эту тему.

Frontier это мир, который сознательно оптимизирован против создания цивилизации. Вселенная сама по себе антагонист. Экстремальные температуры, одичавшие за несколько тысяч лет автономные дроны, информационная асимметрия на каждом шагу. Любой акт разведки тут фонарь в тёмном лесу, который подсвечивает дорогу, но одновременно выдаёт тебя всем, кто наблюдает из темноты.

Вспоминаю свои первые вылазки в вормхоллы в EVE Online, где это работало ровно так же. Выпускаешь пробки, сканишь, и понимаешь, что любой обитатель системы или залетный мимокрокодил видит твои пробки на подскане. Тот же принцип, но доведённый до крайности.

Разработчики прямо противопоставляют это «тематическим паркам», играм, где контент подаётся тебе, а не создаётся тобой. Красиво звучит. Но конкретные механики Cycle 6 показывают, что за философией стоит осязаемый план.

Модульность кораблей. Корабль как каркас

Модульность кораблей, вот что меняет игру в Sanctuary. До сих пор фрегат был фрегатом, а шахтёрская баржа была шахтёрской баржей. С 25 июня роль корабля перестаёт быть фиксированной. Корпус превращается в скелет, а каждый компонент (двигатель, реактор, орудийная точка, грузовой отсек) навешивается отдельно.

Физика движения и препятствия

Ручная стрельба и скилл-шоты

Cycle 6 вводит ручное управление вооружением. Автоматические орудия остаются, они слабее, но ведут цель сами. Первичное оружие требует ручного прицеливания, зато позволяет целиться в конкретные компоненты чужого корабля, двигатели, реакторы, орудийные точки. Разница между залпом по корпусу и точным попаданием в движок, это разница между выживанием и доминированием. Потолок скилла растёт кратно, и в PvP, и в PvE.

Причём ручное прицеливание работает не только в бою. Добыча ресурсов тоже переведена на ручной режим. Астероид теперь не мишень для бездумной стрельбы. Сканер подсвечивает жилы ценной руды внутри камня, а режущий лазер позволяет аккуратно срезать породу и добраться до сердцевины. Берёшь только то, что нужно, отходы сокращаются, вовлечённость вознаграждается.

Выживание: три типа боли

Выживать станет сложнее.

Статусные эффекты окружающей среды делятся на три типа, термические, гравитационные и электромагнитные. Термические тут самые наглядные. Если далеко от солнца, то замерзаешь. Близко — сгораешь заживо внутри корабля. Температура влияет и на системы судна, и на оболочку — физическое тело клона. На системной карте появляются морозные кольца. Это визуальные индикаторы зон экстремального холода. Тень от крупной структуры может стать укрытием от солнечного жара, и позиционирование в буквальном смысле становится вопросом жизни и смерти. Гравитационные и электромагнитные эффекты привязаны к звёздам и планетам и их придётся учитывать при каждом маршруте.

Одичавшие дроны-фералы эволюционируют. В Cycle 6 они получают способность заражать системы корабля. Биомеханические пиявки сканируют игрока, высасывают энергию и оставляют феральную порчу, от которой клон начинает болеть. Появляется новый тип фералов, Wreck Stalkers, опциональные мини-боссы, сторожащие обломки. Фералы действуют не хаотично, потому как у них есть иерархия, высшие дроны командуют низшими, собирают разведданные. Они бродят по системам, рейдят базы, воруют лут и складируют его в собственных схронах.

Если играл в EVE Online, представь слиперов из вормхоллов, только эти ещё и наведываются к тебе на базу, пока тебя нет. Приятного мало.

Знание как оружие

На Fanfest много говорили об информационном ландшафте Frontier, и это не маркетинговая абстракция, а конкретная игровая система.

Пассивное сканирование безопасно, но медленно. Активное целевое быстрее и информативнее, зато работает как тот самый фонарь в тёмном лесу. Подсвечиваешь окрестности, но становишься маяком для всех, кто наблюдает из темноты.

В Cycle 6 данные сканирования становятся постоянными. Собрал инфу один раз, она никуда не девается. И тут возникает полноценная «экономика знаний». Ты сам решаешь, что делать с данными. Продать координаты астероидного поля? Спрятать маршрут к своей базе? Передать разведку союзнику бесплатно? Информация тут ресурс не хуже руды, и её точно так же можно монетизировать или потерять.

После Cycle 6 разработчики обещают полноценные системы обнаружения и контразведки. Цитата: «умение прятаться будет так же важно, как умение сражаться». По сути, скрытность становится навыком того же уровня, что и стрельба.

Оболочки, короны и экономика опыта

Прогрессия в Frontier устроена странно. В хорошем смысле.

Оболочка (shell), физическое тело клона-пилота, ядро присутствия во вселенной. Через действия в мире игрок зарабатывает воспоминания, которые вплетаются в метафизические короны, предметы, определяющие навыки и специализацию. Оболочка со временем растёт и специализируется, но она хрупка, её можно сломать.

Чтобы сохранить опыт и сделать его частью постоянного «Я», нужно пройти вознесение, то есть пожертвовать текущей оболочкой и перенести транзитные знания в перманентные навыки. По сути, осознанная смерть ради прогресса.

Но самое интересное, что короны и воспоминания не привязаны к игроку. Их можно выращивать, собирать, обменивать, продавать и красть. Получается буквальная «экономика опыта», рыночная система, где время и навыки имеют измеримую стоимость. Украсть чужую корону значит украсть чей-то прогресс. И вот это придаёт каждой смерти и каждому вознесению вес, которого нет ни в одном другом выживаче.

Когда-то я потерял в EVE Online корабль за пятьсот миллионов исков (в ценах 2016 года). Настроение было испорчено на три дня. Тут можно потерять не корабль, а прокачку. Представляю, каково будет.

Строительство цивилизации

На кейноуте показали лестницу развития.

Сначала ты один. Ставишь сетевой узел, центральный хаб базы, подключаешь перерабатывающие заводы и принтеры. Минимум, чтобы не начинать с нуля после каждой смерти. Потом к тебе подтягиваются люди, строишь дом, появляются соседи, из разрозненных выживших формируется деревня, потом сообщество.

А дальше самое интересное, умные сборки (smart assemblies). Программируемые объекты, ворота, хранилища и турели, чьё поведение определяется смарт-контрактами на блокчейне Sui. Сами по себе они, по словам разработчиков, «очень глупые». Интеллект появляется, когда игрок подключает к ним логику через on-chain код.

Примеры, которые привели на кейноуте. Сеть ворот, пропускающих пилотов только при хорошей погоде в Рейкьявике; автоматизированный рынок, принимающий в оплату трупы врагов; системы фракционных войн, целиком управляемые игроками. Для турелей есть система Priority Queue на смарт-контракте, плюс на кейноуте показали визуальный интерфейс на блок-схемах для упрощённой настройки. Планируется экосистема сообщества, готовые блюпринты и приложения, которые можно находить и устанавливать на свои сборки в несколько кликов.

Игроки, кстати, уже собрали изометрическую торговую площадку в стиле Walking in Stations, где можно ставить прилавки и торговать лицом к лицу. Не задумка разработчиков. Просто инструменты оказались достаточно гибкими.

Спящие врата

Cycle 6 добавляет «спящие врата», древние конструкции, которые нужно реактивировать для перемещения в новые звёздные системы. Без них эффективное исследование невозможно. Реактивация требует ресурсов, времени и готовности столкнуться с неизвестным по ту сторону.

Как по мне, это одна из самых EVE-вских механик во Frontier. Прыжковые мосты из нулей, только нужно их ещё найти и починить.

Что дальше

Разработчики обозначили несколько направлений развития после 25 июня. Убежища (sanctuaries), то есть переход от временных укрытий к полноценным безопасным зонам для ремонта и восстановления. Индустрия дронов как логический ответ на угрозу фералов, если вражеские дроны эволюционируют, игрокам нужны собственные. Системы контробнаружения, модули и контрмеры для управления заметностью, кросс-системное сканирование, электронная война. Социальные системы, формализация племенных структур, программируемое управление территориями, фракционные войны по правилам игроков. И программируемые модули кораблей, расширение модульности в область поведения, не только какие компоненты стоят, но и как они реагируют на окружение.

Роадмап амбициозный. Посмотрим, что из этого дойдёт до реализации.

Итог

Survival в EVE Frontier не жанровый ярлык, а фильтр. Выживание определяет, кто способен перейти к следующей ступени. Строительству, объединению, созданию цивилизации.

Cycle 6 похожа на поворотную точку. Модульность кораблей, ручное управление, температурный менеджмент, эволюция фералов, персистентное сканирование. Всё это не отдельные фичи, а элементы единой системы, где каждое решение имеет последствия и каждый навык имеет стоимость.

Впрочем, не будем спешить. Модульность может оказаться неподъёмной для новичков. Экономика опыта с торгуемыми коронами рискует превратиться в «серый» рынок. Умные сборки требуют критической массы технически грамотных игроков, тех, кто пишет смарт-контракты, а не просто стреляет. Даже если вы умеете вайбкодить в Claude Code или Cursor, все равно надо иметь представление о том, что такое девелоперский цикл в разработке. Да и жанр перенасыщен, и Frontier должен доказать, что его «подлинный виртуальный мир» больше, чем маркетинговый слоган.

Важная деталь, о которой знают все, кто уже год принимает участие в тесте. Cycle 6 идёт с полным серверным вайпом. Впрочем, обнуляется не совсем всё. Заработанная за цикл Grace конвертируется в перманентные EVE Points, которые переживают любой вайп и накапливаются от цикла к циклу. Разработчики обещают, что со временем EVE Points станут «всё более значимыми», но пока непонятно, как именно, но сам факт сохранения прогресса между циклами важен. За предыдущие циклы мне уже кое-что накапало, во что это выльется в будущем пока неясно.

Амбициозный эксперимент продолжается. 25 июня 2026 года начинается его следующий этап.

Оставайтесь на линии.

Сообщение EVE Fanfest 2026. EVE Frontier: Cycle 6 Sanctuary появились сначала на Блог казуального геймера.

На сцену вышел Хильмар Петурссон, которого теперь называют FC Helmar, объявил о завершении партнёрства с Pearl Abyss после семи лет, шести месяцев и двадцати четырёх дней. Ребрендинг тут не просто смена логотипа: Fenris был эмблемой самого первого продукта компании ещё до эпохи CCP, а само имя восходит к персонажу из Эдд — великому волку, скованному богами. Хильмар связал это с астрономическим явлением: солнце «вырывается из пасти Фенрира» каждый июнь, и студия рассматривает этот момент как начало нового цикла.

Главной философской рамкой кейноута стала концепция «EVE Forever». Хильмар апеллировал ко второму закону термодинамики: в песочнице EVE смысл рождается из цикла созидания и разрушения. Игроки строят империи, создают структуры вроде Keepstar — а потом уничтожают их. Без реального риска потери эти объекты превращаются в «геометрию в космосе», лишённую всякого значения. Для описания стратегического сдвига Хильмар ввёл термин «красное смещение»: переход от подачи контента игрокам к предоставлению им инструментов для формирования мира. EVE должна встать в один ряд с шахматами и го — играми, которые живут столетиями именно потому, что смысл в них создаётся участниками, а не авторами.

Три стратегических основания этого долголетия: open-source движок Carbon, который уже выложен на GitHub и должен полностью перейти в открытый доступ к июню 2026; превращение New Eden из игры в платформу; и связка с EVE Vanguard и EVE Frontier как параллельными опытами внутри единой вселенной. Параллель с шахматами и го здесь не случайна. Хильмар напомнил, что Deep Blue не убил шахматы, а AlphaGo не убил го. Напротив, оба прорыва «разблокировали новые слои» и сделали эти игры популярнее, чем когда-либо. EVE, по замыслу Fenris, должна пройти тот же путь.

Отдельно стоит отметить, как студия институционализирует историю за пределами цифрового мира. Инициатива Project Discovery, интегрированная в EVE Online, работала с командой нобелевского лауреата Мишеля Мэйора над поиском экзопланет и продвинула медицинские исследования. Plex for GOOD позволяет игрокам конвертировать внутриигровые достижения в реальные благотворительные взносы. Всё это — элементы стратегии «EVE Forever»: создание значимости, выходящей за пределы монитора.

Одним из самых неожиданных анонсов стало исследовательское партнёрство с Google DeepMind. Демис Хассабис, CEO DeepMind и многолетний поклонник EVE, назвал игру «уникальной и экстраординарной средой для ИИ-систем, требующих долгосрочного планирования». Это не продуктовая интеграция, а полноценный исследовательский проект: целью было «продвинуть ИИ в играх», используя сложную экономику и социальную динамику EVE как полигон. Хильмар раскрыл существование роадмапа 2017 года, где ИИ был запланированным этапом после технологических партнёрств с IBM, Microsoft и Google. На практике ИИ Gemini уже управляет поведением «Orca dance» в EVE Online, планируется его использование в онбординге новичков. Более радикальные эксперименты будут проходить через EVE Frontier, прежде чем попасть в основную игру.

Fenris Creations сформулировала два принципа разработки, которые будут определять все будущие обновления. Первый — Elevation (Возвышение): это не только графика, а «более глубокие системы и обновлённые парадигмы». Elevation означает нарративную агентность через новую систему военных кампаний, новый интерфейс Theaters of War для визуализации конфликтов, и масштабные инвестиции в ESI (EVE Swagger Interface) как платформу для сообщества. Второй принцип это Прогрессивная сложность: ответ на проблему раннего ухода новичков, которых Хильмар назвал «жизненной силой» игры. Реализация — через «поэтапные песочницы»: новый регион Exordium с академией AIR станет первым по-настоящему безопасным пространством в EVE, где новички формируют навыки и социальные связи до столкновения с полной сложностью New Eden. Из Exordium шипкастеры ведут напрямую в зоны фракционных войн это мост, а не тупик.

Центральный анонс для EVE Online — аддон Cradle of War, который выходит 9 июня 2026 года. Это первая глава запланированной трёхчастной арки, которая свяжет действия игроков в космосе и на планетах.

Главная механика Cradle of War — военные кампании. Они построены на базе существующего freelance jobs framework и позволяют каждому капсулиру работать наёмником на одну из четырёх империй или продвигать цели нескольких одновременно. Активности охватывают всё — от майнинга и исследования до прямого боя и промышленности. Система масштабируется: новичок на фрегате и командир крупного флота вносят вклад в одну войну. Принципиальное отличие от обычных миссий — реальные последствия для мира: успех кампании Амарра может изменить налогообложение в регионе, а победа Галленте — привести к разработке новых технологий дронов. За участие в кампаниях игроки получают ранги, достижения, титулы и стендинг с нанимающей империей.

Визуализацией всего этого занимается новый интерфейс Theaters of War это централизованная карта конфликтов по всей галактике. FC Helmar сравнил его с «уровнем Minority Report»: командующие альянсов могут назначать задачи, отслеживать перемещения флотов и видеть, как действия на планетах влияют на общую ситуацию. В будущем интерфейс станет мостом между EVE Online и EVE Vanguard: когда Vanguard заработает в режиме 24/7, действия варклонов на поверхности будут отображаться в Theaters of War в реальном времени.

Нарративное воздействие кампаний — осознанный отход от статичного сюжета. Хильмар говорил о переходе к «живому повествованию», где исходы конфликтов определяются игроками. Разработчики подчеркнули разницу между старым подходом — «решёнными системами» с заранее написанным финалом — и новым, построенным на «эмоциях войны»: лояльности, гордости, предательства. Участие в кампании — не «погоня за наградами», а «движение войны». Каждое действие — от добычи руды до уничтожения корабля — становится частью военной машины New Eden. Шахтёры, торговцы и промышленники — такая же часть этой машины, как боевые пилоты: их вклад в экономику напрямую двигает повествование вперёд. Один выстрел может «повалить империю».

Онбординг новичков в Cradle of War строится как «золотой путь». Начинается он в регионе Exordium — первом по-настоящему безопасном пространстве в EVE, где академия AIR готовит начинающих капсулиров. Важно, что студия сознательно отказалась от подхода «бросить в воду» — вместо этого сложность вводится поэтапно, давая время на формирование навыков и, что критически важно, социальных связей. Далее идет новая эпическая арка, фокусирующаяся на четырёх империях, их истории и мотивациях. Предыдущие арки были сосредоточены на внешних угрозах вроде Дрифтеров; новая возвращает фокус на ядро вселенной — противостояние фракций — и помогает новичку осознанно выбрать сторону. Из Exordium шипкастеры ведут напрямую в зоны factional warfare, а военные кампании становятся «выпускным» для уверенных бойцов, способных влиять на историю с первого дня.

В области кораблей Cradle of War приносит два крупных дополнения. Faction Navy Destroyers — серия фракционных флотских эсминцев, по одному для каждой империи. Tech 2 Command Carriers — «ультимативный корабль поддержки» с нетипичной для капиталов высокой мобильностью и специализацией на интенсивных командных бурстов. Тоже по одному на империю. Разработчики отметили, что это прямой ответ на многолетние дискуссии сообщества о роли авианосцев в игре. Детальные характеристики обоих классов будут раскрыты на отдельной сессии после кейноута.

Параллельно вводится система достижений и титулов — привычный для современных игр элемент, которого в EVE Online до сих пор не существовало. Достижения отслеживают прогресс игрока, предлагая как очевидные цели для новичков, так и хардкорные вызовы вроде «Titan chicken» для ветеранов. Титулы это публичное отображение этих достижений: они видны другим игрокам в окне персонажа, ангарах станций, контрактах, чате и через show info. Для новичков это создаёт знакомую систему ориентиров в иначе бесструктурной песочнице; для ветеранов это «новые вызовы, за которыми стоит охотиться». Разработчики подчёркивают, что это лишь фундамент: система будет значительно расширяться в будущих обновлениях. Аналогичная система достижений внедряется и в мобильную стратегию EVE Galaxy Conquest, где она станет частью сезонного онбординга вместе с новыми событиями вроде вторжений Киста.

На сентябрь 2026 года запланирован отдельный ребаланс проекции силы. Jump fatigue остаётся без замены — студия подтвердила это явно. Цель: радикально снизить дальность переброски крупных сил при сохранении удобства перемещения в «домашних» регионах. Стратегический эффект: снижение доминирования мегаальянсов и создание условий для новых корпораций в Null-sec. Дизайн создан совместно с текущими и прошлыми составами CSM.

Завершился кейноут двумя проектами, выходящими за пределы цифрового пространства. Capsuleer Edda — эпическая поэма, записанная «самым исландским способом», призванная сохранить коллективную историю игроков в физической форме. Blood Ink — ещё более радикальный эксперимент: «резервная копия» EVE Online, записанная чернилами, созданными с использованием реальной крови участников фестиваля. ДНК игроков буквально входит в состав книги, и конечная цель проекта — размещение этого артефакта на Луне для обнаружения через миллионы лет. Это уже не геймдизайн и не PR-акция — это попытка сделать вклад каждого игрока физически вечным, вынеся историю сообщества за пределы серверов, которые рано или поздно отключатся.

Fanfest 2026 в целом производит впечатление события, где Fenris Creations не столько анонсировала фичи, сколько заявила о смене парадигмы. Cradle of War — масштабное дополнение с конкретной датой и конкретными механиками. Но за ним стоит нечто большее: попытка превратить двадцатитрёхлетнюю игру в платформу, способную существовать ещё столько же — не за счёт консервации, а за счёт постоянного обновления через разрушение и пересборку. Как и положено волку из Эдд, Fenris пожирает старое, чтобы дать место новому.

EVE Vanguard: Operation Avalon и путь к полноценному шутеру

Дела у EVE Vanguard обстоят непросто. Это не самостоятельный шутер, конкурирующий с Tarkov или Hunt: Showdown, а планетарный слой единой вселенной EVE, где каждое действие боевого клона на поверхности должно отзываться в космосе среди капсулиров. Амбиция масштабная, но до сих пор реализация оставалась на уровне прототипов — пре-альфа тесты демонстрировали направление, а не готовый продукт. На EVE Fanfest 2026 Fenris Creations представила Operation Avalon — первый альфа-плейтест, запланированный на 7–20 июля 2026 года. Это официальный переход из пре-альфы, и студия прямо говорит: от «незаконченных прототипов» к «отточенному и отполированному опыту» с установленным геймплейным циклом.

Avalon будет доступен бесплатно через EVE Launcher и впервые через Steam. Регистрация открыта через страницу магазина Steam, и студия приглашает как можно больше игроков «помочь оставаться честными» на пути к полноценному 24/7 live-сервису. Выход на Steam — сигнал серьёзности намерений: Fenris больше не ограничивает тесты лояльной аудиторией EVE Online, а открывает двери для шутерного сообщества, которое будет судить проект по стандартам жанра, а не по скидке на «экспериментальный спин-офф».

Предыдущий тест — Operation Nemesis — обнажил главную проблему: качество шутерных механик не соответствовало стандартам, которых ожидают игроки в 2026 году. Сообщество требовало напряжённости, высоких ставок и брутальности, соответствующих тону вселенной EVE — мира, где потеря корабля стоит реальных денег, а предательство союзников не считается чем-то заслуживающим осуждения. Fenris ответила масштабной переработкой, и Operation Avalon это прямая демонстрация результатов.

Разработчики полностью пересмотрели работу с оружием. Изменено положение на экране, то, как персонаж держит оружие, анимации движений и переходы между фазами боя. Особое внимание уделено тому, что студия называет «weight of combat» — ощущению массы и отдачи, превращающему каждый выстрел в событие, а не в щелчок мыши. В плейтесте будут представлены три новых модели фракционного оружия: Minmatar SMG для ближнего-среднего боя, Minmatar Shrapnel Cannons как тяжёлое оружие с характерной для минматар грубой мощью, и Amarr Laser Rifles — энергетическое оружие, отражающее технологическую продвинутость Империи Амарр.

Противники в Avalon это подразделения Mordu’s Legion. Это не примитивные «мешки с хитпоинтами», которых можно задавить числом. Это обученные тактические единицы четырёх типов: Marksmen контролируют зоны снайперским огнём, Heavies давят бронёй на ближней дистанции, дроны обеспечивают автономное прикрытие, а турели создают стационарную оборону. Ключевая особенность — способность противника вызывать подкрепление с орбиты, создавая эскалацию в реальном времени. Это не волны спавна, а тактический вызов, требующий адаптации.

Карта альфа-теста называется «Lost Convoy». Upwell-инсталляция с несколькими отдельными точками интереса, включая перерабатывающие комплексы и военные объекты. Карта спроектирована специально для альфа-стадии и создаёт разнообразие тактических ситуаций, поощряя как агрессивный штурм, так и осторожное исследование. Выбор Upwell-инсталляции в качестве сеттинга — дизайнерское решение, укореняющее каждую карту в лоре EVE Online: игрок не на абстрактном уровне, а внутри узнаваемой инфраструктуры вселенной.

Геймплейный цикл Avalon строится вокруг формулы «Raid and Extract»: развёртывание, разведка, рейд, эвакуация. Извлечение лута требует активации Vanguard harmonic bridge. Здесь проявляется характерная для вселенной EVE тематическая деталь: сознание варклона и его добыча отправляются обратно на боевую баржу, но органическая материя клона уничтожается в процессе.

Ставки поднимаются по ходу каждого развёртывания. Точки эвакуации отключаются одна за другой: чем дольше игрок остаётся на поверхности, тем меньше у него путей отхода. Финал — orbital glassing: оставшиеся зоны выжигаются бомбардировкой с орбиты, и любые варклоны, не успевшие эвакуироваться, погибают безвозвратно. Это создаёт нарастающее напряжение, знакомое по extraction-шутерам, но с уникальным твистом: таймер — не абстрактный отсчёт, а физическое сокращение пространства через уничтожение с орбиты. Каждая секунда на карте это решение между потенциальной добычей и риском полной потери.

Важно отметить, что этот цикл — не просто игровая механика, а нарратив. Боевые клоны в лоре EVE это расходный материал, чьё сознание пересаживается из тела в тело. Reclamation of fire при эвакуации и orbital glassing при провале — не просто game over, а последовательное выражение того, что значит быть варклоном: твоя плоть — ресурс, который вселенная потребляет и утилизирует.

Но шутерный геймплей это лишь половина того, что делает Vanguard интересным. Если бы дело было только в механике стрельбы, проект конкурировал бы с десятками extraction-шутеров и проигрывал бы им по объёму контента и отточенности. Козырь Vanguard — интеграция с крупнейшей песочницей в истории игровой индустрии. Operation Avalon — первый шаг к созданию «симбиотических отношений» между Vanguard и EVE Online. Впервые действия игроков Vanguard будут генерировать то, что студия называет «evergreen geographic and economic influence» — постоянное географическое и экономическое влияние через Бастион и боевые баржи. Это не временный ивент с дедлайном и наградами — это перманентный вклад в состояние мира, который существует независимо от того, залогинен ли игрок.

После Avalon планируется создание более глубокой экономической связки: ресурсы, добытые варклонами на поверхности, будут влиять на рынки EVE Online. Детали пока не раскрыты, но направление очевидно: две игры должны образовать единый экономический организм. Это перекликается с тем, как в EVE Online уже работает связь между добычей ресурсов в опасных регионах и ценами на корабли в торговых хабах: каждое действие «в поле» отзывается на рынке. Если Vanguard сможет добавить к этому планетарный слой — то есть ресурсы, которые можно добыть только на поверхности — экономическая глубина вселенной вырастет качественно, а не количественно.

В более широком контексте Vanguard встроен в систему военных кампаний, анонсированных в расширении Cradle of War для EVE Online. Действия клонов на планетах через фриланс-контракты будут влиять на прогресс кампаний капсулиров в космосе. Новый интерфейс Theaters of War в EVE Online будет отображать этот вклад.

Конечная цель, к которой движется Vanguard — варклоны станут полноправными участниками галактических конфликтов наравне с капсулирами. «Одна вселенная — одна война» это не маркетинговый слоган, а архитектурное решение, где планетарный шутер и космическая MMO работают как единый механизм.

Operation Avalon будет проверкой этой архитектуры. Две недели в июле покажут, способна ли Fenris Creations превратить амбициозную концепцию в играбельный продукт, который одновременно стоит на собственных ногах как шутер и работает как интегральная часть чего-то значительно большего.

Вопросов остаётся много. Как будет работать баланс, когда шутер влияет на экономику MMO с двадцатитрёхлетней историей? Как предотвратить эксплуатацию экономического моста ботами и мультиаккаунтерами? Как удержать аудиторию шутера, привыкшую к постоянному потоку нового контента, в рамках одной карты? Fenris сознательно начинает с малого — одна карта, один тип противника, базовый цикл — и планирует итерировать на основе фидбека. Это честный подход, но и рискованный: первое впечатление у шутерной аудитории формируется быстро и меняется медленно.

Тем не менее сам факт того, что EVE Vanguard дожил до альфы с конкретной датой, геймплейным циклом и выходом в Steam, говорит о серьёзности намерений. После провала DUST 514 и отмены Project Nova шутер во вселенной EVE воспринимался скорее как проклятие, чем как возможность. Operation Avalon — попытка Fenris Creations доказать, что третий раз окажется успешным, и что единственное, чего не хватало предыдущим попыткам — это по-настоящему глубокой технической и экономической интеграции с материнской игрой.

EVE Frontier: открытый движок, блокчейн и лаборатория будущего EVE

EVE Frontier занимает в экосистеме Fenris Creations уникальную позицию. Это не вторая MMO и не спин-офф. Survival-тайтл, экспериментальная платформа и полигон для технологий, которые ещё не готовы для основной игры. В то время как EVE Online несёт на себе груз двадцатитрёхлетней истории, сотен тысяч активных аккаунтов и экономики, в которой крупнейшие сражения обходятся в сотни тысяч реальных долларов, Frontier существует в пространстве, где можно позволить себе ломать вещи. На EVE Fanfest 2026 Хильмар позиционировал Frontier как воплощение философии «без разрешения»: мир, в котором игроки и независимые разработчики расширяют вселенную самостоятельно, не дожидаясь одобрения студии. Если EVE Online это управляемая песочница с двадцатитрёхлетней историей, то Frontier это попытка создать песочницу, которая управляет собой.

Технологически Frontier строится на том же движке Carbon, о котором речь шла выше. Но здесь он работает без ограничений legacy-кода EVE Online и выдаёт графику совсем другого уровня. Сообщество получает «инструменты и правила» для самостоятельного расширения вселенной, а Frontier, построенный с нуля, служит витриной полной мощности движка.

EVE Frontier служит испытательным полигоном для концепции «open modding platform». Глубокий моддинг здесь не косметические скины и пользовательские карты, а возможность добавлять механики, системы и целые слои контента без согласования со студией. Экономика Frontier построена на блокчейн-технологиях, обеспечивающих прозрачность транзакций и истинное владение игровыми активами. Децентрализованная модель позволяет сообществу развивать проект параллельно с официальной командой — не конкурируя, а дополняя.

Блокчейн в игровой индустрии тема токсичная после волны скамов 2021–2023 годов, и Fenris Creations это понимает. Их ответ: фокус не на спекулятивной экономике, а на архитектурной открытости: блокчейн как инфраструктурный слой для верификации владения и прозрачности, а не как инструмент финансиализации геймплея. Важно, что EVE Online одна из немногих игр, где экономика всегда была центральной механикой, а не дополнением. Торговля, производство, рыночные манипуляции — всё это ядро геймплея, и перенос экономических принципов на блокчейн-рельсы здесь выглядит органичнее, чем в играх, где экономика пришита сбоку. Получится ли удержать границу между open economy и спекулятивным казино, вопрос открытый, но намерение прочитывается ясно.

Ну и главное: Frontier это лаборатория для ИИ-экспериментов. Партнёрство с DeepMind (описано выше) приобретает тут конкретные очертания. Студия прямо заявила: радикальные ИИ-решения будут тестироваться в Frontier до переноса в EVE Online. В живой MMO с двадцатитрёхлетней экономикой такое не провернуть, а тут можно.

Хассабис пояснил, почему именно EVE: тысячи реальных людей в среде с неполной информацией, долгосрочными последствиями решений и эмерджентной социальной динамикой. Такое не воссоздать в лабораторной симуляции.

Место Frontier в стратегии «EVE Forever» определяется тремя ролями. Полигон для технологий: всё, что сработает тут, мигрирует в основную игру. Максимальное «красное смещение»: в EVE Online агентность ограничена рамками систем, а в Frontier сами системы можно модифицировать. И устойчивость: когда сообщество владеет инструментами, проект не зависит критически от бюджетов одной студии. Для компании, только что вернувшей независимость от Pearl Abyss, это особенно актуально.

Риски? Хватает. Open-source движок требует активного сообщества разработчиков, а не просто игроков, и история игровой индустрии знает немало примеров открытых проектов, которые не смогли набрать критическую массу контрибьюторов. Блокчейн-экономика должна доказать свою ценность в условиях пост-криптозимы, когда само слово «блокчейн» вызывает у значительной части аудитории рефлекторное отторжение. ИИ-эксперименты могут дать непредсказуемые результаты в живом мире с реальными игроками. DeepMind привык работать в контролируемых средах, и перенос исследований в хаотичную песочницу создаёт методологические вызовы. И самое неприятное: survival-жанр перенасыщен, и Frontier должен предложить достаточно уникального, чтобы привлечь аудиторию за пределами существующей базы EVE.

Но если смотреть на EVE Frontier не как на самостоятельный продукт, а как на R&D-подразделение с публичным доступом — картина меняется. Это не попытка запустить ещё один survival с блокчейном. Это попытка создать инфраструктуру для следующих двадцати лет вселенной EVE, используя жанр survival как наиболее подходящую форму для экспериментов с открытостью, децентрализацией и искусственным интеллектом.

Ставки в Frontier ниже, чем в основной игре (нет десятилетий истории и миллиардов ISK на кону), и это развязывает руки.

Carbon на GitHub, DeepMind в партнёрах, моддинг без ограничений — Fenris Creations ставит на то, что будущее игровых вселенных принадлежит платформам, а не продуктам. EVE Frontier, их аргумент в пользу этого тезиса. Аргумент пока теоретический: движок открыт, но контрибьюторов единицы; блокчейн-экономика объявлена, но не проверена нагрузкой; ИИ-эксперименты анонсированы, но не продемонстрированы. Следующие двенадцать месяцев покажут, станет ли EVE Frontier реально работающей лабораторией. Или останется красивым манифестом с PowerPoint-презентации на фестивале в Рейкьявике.

Сообщение EVE Fanfest 2026: главное про Cradle of War, Vanguard и Frontier появились сначала на Блог казуального геймера.

В некоторых сезонах я не только закрывал их, но и доходил до ямы 100 уровня и прокачивал персонажей нескольких классов. Разбойник, сорка, спиритборн, паладин. Больше того, я даже покупал косметику в близзардовском шопе. Так что на этом основании хотел немного поговорить про то, какой была игра в период до релиза Lord of Hatred и что можно ожидать от проекта в ближайшее время.

Раньше я так в Diablo не залипал, хотя играю в эту серию с 1996 года. Первый Diablo я прошел раз пять или шесть, в случае со вторым дело ограничилось прохождением за варвара и некроманта. Третью часть, которую пришлось ждать двенадцать лет, я прошел на релизе и потом зашел в один из сезонов почти десять лет спустя.

С четвертой частью была та же история. Пройдя кампанию, я покинул игру и дополнение Vessel of Hatred купил только потому, что традиция такая. Я редко пропускаю выходы новинок от Blizzard. Хотя в моем личном топе студия уже лет десять как не номер один, я продолжаю хотя бы знакомиться с тем, что делают близы.

Какой была Diablo IV на релизе? Открытый мир, первый раз за всю историю игры. Почти ММО — вместе со мной в этом открытом мире бегали какие-то люди. Крепкая сюжетная кампания, но слабый эндгейм. Игра, в которой приятно пройти историю один раз, но не хочется возвращаться. Всё как со второй и третьей частями.

Следующие полтора года я пропустил и не был в курсе, что четвёртый сезон (Loot Reborn, май 2024) стал поворотной точкой. Именно тогда в игре появилась Яма, первый настоящий эндгейм-контент с почти бесконечной прогрессией. В пятом сезоне (Infernal Hordes, август 2024) добавили рогалик-режим с волнами демонов и выбором между благословениями и проклятиями. Другими словами, хардкорщики наконец получили, что хотели. Место, где можно превозмогать и мериться рейтингами.

В октябре вышло первое дополнение Vessel of Hatred и шестой сезон (Hatred Rising). Новый класс Spiritborn, регион Наханту, кооперативный данж Темная Цитадель, руны и наёмники, подземелья Кураста. Одновременно с аддоном вышел сезон с Realm Walkers — гигантскими порталами, из которых лезла нечисть Мефисто. Критики оценили VoH на 80-87 по Metacritic (в зависимости от платформы), но пользователи устроили ревью-бомбинг: 2.4 из десяти на Metacritic и «Mostly Negative» в Steam. Технические проблемы на старте, краши, рассинхроны. А еще запомнился твиттер Илона Маска, в котором он постил скрины с Ямой 140+ и это через три недели после релиза аддона. История подвигов Илона имела смешное продолжение, но, думаю, что эту тему и так много мусолили, чтобы останавливаться на ней подробно. Впрочем, я пропустил этот период, потому как до дополнения руки дошли только в декабре 2024.

Да, так вот: что действительно удержало в игре — это как раз Яма, более-менее разнообразные источники лута, неплохая система модификации предметов, разнообразие билдов. В общем, всё, что нужно для превозмоганий в эндгейме. После ухода из WoW я перестал рейдить. Соулзлайки частично заменили мне это занятие, но там всё-таки нет прогрессии. Убил босса и всё дело сделано. Так что Яма в Diablo IV была как раз кстати.

Правда, по неопытности шестой сезон я играл в основном не сезонным персонажем, а тем самым разбойником, которым зашел на релизе. А вот в седьмом сезоне (январь 2025) появились ведьмовские силы в духе Witch Doctor из третьей части, новые руны и наконец-то Оружейная. Пять слотов для сохранения билдов, переключение в городе. Отличное улучшение, которое позволяло больше экспериментировать с билдами.

В восьмом сезоне вернулся Белиал, Повелитель Лжи, уже как мировой босс. Систему боссов переделали, но, честно говоря, результат не впечатлил. В девятом разработчики попробовали переделать найтмер-данжи и ввели нарастающую интенсивность внутри забега. Получилось так себе: вместо одного данжа проходишь три подряд. Десятый сезон принес апдейт Infernal Hordes с хаос-механиками и вот лично мне эти изменения понравились, потому как до этого было как-то совсем нудно бегать по маленькой комнате. Одиннадцатый сезон вышел в декабре и с ним Азмодан стал мировым боссом. Фармить его было профитно, но очень скучно. Также сезон добавил Божественные Дары, которые совмещали механики из прошлых сезонов.

К концу двадцать пятого года игра стала ощутимо глубже. Эндгейм перестал быть пустым, теорикрафт имел значение, сезоны начали добавлять не просто косметику, а системные изменения. Было видно, что Blizzard экспериментируют и некоторые новшества не пропадают после окончания сезона. И что студия прислушивается к сообществу и вносит реальные улучшения в игру. Например, в одном из сезонов убрали фазы неуязвимости у боссов, которые ну просто дико раздражали, особенно когда этих боссов надо было фармить.

2026: Season of Slaughter и DOOM

Двенадцатый сезон (Season of Slaughter, старт 11 марта) получился слегка безумным и заметно давил на ностальгию, потому как это был коллаб Diablo и DOOM. Обе легендарные франшизы вышли в 90х — DOOM в декабре 93-го, Diablo тремя годами позже — и если DOOM I и II я проходил в 94-95, то зима 97 однозначно осталась за Diablo.

Главная фишка — превращение в Мясника. Того самого. Сейчас это может показаться смешным, но первая встреча с Мясником была настоящим вау-моментом в игре. Ты идешь по подземелью, методично вырубаешь стада монстров и тут откуда ни возьмись с криком Fresh Meat! в тебя въезжает ЭТО. И поверьте старому геймеру, не только первая, но и вторая и третья встречи с этим боссом вызывали те же ощущения.

Ключевой механикой стали киллстрайки, которые давали мультипликаторы опыта и статов за цепочку убийств. Чем быстрее чистишь экран, тем выше тир, тем сильнее мультипликатор. Статы на кровавых предметах росли вместе с тирами киллстрайков. Соответственно «кровавый контент» был сложнее, чем обычный.

Коллаб Blizzard и id Software/Bethesda — первый такого масштаба, и попал как раз в «мясную» тему. Бесплатный Реликварий с десятью наградами в стилистике Думгая: щит превращается в Пилу Рока, ближнее оружие — в Цеп Палача. В магазине появились классовые скины Doom Slayer, маунт Мехадракон и питомец Какодемон. Я опять не удержался и купил комплект доспехов для паладина. Забегая вперед: в новом дополнении я прокачиваю паладина Doomguy, одетого в эти доспехи.

Кстати, сам DOOM: The Dark Ages я прошел в прошлом мае на плойке и игра понравилась мне больше, чем Doom Eternal. Все тот же бешеный темп, но уже без платформинга, который раздражал в Doom Eternal до такой степени, что заставил дропнуть игру в первой трети прохождения.

2026: Lord of Hatred

Масштабная переработка классовых механик, новые навыки, варлок, паладин. Новая крупная зона — Сковос. Изменения в эндгейме, крафте, фильтр лута и много чего еще. Паладин стал доступен еще в предыдущем сезоне. Я сделал предзаказ еще тогда и решил попробовать новый класс. Что можно сказать? В Blizzard работают люди с юмором. Когда-то, уже довольно давно, паладина в WoW называли однокнопочным классом. Справедливости ради, однокнопочными в разное время были не только паладины, но и другие классы, но это вот как-то запомнилось. И тут разработчики видать решили пошутить и сделать бескнопочный класс. Один из билдов паладина вообще не требует нажимания кнопок, можно просто ходить туда-сюда и нечисть будет дохнуть от одного присутствия святости. Если серьезно, то класс получился интересным и играбельным.

Впрочем, не буду тут растекаться мыслию по древу, по дополнению у меня будет отдельный материал.

Оглядываясь назад могу сказать, что пострелизная поддержка Diablo IV — при всех косяках — остается на уровне. После выхода дополнения к Diablo III франшиза впала в легкую кому, а анонс Diablo Immortal вызвал скандал. И вот сейчас видно, что над проектом работают всерьёз и выходит уже второе крупное дополнение за неполные три года после релиза. Какие-то сезоны получаются удачными, какие-то не очень. Если сравнивать два последних, то одиннадцатый мне понравился больше. Была интересная фича, которая позволяла «освящать» предмет, улучшая качество или добавляя аффикс. Обскудита валилось столько, что можно было не фармить специально. А в последнем сезоне с этим ресурсом стало как-то намного хуже, да и бог рандома ко мне не благоволил. Если не считать скрафченного Shroud of False Death, то первый мифик мне упал за пять дней до конца сезона, а второй на следующий день. Да и «Fresh Meat!» уже понавязло в ушах.

Выстрелил ли Lord of Hatred? Пока дела выглядят неплохо. На первых выходных после релиза игра побила свой рекорд в Стиме: 64 с половиной тысячи одновременных игроков, на шестнадцать процентов выше пика Vessel of Hatred. С оценками не так все однозначно. Критики на Metacritic поставили 84 балла, а юзерскор — 6.9, что не так и мало. Хотя видно, что Blizzard явно учли ошибки прошлого релиза: на старте не было ни крашей, ни рассинхронов, которые подпортили репутацию прошлого дополнения на старте. Как человек, который играет с первого дня могу подтвердить, что ни багов, ни крашей не было и нет. При этом Стим — это меньшая часть аудитории. Многие играют в Diablo IV через Battle.net, плюс консоли. Реальные цифры наверняка в разы выше.

При этом я бы пока воздержался от вердиктов. Попытка реформировать эндгейм военными планами концептуально выглядит неплохо, но уже имеет как минимум один косяк. Прокачивать уровни этой игровой системы придется для каждого персонажа отдельно. Логику разработчиков понять трудно. С одной стороны, очки парагона общие на всех персонажей реалма. Докачиваешься до капа и вуаля, 230-250 очков, которые нафармил предыдущим персонажем становятся доступны. А тут надо опять все качать с нуля. Альтоводам придется туго, второй раз заниматься таким гриндом — удовольствие еще то.

Что до самой игры, то имею сказать следующее. Оглядываясь на путь от пустого эндгейма на релизе до второго крупного дополнения за неполные три года — Diablo IV стала совсем другой игрой. Не идеальной, но живой и развивающейся. И если Blizzard продолжат в том же темпе, четвёртая часть имеет все шансы стать лучшей Diablo в серии. По крайней мере, для тех, кто любит превозмогать.

Сообщение Diablo IV: Vessel of Hatred — ретроспектива появились сначала на Блог казуального геймера.

Когда я готовил материал по событиям в системе Атиох в начале апреля, то мне пришла мысль написать статью про крупнейшие битвы в EVE Online. По сути, это то, о чем знают те, кто даже не играл в игру. Тысячи пилотов, сгоревшего на десятки, если не сотни тысяч долларов имущества, драмы, трагедии и прочее. Так что если вам это интересно — читаем дальше.

Кровавая баня в B-R5RB (январь 2014)

Двадцать седьмого января 2014 года произошло событие, навсегда вошедшее в историю игровой индустрии. Битва в системе B-R5RB — «Кровавая баня в B-R5RB» — стала на тот момент самым разрушительным сражением в истории видеоигр. И начало ей положил, как это бывает в EVE, банальный эпизод.

Всё началось из-за административной ошибки. Корпорация H A V O C — холдинг-корпа, связанная с Pandemic Legion и прикреплённая к альянсу Nulli Secunda как механизм управления суверенитетом — не произвела плановый платёж за систему B-R5RB. Статус автоматически сбросился до нейтрального. Clusterfuck Coalition (CFC, позднее переименованная в Imperium) совместно с российскими альянсами решили воспользоваться моментом и захватить систему.

Коалиция N3 и Pandemic Legion были вынуждены контратаковать, чтобы вернуть стратегически важную систему. То, что начиналось как локальная стычка, за пару часов переросло в полномасштабное столкновение крупнейших сил Нового Эдема.

Битва продолжалась двадцать один час — с 27 по 28 января. В ней приняли участие более семи тысяч пятисот пилотов, а пиковое число одновременно присутствующих в системе пилотов достигло двух тысяч шестисот семидесяти. Впрочем, тут стоит сделать поправку на то, что скорее всего, реальных игроков было меньше, поскольку у многих игроков в EVE несколько аккаунтов.

Было уничтожено семьдесят пять Титанов. Из них пятьдесят девять принадлежали коалиции N3 и Pandemic Legion, и шестнадцать — CFC и союзникам. Помимо Титанов, потеряны тринадцать суперкар, триста семьдесят дредов, сто двадцать три кары и тысячи кораблей поменьше.

Совокупные потери оценивались примерно в одиннадцать триллионов исков. В пересчёте на реальные деньги через стоимость PLEX выходило от трёхсот до трёхсот тридцати тысяч долларов США.

Такое событие не могло пройти мимо внимания разработчиков. CCP Games увековечили битву, установив в системе B-R5RB памятник — «Титаномахия» (The Titanomachy). Обломки титанов, которые нельзя разобрать или утилизировать, вечно дрейфуют в космосе как напоминание о произошедшем.

Осада 9-4RP2 — «Битва на миллион долларов» (январь 2018)

Битва за 9-4RP2 стала одной из первых, привлёкших внимание Книги рекордов Гиннесса. Конфликт разгорелся вокруг Keepstar — крупнейшей и самой дорогой цитадели в игре. Кипстар — это, по сути, космическая крепость размером с небольшую луну, и терять такую штуку никому не хочется.

Чтобы понять, что произошло в 9-4RP2, нужно отмотать на пару лет назад. В 2016 году Imperium выбили с насиженных территорий на севере в ходе World War Bee. Гуны отступили на юг, в Delve, и больше года восстанавливали силы. К середине 2017-го они были готовы к реваншу. Первой пробой сил стала экспедиция в Tribute, а затем Imperium организовали предательство дипломата The Judge, уничтожившее альянс Circle of Two изнутри. Север понял: гуны вернулись.

В январе 2018-го Imperium нанесли удар по Keepstar альянса Pandemic Horde в системе 9-4RP2, регион Cloud Ring. Пятнадцатого января атакующие уничтожили щиты и броню цитадели — оставался последний, хулловый таймер. Обе стороны стянули всё, что могли: сотни Титанов, суперкарриеров, тысячи кораблей поддержки. Пресса тут же окрестила предстоящее побоище «Битвой на миллион долларов» — если бы развернулась полноценная титановая мясорубка, потери могли бы превысить миллион долларов в пересчёте на PLEX.

В системе одновременно собрались шесть тысяч сто сорок два пилота — абсолютный рекорд многопользовательского PvP на тот момент. CCP Games получили официальный сертификат Гиннесса. На практике реальные потери оказались в районе трёх тысяч трёхсот долларов, что сделало это сражение в англоязычной прессе синонимом «провала ожиданий».

В тот раз серверная инфраструктура EVE и механика замедления времени (Time Dilation, она же TiDi) переварили бой на шесть с лишним тысяч человек.

Битва при X47L-Q (август 2018)

Летом 2018 года система X47L-Q стала ареной столкновения, по масштабу превзошедшего B-R5RB. Снова камнем преткновения стал кипстар, снова тысячи пилотов.

В первом сражении первого августа приняли участие шесть тысяч двести семьдесят пилотов. На поле боя было выведено семьсот тридцать восемь Титанов, пятьсот восемьдесят пять суперкарриеров, шестьсот шестьдесят три дредноута, триста девяносто четыре Force Auxiliary, пятьсот сорок шесть авианосцев и одна рорка. Кто-то явно забрёл не туда.

Бой длился более девяти часов реального времени.

По итогу было уничтожено ассетов на сумму около десяти триллионов исков, в том числе пятьдесят восемь Титанов на armor-таймере. Броня Keepstar была разрушена — важная тактическая победа для атакующей стороны. На финальном таймере двенадцатого августа 2018 года кипстар был добит, вместе с ним погибло ещё около двадцати Титанов. Суммарные потери за обе фазы — порядка семидесяти восьми Титанов.

Для понимания масштаба: число задействованных Титанов в одной системе — семьсот тридцать восемь — почти в десять раз превысило число уничтоженных в B-R5RB. Гонка вооружений в Новом Эдеме не знает тормозов.

FWST-8 (октябрь 2020)

Шестого октября 2020 года, в разгар масштабной войны между коалициями PAPI и Imperium — World War Bee II, она же «Вторая мировая пчелиная» — произошло сражение, установившее сразу два мировых рекорда Гиннесса.

Война была объявлена 22 июня 2020 года, активные боевые действия начались с первых чисел июля. Коалиция PAPI — объединение нескольких крупнейших альянсов — предприняла попытку установить Keepstar в регионе Delve, домашней территории Imperium. Стендинг в Delve, плацдарм для наступления суперкапитальным флотом.

Imperium бросили все силы на уничтожение возводимой цитадели. Восемь тысяч восемьсот двадцать пять персонажей из ста четырнадцати различных альянсов. Пиковое число одновременно участвующих — шесть тысяч пятьсот пятьдесят семь. Бой продолжался около тринадцати часов — с 16:34 EVE Time шестого октября до 05:27 следующего дня.

По итогам уничтожено шесть тысяч семьсот сорок шесть кораблей и сама Keepstar-цитадель, из них триста шестьдесят два корабля капитального класса.

Книга рекордов Гиннесса официально сертифицировала два достижения: «Крупнейшее многопользовательское PvP-сражение» (восемь тысяч восемьсот двадцать пять участников) и «Наибольшее число одновременных участников многопользовательского PvP-сражения» (шесть тысяч пятьсот пятьдесят семь человек).

Бойня в M2-XFE (декабрь 2020 — январь 2021)

Сражение в системе M2-XFE стало кульминацией «Второй мировой пчелиной» и побило предыдущий рекорд B-R5RB по стоимости уничтоженных активов.

Тридцатого декабря 2020 года коалиция PAPI атаковала кипстар Imperium в M2-XFE. В системе находилось около пяти тысяч шестисот пилотов. Развернулось грандиозное столкновение суперкапитальных флотов — самое масштабное в истории игры по числу задействованных Титанов.

Из тысячи трёхсот четырёх Титанов, принявших участие в бою, было уничтожено двести пятьдесят семь — почти двадцать процентов от общего числа. За четырнадцать часов реального времени двести пятьдесят четыре из них были разорваны залпами оружия Судного дня — супероружия Титанов; оставшиеся три пали от обычного вооружения. Разбивка потерь: сто тридцать Титанов PAPI против ста двадцати двух Imperium, ещё пять не определены.

Всего было уничтожено три тысячи четыреста четыре корабля.

Совокупные потери — двадцать девять триллионов сто одиннадцать миллиардов исков. В пересчёте на доллары через среднюю стоимость PLEX — триста семьдесят восемь тысяч двенадцать долларов. Предыдущий рекорд B-R5RB (триста две тысячи триста восемьдесят семь долларов) был побит.

Второго января 2021 года состоялась вторая фаза. В трёх связанных системах одновременно находились тринадцать тысяч семьсот семьдесят пилотов. Но тут уже серверная инфраструктура не выдержала — тяжёлая TiDi и серверные проблемы привели к тому, что значительная часть флота PAPI не смогла загрузиться в систему. Сотни суперкапиталов оказались заблокированы в аварийном режиме сервера.

Осада M2-XFE продолжалась несколько недель, пока PAPI постепенно эвакуировали заблокированные корабли.

Бойня в M2-XFE принесла EVE Online два новых рекорда Гиннесса: «Самое дорогое сражение в истории видеоигр» и «Наибольшее число уничтоженных Титанов в одном сражении».

CCP Games, как и в случае с B-R5RB, установили в системе постоянный памятник — полукруглую архитектурную структуру из обсидиан-подобного чёрного камня, вдохновлённую исландской церковью Hallgrímskirkja. Внутри силуэт Keepstar, напоминание о масштабах катастрофы. Официальное название — «Monument to the Massacres at M2-XFE».

Эти пять сражений — лишь верхушка айсберга из тысяч конфликтов Нового Эдема. EVE Online остаётся единственной игрой, где виртуальные потери стабильно измеряются сотнями тысяч настоящих долларов, а последствия одной ошибки — забытого платежа за суверенитет или неудачного прыжка — способны перекроить карту нулевого сектора на месяцы вперёд.

И, думаю, не ошибусь, если скажу: каждое из этих сражений подтвердило главный принцип EVE. В этой вселенной историю пишут не разработчики, а сами пилоты.

Со всеми вытекающими последствиями.

Сообщение Великие битвы EVE Online появились сначала на Блог казуального геймера.

Последний месяц я активно осваивал новый контент, так что мнение о дополнении сложилось. Начнем с географии.

Новый регион: Сковос

Сковос (Skovos Isles) — это легендарный архипелаг в Двойных Морях (Twin Seas), колыбель первой цивилизации Санктуария и бывший дом Лилит и Инария. Впервые за всю историю серии эта локация стала доступна для исследования. Вулканические пики, лесистые дебри, затопленные руины — и всюду культисты, морские ужасы и отголоски Пылающего Ада.

Столица архипелага — Темис. После кампании Темис стягивает к себе всё, ради чего возвращаются в игру: Командный стол Военных Планов, Незрячее Око для входа в Эхо Ненависти, постамент с Хорадримским Кубом, обелиск Артификера для входа в Башню и Яму, сундук и всевозможные торговцы и ремесленники. Новая столица, где в одном месте компактно собраны все сервисы эндгейма. Уже здесь хочется поблагодарить близов за то, что теперь не надо бегать по миру. Да и сам Темис выглядит красивым городом, в противоположность Киовашаду и другим городам «большой земли», выполненным в стиле темного фэнтези.

Сковос — это не просто красивая зона. Здесь родились нефалемы, здесь зародилась культура амазонок Аскари. В стартовых зонах Сковоса чувствуется вайб Древней Греции. Видать, близы решили перехватить часть аудитории у создателей Titan Quest 2. Правда, потом дизайнеры сделали ставку на разнообразие биомов и, как по мне, получилось не очень. Болота, вулканы, поля боя, вроде и разнообразно, но похоже на лоскутное одеяло.

Лор и сюжет

Относительно лора у меня будет отдельное видео, так что тут ограничусь комментарием. Сюжетная кампания короткая, довольно стандартная, местами драматичная, но я бы не сказал, что очень уж увлекательная.

Два новых класса

Главное нововведение — два класса, доводящее общее число до восьми. По каждому будет отдельный разбор, здесь кратко.

Паладин стал доступен ещё в одиннадцатом сезоне «Божественное Вмешательство» с 11 декабря для предзаказчиков Lord of Hatred, в двенадцатом сезоне «Бойня» прошёл бесплатный триал, а с релизом Lord of Hatred класс доступен всем владельцам расширения. Классический ближний боец со щитом, молотом и святостью, прущей из всех углов. Уникальная механика паладина — это система Клятв (Oaths): четыре пути, и каждый задаёт свой стиль игры. Я отыграл одиннадцатый сезон за Disciple — паладин-Бэтмен, который возносится в небеса и обрушивается на врагов сверху. Милишник в тяжелой броне большую часть времени прыгает, как лягушка — это довольно забавное зрелище. Впрочем, этим же спеком я решил играть и в новом дополнении. Добрался уже до десятого тира Мучений, в гайды пока не ходил, мой Doomguy весело скачет по толпам врагов, праведным гневом испепеляя все вокруг.

Чернокнижник — прямая противоположность Паладина. Двойная ресурсная система: Гнев (Wrath) на заклинания, Доминирование (Dominance) на демонов. Классовая механика — Осколки Душ (Soul Shards): четыре осколка, каждый привязывает к демону и фактически превращает варлока в отдельный подкласс. Плюс Варианты (Variants), модифицирующие навыки, и ультимейт Апокалипсис (Apocalypse) с кулдауном 66.6 секунды, который принципиально не ускоряется.

Я отыграл кампанию «апокалиптическим» билдом и, на мой взгляд, лучший АоЕ-класс из тех, за которые я играл в Diablo IV. Бегающий вулкан, который настуканным до сотни Апокалипсисом накрывает половину экрана. Правда, в этом есть и минусы. Скажем, не вся дрянь, которую разбрасывают мобы, особенно огненная, видна под этой анимацией. Так мой «вулкан» иногда неожиданно затухал.

Кстати, по случаю тридцатилетнего юбилея серии Варлок пришел во все три части Diablo в рамках одной юбилейной кампании: D2: Resurrected в феврале, в четвёртую часть в апреле, в Diablo Immortal придёт летом. Такое случается впервые в истории серии.

Переработка древа навыков

Самая масштабная переработка навыков со дня релиза. Близы называют это «полным переписыванием» — и это не маркетинговое преувеличение.

Что изменилось

В предыдущей версии древо навыков содержало активные навыки с двумя вариантами апгрейда и пассивы, дававшие числовые бонусы. Вкладываешь очки, получаешь скучные +5% к урону. Новая система меняет концепцию. Пассивные ноды полностью убраны из дерева и перенесены в переосмысленные Легендарные Аспекты (Legendary Aspects) и уники (Uniques). Дерево сфокусировано на активных навыках с глубокой кастомизацией. Потолок очков навыков поднимается до восьмидесяти трёх.

Как это выглядит

У каждого активного навыка теперь три ветки модификаторов, открывающиеся по мере роста уровня. Игрок выбирает по одному модификатору с каждой ветки. Первые две — общие модификаторы. Третья — бонусные варианты навыков (Skill Variant Bonuses), и здесь начинается главное: три определяющих билд свойства, многие из которых перенесены из бывших Легендарных Аспектов, а часть — совсем новая. Близы намеренно перетащили часть «знаковых» аспектов в дерево, чтобы у игрока было больше прямого контроля над тем, какой получается билд.

Для тех, кто не купил дополнения, третья ветка работает в усечённом виде: доступны два бонусных варианта из трёх. Полный набор раскрывается только владельцам дополнения Lord of Hatred.

Многие варианты усиливаются с рангами навыка. Чем больше очков вкладываешь в базу, тем сильнее модификатор. Для большинства классов часть бонусных вариантов ещё и меняет категорию способности.

Друид и некромант: коренная переделка

Двум классам близы переделали логику глубже остальных — об этом тоже будут отдельные материалы. Вкратце: Друид получил выбор формы (Волк, Медведь, Человек) прямо в дереве навыков без привязки к снаряжению. Некромант — разделение призыва скелетов на магов и воинов, перенос миньонов в дерево навыков и переработку системы Жертвы, которая теперь даёт бонусы параллельно с активными миньонами.

Эндгейм: Военные Планы и Эхо Ненависти

Одна из главных претензий к четвёртой Diablo с момента релиза — это хаотичный эндгейм. Кошмарные Подземелья, Адский Прилив, Адские Орды, Подземелье Кураста, Яма — игровые системы существовали как бы по отдельности. Игрок прыгал между активностями, не чувствуя прогресса в них. Единственное, что реально связывало их — это Шёпоты. Смотрим, за что сейчас дают очки, и бежим туда.

А единственной активностью, в которой ощущался прогресс — это Яма (а чуть позже и Башня), но и то, со скачками уровней сложности там были проблемы. Билд, который хорошо работал, скажем, уровня до 70, «ломался», и прохождение становилось болью в одном месте. Надо было менять билд, который еще через десять-пятнадцать уровней становился непригодным. Дальнейшая прокачка заключалась в фарме легендарок с большим количеством звездочек, мификов, расходных материалов для прокачки обвеса, глифов и парагона. Где-то в районе 90+ прогресс стопорился, и прохождение очередной Ямы становилось болью в одном месте. Я не слишком хардкорный игрок, но за 100 уровень Ямы я переходил всего два раза. Введение Башни дело не поменяло, разве что теперь у хардкорщиков появился официальный рейтинг.

Lord of Hatred предлагает решение.

Потолок уровня персонажа поднимается до семидесяти. Шкала Мучений (Torment) растянулась с четырёх уровней до двенадцати — больше градаций сложности, больше золота, опыта и шансов на дроп на каждой ступени.

Военные Планы — система пользовательских плейлистов из эндгейм-активностей. Вместо того чтобы каждый раз решать «что делать дальше?», игрок заранее составляет план и проходит его единой цепочкой без возврата в город.

После прохождения кампании Lord of Hatred в Темисе становится доступен Командный стол. Открываете интерфейс Военных Планов, выбираете активности из пула — Кошмарные Подземелья, Адские Приливы, Подземный Город, Боссы Убежищ, Адские Орды, Яма. Закончили активность и телепорт сразу в следующую. Сигила нет под рукой? План сгенерирует его на лету.

Шёпоты вынесли в отдельную категорию: они не занимают слот в плане, а «навешиваются» поверх любой выбранной активности. Прогресс по ним капает параллельно. Командный стол растёт в уровне за каждый завершённый план, открывая Деревья Активностей. Это отдельные ветки прокачки под каждый тип игровой системы. Очки на эти деревья набираются по мере игры. Выполнили все активности плана и забираете награду из Военного Сундука в Темисе.

Работает это неплохо. Выбрал маршрут и пошел фармить, не тратя время на то, чтобы добраться до локации. Прохождение можно прервать, выйти из игры и вернуться туда, на чем сделал перерыв. Можно заняться другими вещами, и прогресс не слетит.

Плюшки, которые даются за уровни прокачки активностей, местами интересны, местами не очень. Скажем, есть перк, который спавнит червяков в Адских Приливах, которые после убийства оставляют после себя шарики с экспой. Имея 200+ парагона, я минут за двадцать качнул три пункта. Пожалуй, это самый быстрый метод фарма парагона. Есть еще и такой перк, как шанс дропа искры из сундука за Шёпоты. Пока не выпало ни одной. Какой смысл в таком перке? Вот мифических подношений уже выпало три штуки, и забеги в подземку Кураста получились продуктивными, помимо сундука с босса, удалось словить еще и гоблинов, так что в сумме упало семь мифик-предметов. Хотя я думаю, что близы еще не раз будут править и эти древа, и систему в целом.

При этом вряд ли это сильно изменит отношение к главному мерилу прогресса. Официальный ладдер привязан к Башне. То есть все остальные упражнения так или иначе будут предприниматься игроком для того, чтобы занять место в рейтинге.

Эхо Ненависти: бесконечный вызов

Эхо Ненависти — это новый режим с бесконечными волнами демонов из легионов Мефисто. Не «как быстро вы пройдёте», а «как долго продержитесь». Доступ открывается через След Эха (Trace of Echoes), редкий дроп из любого эндгейм-контента. Найденный осколок относите Незрячему Оку в Темисе, и оно открывает врата в сам режим. Близы подчёркивают: это не повседневная активность. Каждая попытка становится событием.

Отличия от других режимов принципиальные. У Кошмарных Подземелий и Ямы фиксированная длительность и предсказуемые враги. Эхо Ненависти бесконечное, с нарастающей сложностью и рандомизированными волнами. Доступ в Подземелья открывается обычным ключом, в Яму он свободный, в Эхо Ненависти нужен редкий дроп. Цель Подземелий: пройти. Цель Ямы: пройти быстро. Цель Эха Ненависти: продержаться как можно дольше.

Чем дольше выживаете, тем лучше награды. На поздних волнах появляются боссы, иногда несколько сразу. Рано или поздно любой билд сломается, вопрос лишь в том, на какой волне. Для билдкрафтеров это единственный режим, где по-настоящему проверяется потолок билда. У Подземелий и Ямы есть фиксированный конец. Здесь его нет. Для казуалов можно полностью игнорировать. Военные Планы покрывают все потребности.

Как это работает вместе

Военные Планы отвечают на вопрос «что мне делать?»: структура, разнообразие, ежедневные сессии. Эхо Ненависти отвечает на «мне больше нечего доказывать»: бесконечный потолок, событийный формат, сверхредкий доступ. Рекомендованный путь: достигли максимального уровня, начали с Военных Планов, оптимизировали билд через целевой фарм. Когда выпал След Эха, проверили, чего стоит ваш билд. Результаты дают диагностику слабых мест.

Талисман и возвращение сет-бонусов

Одно из интересных новшеств: четвёртая Diablo впервые получает сет-бонусы. Носителем стала система Талисмана и Оберегов (чармов).

Талисман открывается по ходу кампании Lord of Hatred и занимает отдельную вкладку инвентаря, не занимая слот обычного снаряжения. В центре расположено гнездо для Печати (Seal), вокруг него до шести слотов для Чармов. Чем мощнее установленная Печать, тем больше у Талисмана аффиксов и тем больше открытых слотов под Чармы. Не-уникальные обереги с одинаковыми аффиксами стакаются. Простая, понятная механика без скрытых ограничений.

Сетовые Чармы идут следующим слоем. Собрал частичный сет, получил пороговые бонусы; собрал полный, раскрыл потолок билда. Сеты бывают двух типов: классо-специфичные и универсальные, подходящие любому. В отличие от Diablo III, где сет диктовался снаряжением, здесь сет выбирается отдельно от обвеса и работает с ним в паре. Сознательный гибрид Чармов из Diablo II и сетовых бонусов Diablo III: близы возвращают один из самых востребованных сообществом элементов, но переписывают его так, чтобы не повторять старых ошибок.

Хорадрический Куб

Легендарный Куб возвращается как эндгейм-крафтовая система: открывается по ходу кампании, расположен в Темисе. Через него можно добавлять, снимать и перебрасывать аффиксы; рерольнуть предмет в рамках того же качества; апгрейдить магические, редкие и легендарные предметы; крафтить уникальные обереги; трансмутировать предметы, иногда получая улучшенную версию, иногда неожиданный результат. Куб также трансформирует руны: можно собирать легендарные руны для рунных слов и для крафта мифических предметов.

Большая часть рецептов использует новые материалы, которые сыпятся со всех сторон: с элитных монстров, из Трофеев Куба за выполнение Военных Планов, из подземки Кураста, из сундуков Шёпотов. Помимо открытого набора рецептов есть секретные, спрятанные комбинации, которые сообщество будет искать на ощупь. Близы намекают, что часть ингредиентов лежит в самых неприметных местах.

Камни тоже переделали. Эффекты на оружии стали значительно сильнее, а сверх обычной шкалы появились два новых тира: Хорадримский и Безупречный Хорадримский. Создаются через Рецепт Объединения в самом Кубе.

Айтемизация предметов и крафт

Вместе с Кубом и Талисманом дополнение принесло интересные изменения в систему предметов.

Серьезно изменилась система предметов. Обычные, магические и редкие предметы остаются в дропе на сложностях Мучений и теперь работают как крафтовые базы для Куба — могут быть «Древними» и иметь великие аффиксы. Уникальные и мифические предметы теперь поддаются закалке, правда, попыток у вас будет значительно меньше, выбирайте внимательно. Однотипные множители урона на предметах теперь складываются между собой, а не перемножаются попарно. Полученная сумма уже идёт в общую формулу как самостоятельный мультипликатор — и это особенно сильно меняет жизнь сборкам урона по времени: масштабирование становится прозрачным, а потолок урона перестаёт зависеть от удачных комбинаций аффиксов. Стак предметов в инвентаре поднят до тысячи.

В общем, все выглядит неплохо, если бы не одно но. Близы опять забыли сделать что-то вроде переносной кузни. Предметов, как всегда, сыпется выше крыши, и каждый раз надо бегать к кузнецу, чтобы их разобрать.

Рыбалка: расслабляющий эндгейм в мире демонов

В игре про истребление демонов теперь можно сесть на берегу и закинуть удочку.

Жанр экшн-РПГ — это сотни часов фарма, миллионы уничтоженных монстров, бесконечные циклы «убей-подними-улучши». К определённому моменту даже самый преданный игрок устаёт. Не от игры, а от постоянного давления «быть эффективным». Качать уровни, качать парагон, фармить предметы с нужными статами.

Рыбалка задумана как пауза. Не отойти от компа в городе, а занятие, которое что-то даёт за вложенное время. Вы просто сидите у воды в мире, который обычно пытается вас убить.

Но главная интрига рыбалки раскрылась уже после релиза. После обнаружения Коровьего Уровня и загадочного Prime Rib — предмета, который «достоин подношения даже богу» — сообщество уверено, что именно через рыбалку и Куб лежит путь к так называемому Cow God. Связь между уютной механикой и хардкорными секретами — типично близзардовский ход.

Сезон Расплаты и сообщество

Вместе с дополнением стартовал Сезон Расплаты. У этого сезона нет своей сюжетной линии, темы и геймплейных механик. Вместо этого есть переход на новые системы: дерево навыков, айтемизация, уровни Мучений, Военные Планы и так далее. Сезонный Ранг вырос: девять рангов, больше ста целей, до двенадцати очков навыков, сорока двух очков Парагона и четырнадцати Сияющих Искр суммарно за прохождение, питомец Лоадрут, маунт-трофей «Ненавистная Геральдика». Около четверти целей требуют дополнения — остальные доступны всем.

Две вещи бросаются в глаза, когда смотришь на перечень сезонных достижений. Первая — это то, что большинство из них сосредоточены на эндгейме, вторая — не все из них просто получить.

Особняком стоит коллективное достижение Крах Ненависти, общемировой вызов. Если сообщество суммарно фармит 266 600 000 очков Парагона на всех реалмах, в награду все игроки получают шлем Корона Ненависти.

Близы забыли, с кем они имеют дело. Думаю, что сообщество и не напрягалось особо и уже менее чем через месяц нафармило нужное количество очков. Кстати, эта цифра косвенно позволяет оценить сколько игроков активно ворвалось в Санктуарий в конце апреля. Предположим, что в среднем игрок за месяц мог нагриндить на аккаунт 200-250 очков. То есть активная аудитория игры по всем регионам где-то 1,1–1,2 миллиона человек.

Коллаборация с World of Warcraft

По какому поводу реликварий пополнился косметикой из World of Warcraft, я не знаю, но у воверов-ветеранов многие предметы вызовут приступ ностальгии. Чего только стоят две версии Испепелителя и сет Т2 на паладина. А ведь там еще Атиеш, Сульфурас, Громовая Ярость. Все, что можно было купить за баджи, я уже купил и теперь вот думаю, взять ли все сеты со скидкой или нет.

Итог

Lord of Hatred выглядит очень и очень неплохо. Два класса с оригинальными механиками, масштабная переработка навыков, Сковос, который выглядит более нарядно, чем «большая земля», Темис как единый хаб, где можно найти все и не мотаться по миру, переработанный эндгейм через Военные Планы и Эхо Ненависти, возвращение сет-бонусов через Талисман, Хорадримский Куб с секретными рецептами, расширенные уровни сложности в эндгейме и даже рыбалка.

Близы не просто добавили контент и два новых класса. Они пересобрали игру вокруг нового ядра. Очень похоже на то, как они когда-то делали дополнения к WoW, когда некоторые дополнения делали из привычной игры новую. Введена масса мелких улучшений, например, крафт легендарных рун.

Развлечений стало больше, их можно тасовать в зависимости от настроения и целей. Lord of Hatred получился намного более кардинальным, нежели Vessels of Hatred, правда, пока есть еще куда развиваться. Скажем, официальный аукцион напрашивается уже довольно давно и с изменением системы крафта необходимость в нем возрастает еще больше.

Сообщение Lord of Hatred: обзор второго дополнения Diablo IV появились сначала на Блог казуального геймера.

Да так вот, двадцать первого апреля все семь звёздных врат, ведущих в Житу, одновременно получили катастрофические повреждения. И слово «одновременно» здесь ключевое — это не авария и не совпадение, а атака.

Разрывы пространства-времени, идентичные аномалиям из так называемых Fractured Fields, ударили по всем семи вратам разом. Большая часть оперативного персонала и техников погибла мгновенно. Выжившие получили лучевую болезнь от радиационных выбросов. Число жертв исчисляется тысячами.

При этом врата остались работоспособными. В общем-то понятно почему — если Житу изолировать, то торговля в Новом Эдеме просто станет. Капсулиры продолжают прыгать в Житу и обратно. Но починить повреждённые конструкции невозможно: остаточная радиация выводит из строя ремонтное оборудование. Государство Калдари ввело чрезвычайные меры, корпорация EverMore через Paragon Fulfillment Center предложила помощь пострадавшим.

Атака произошла в тот же день, что и инаугурация нового президента Федерации Галленте — Аликс Моро. Вряд ли это совпадение, да и сами выборы прошли не так гладко. Моро победила с минимальным перевесом, 34.8% голосов, обогнав Сорайю Роден с разрывом в 0.8%. Третьим пришёл сенатор Лукас Тензин, тот самый, кто в январе инициировал импичмент предыдущего президента Селес Агуар.

Новоизбранный президент, ещё не успев принести присягу, оказалась втянута в серьезный кризис. Не лучшее начало каденции, мягко говоря.

Обвинения: все против всех

Первым и самым громким голосом стал председатель Исполнительного Совета Калдари Акимака Сараки. Он не стал ходить вокруг да около: по его словам, это была не просто целенаправленная атака, а «военное преступление». Диверсия с использованием Дрифтерской Гиперпространственной Сети. Пособником Сараки назвал Intaki Syndicate, а «спонсоров» атаки связал с Федерацией Галленте.

Сараки утверждал, что провернуть такое без помощи одной из крупных держав невозможно — Минматарской Республики, Амаррской Империи и Триглавов. И пообещал, что «возмездию Государства не будет границ».

Федерация Галленте в лице Моро категорически отвергла обвинения. Источники в Сенате пошли дальше, предположив, что Сараки сфабриковал претензии для оправдания военных действий. Классический приём — когда тебя обвиняют, обвини обвинителя.

Минматарская Республика через Санматара Малеату Шакора отвергла причастность к инциденту, но внутри Республики голоса были не столь единодушны: вождь Бруторов Вкуми Пол и вождь Крусуал Тенерхадди Дикон ткнули пальцем в Амаррскую Империю, чего, впрочем, следовало ожидать, учитывая сложные и долгие отношения двух государств.

Императрица Катиз I ответила в характерной для Амарр манере — с леденящей вежливостью: «Бесконечное позёрство Республики не способно устрашить Империю; быть может, настало время донести это до них». И намекнула, что «подозрительно благоприятные обстоятельства» для Республики заслуживают отдельного расследования.

Генеральный директор CONCORD Панайя Пауконсуо заняла нейтральную позицию, напомнив, что протоколы CONCORD «запрещают серьёзные нарушения за пределами обозначенных варзон». Пока они соблюдаются, «путь к стабильности остаётся открытым». Проще говоря, выразили обеспокоенность и призвали к миру во всем мире.

Корни кризиса: откуда взялись Fractures

У атаки на врата Житы есть предыстория. Ей предшествовала серия тревожных аномалий, которые в последние месяцы появлялись по всему Новому Эдему. Их назвали Fractures, разрывы пространства-времени.

Совместное расследование CONCORD и Общества Сознательной Мысли установило, что Fractures вызваны «безрассудными» экспериментами с Гиперпространственной Сетью в Дрифтерских червоточинах. Энергетические сигнатуры совпадали с пятью неидентифицированными Дрифтерскими нексусами. А исследования в этих системах проводили пять сил — Амаррская Империя, Государство Калдари, EDENCOM, Минматарская Республика и Коллектив Триглавов.

Государства отрицали ответственность. EDENCOM заявила о приверженности «целостности и безопасности Нового Эдема». Триглавы дали загадочный ответ об «экстирпации» — и, как обычно, не подтвердили и не опровергли.

Побочным продуктом Fractures стала Prismaticite, нестабильная руда, минеральный состав которой меняется при каждой переработке. Outer Ring Excavations оперативно разработала Phase Anchor — технологию для стабилизации и добычи этих руд. Верховная Жрица Sisters of EVE Харна Дурадо публично усомнилась, что ORE могла создать такую технологию «без предварительного наблюдения» фазированных астероидов. Прозрачный намёк на инсайдерские связи с EDENCOM.

Упоминание Intaki Syndicate в обвинениях Сараки не случайно. Синдикат основали пять тысяч интаков-изгнанников во время первой войны Галленте и Калдари. С тех пор Синдикат обитает в нейтральной зоне. Его территории — это автономные станции на окраине Федерации. Синдикат управляет одним из крупнейших нелегальных обменных пунктов калдарского корпоративного скрипа.

Парадокс ситуации: Синдикат был основан интаками, высланными за симпатии к Калдари, — а теперь Калдари обвиняют его в пособничестве атаке на свой главный торговый хаб. Впрочем, именно двойные связи Синдиката — и с Федерацией, и с Государством — делают его идеальным промежуточным звеном в любой теневой операции.

Параллельно Бизнес-Трибунал Калдари и House of Records вели расследование финансовой коррупции в Жите, затронувшей всё Государство. Связаны ли это расследование и атака на врата — вопрос, на который пока нет ответа.

Политический контекст: от импичмента к инаугурации

А теперь про политический контекст, без которого картинка неполная.

В январе Сенат объявил импичмент президенту Селес Агуар. Главные обвинения: сокрытие вторжений Rogue Drones после AID Act (закон YC125, ослабивший ограничения на ИИ в промышленном секторе), тайные платежи капсулёрам через Федеральное разведывательное управление и незаконная задержка президентских выборов. Федерация потеряла лидера за три месяца до кризиса.

Выборы завершились победой Аликс Моро, губернаторши Бурина из партии автономистов. Но победу с перевесом в 0.8% вряд ли можно назвать легитимным мандатом. Сорайя Роден отказалась признать результаты и пообещала оказать «сопротивление». Что-то это мне напоминает, но не буду тянуть реал в игру.

Реакции лидеров других империй на выборы Моро были показательны. Сараки назвал результат «доказательством безумия Федерации». Шакор предупредил о «разломах» от потери единства. Катиз I пообещала «поддержку свободной торговли» — что в переводе с амаррского означает «мы будем наблюдать, как вы разваливаетесь». Фасад дипломатической вежливости уже пошёл трещинами.

Exordium и Path of War

Тринадцатого апреля CONCORD и AIR Laboratories объявили о создании Exordium, нового региона из пятидесяти трех звёздных систем. Поправка к Юлайским Соглашениям запрещает любое вооруженное выяснение отношений между государствами-членами на этой территории.

Четыре посольских созвездия — Haven для Амарр, The Crucible для Калдари, Federation Free-Zone для Галленте и Strokar для Минматар — задуманы как нейтральная площадка для сохранения дипломатических каналов. Красивый жест, но вот только пиратские фракции — «непослушные люди» из Гуристас, пираты-ангелы и Кровавые Рейдеры — уже просочились в регион. Нейтральная территория, в которой хозяйничают пираты, это не столько дипломатический редут, сколько метафора всего Нового Эдема.

Тридцатого апреля стартует ивент Warpath — боевые сайты в хайсеке и лоусеке, подобные комплексам Factional Warfare. CCP переводит сюжетную эскалацию в игровую механику. В принципе могли бы и подождать, только с выборным ивентом закончили, но видать, график поджимает. Меньше чем через месяц фанфест и, очевидно, именно на нем нас ждет кульминация предыстории. А вот сама история будет другой.

CCP Games в Directors’ Letter от февраля анонсировали сагу Theatres of War, отдельный материал на эту тему я делал на днях, превращение Military Campaigns в основу геймплея. Цель амбициозная: «поднять Factional Warfare до уровня войны с реальными ставками», вывести конфликт за пределы лоусека в хайсек, дать новичкам «ясную цель и значимое влияние с первого дня».

Ивент Path to War уже ввёл Direct Enlistment — участие в фракционке без выхода из своей корпорации — и Shadow War, соревнование четырёх империй за триглавианские технологии. Калдари крадут технологию Stellar Transmuter, Амарр и Минматар — transport relay, Галленте нужны обе. Сайты дают suspect-флаг в хайсеке, и это означает ровно то, что вы думаете — открытый ПвП без вмешательства CONCORD. Повреждение врат Житы, выборы Моро, обвинения Сараки, создание Exordium — всё это звенья одной сюжетной цепочки, которую CCP выстраивает на протяжении двадцать шестого года.

Сообщество на форумах неизбежно сравнивает текущую ситуацию с Триглавианским вторжением, когда система Niarja — система между Jita и Amarr — была превращена в часть Почвена, после чего безопасный маршрут между двумя основными торговыми хабами увеличился с десяти до сорока пяти прыжков.

Прецедент Ниаржи показал, что CCP готова к необратимым изменениям географии хайсека. Но Жита с её концентрацией активов — это ставка совсем иного порядка. Это как если бы в реальном мире кто-то взорвал все подъездные пути к Нью-Йоркской фондовой бирже.

Кто стоит за атакой?

На момент написания материала этот вопрос остаётся без ответа. Сараки обвиняет Федерацию и Intaki Syndicate. Федерация обвиняет Сараки в фабрикации. Минматарские вожди обвиняют Амарр. Катиз намекает на Минматар. CONCORD призывает к сдержанности.

Единственный подтверждённый факт: разрывы пространства-времени, повредившие врата, идентичны Fractures — а Fractures связаны с экспериментами над Дрифтерской Гиперпространственной Сетью, которые проводили все пять основных сил. Кто из них — или кто помимо них — направил эту силу против Житы, мы пока не знаем.

Но кто бы это ни был, он выбрал лучший момент: новый президент без мандата, империи на грани нервного срыва, CONCORD в роли пассивного медиатора, которому придется разгребать последствия. Вместе с нами, конечно.

Сообщение EVE Online. Новый Эдем на грани войны появились сначала на Блог казуального геймера.

После того как я закрыл полоску ивента до 1000 на четырёх персонажах, решил, что хватит. Но CCP подняли кап до 1500 очков и сделали главным призом четыре премиальных токена, за которые покупались офицерские модули. Летать на миссии не хотелось, поэтому решил пройти маршрут: за полный пролёт давалось 260 очков и порядочное количество баджей.

Маршрут проходит через пятнадцать исторических мест, и каждое заслуживает отдельного рассказа. Да, я в курсе, что выборы уже закончились и новым главой Федерации стала радикальная демократка Alix Moreau. Но подробности мест, через которые вы пролетали во время тура, от этого никуда не делись.

Luminaire, старт

Тур начинается в Luminaire у маяка «Campaign Trail Starting Line». Здесь же и финиш маршрута.

Luminaire (регион Essence) — главная система для Gallente Federation. С точки зрения лора это одна из узловых систем кластера. Духовная родина Федерации, но формально не её столица: столицей считается Villore. Luminaire это культурный корень. Вокруг одной звезды вращаются две планеты, которые породили две самые разные цивилизации Нового Эдема. Gallente Prime это шестая планета системы, заселённая когда-то французскими колонистами из системы Tau Ceti. От них Gallente унаследовали идеи свободы, равенства и демократии, на которых стоит сегодняшняя Федерация. Caldari Prime изначально была мёртвой скалой. В эпоху колонизации Нового Эдема её купила неустановленная земная мегакорпорация и запустила терраформирование. Процесс шёл 246 лет, прежде чем на поверхности можно было жить. То есть Caldari Prime это буквально искусственная планета, а сам Luminaire до терраформирования назывался прозаично: VH-451.

Калдари входили в Федерацию Галленте, но их мегакорпорации тайно строили колонии и добывали ресурсы вне границ Федерации, чтобы уйти от галлентийского регуляторного и налогового давления и сохранить корпоративную автономию. Это послужило началом кровавой войны, отзвуки которой ощутимы до сих пор.

Сразу после стартовой линии маршрут уходит на запад, в лоусек Essence.

Первый сегмент: лоусек Essence и научная пограничная зона

1. Old Man Star. Звёздные врата Darieux

Первая остановка — Old Man Star.

В 11 году YC, когда галленто-калдарская война продолжала тлеть, из Villore вылетело строительное судно Федерации. У экипажа стояла задача построить старгейт до системы Ouperia и расширить логистическую сеть. На борту пять членов экипажа. Во время прыжка произошёл критический сбой навигации, корабль выбросило на несколько световых лет от курса, прямо в астероидный пояс. Удар астероида убил четверых. Выжил один — оператор дронов Сёль Дарьё.

Дарьё принял решение, от которого нормальный человек отказался бы: не возвращаться, а продолжить путь до Ouperia без работающего прыжкового двигателя. На досветовой скорости. Путешествие заняло сорок четыре года. За это время Дарьё превратил разбитый корабль в автономную экосистему: водород и кислород из топливных баков давали воду, световые коллекторы из обшивки — теплицу, септик замкнули на удобрения. Курс корректировал, отстреливая ракеты в обратном направлении. Свободное время, десятилетия свободного времени, тратил на проектирование дронов и роботов из того, что нашлось в трюме. Астероид, убивший его экипаж, оказался богат мегацитом, редчайшим минералом, идеальным для продвинутой робототехники.

В 55 году YC корабль добрался до Ouperia. Дарьё к этому моменту был стариком за шестьдесят. Он закрепился на крупном астероиде у резонансной точки между белым карликом и его коричневым компаньоном, собрал мини-фабрику и за пять лет в одиночку, с помощью своих дронов, построил работающие звёздные врата. В 60 году YC Федерация обнаружила, что давно списанные врата Villore — Ouperia внезапно активировались. На той стороне стоял очень пожилой человек и его армия самодельных роботов.

Дарьё ненадолго стал медийной звездой, а потом основал CreoDron — корпорацию, выросшую в крупнейшего производителя дронов во всём Новом Эдеме. Чертежи, которые он рисовал в невесомости на протяжении полувека, легли в основу дроновых технологий, используемых в игре и сегодня. Сам Дарьё умер через несколько лет после возвращения, а систему Ouperia переименовали в Old Man Star в его честь.

Если подлететь к маяку сегодня, увидите эти самые врата: кустарной конструкции, больше похожие на минматарскую архитектуру, чем на галлентийскую. Апертура закреплена на одном большом и шести малых астероидах, стянутых тросами. На главном астероиде стоит оригинальное строительное судно Дарьё, с работающими панелями управления и светящимися системами. Шестьдесят с лишним лет прошло, а оно всё ещё горит — как мемориал человеку, который не сдался и довёл начатое дело до конца.

2. Postouvin. H4-RP4, мемориал Kyonoke

Вторая остановка — Postouvin. На орбите стоит кипстар H4-RP4 Kyonoke Memorial Research Facility, посвящённый жертвам чумы Kyonoke, которая унесла почти 22 миллиона жизней по всему кластеру.

Эпидемия вспыхнула в начале 119 года YC, и оказалось, что случайной она не была. Расследование показало, что вспышку организовали: ответственность лежит на калдарийской националистической семье Кассарас, которая вломилась в Kyonoke Pit и выпустила патоген наружу. Мотивы Кассарас до сих пор формально не установлены, но конкретно эти люди убили 22 миллиона человек в нескольких системах одновременно.

Общество Сознательной Мысли (SoCT) — организация, обычно держащаяся в стороне от политики, — построила кипстар в Postouvin как исследовательский центр, который весной YC 119 принял Kyonoke Inquest. На Inquest приехали тысячи капсулёров, и совместными усилиями удалось разработать лекарство. Один из редких эпизодов в истории New Eden, когда четыре империи и капсулёры реально работали вместе — потому что чума не различает паспортов.

Сегодня H4-RP4 — мемориал жертвам; лаборатории внутри сданы биотех-корпорациям. Рядом висит обломок старой Hemorphite Processing Facility, оставленный нетронутым как памятник.

3. Gererique. Обсерватория Duvolle

Третья остановка — Gererique. У первой планеты системы стоит Duvolle Gravitational Wave Observatory.

Duvolle Laboratories — одна из крупнейших технологических корпораций Федерации, основанная в 79 году YC. Больше 30 миллионов сотрудников, специализация — биотехнологии и двигательные системы. С корпорацией мы ещё встретимся на маршруте в самом конце, у штаб-квартиры в Carirgnottin.

Почему обсерватория именно здесь? Gererique это единственная населённая система, расположенная достаточно близко к Trace Cosmos. Аномалия из миниатюрных чёрных дыр и пространственных разломов видна невооружённым глазом. Гравитационные волны легче всего ловить, когда взаимодействуют тела с экстремальной гравитацией, а Trace Cosmos — бесконечный полигон таких взаимодействий. Дювойль построил обсерваторию у первой планеты и держит результаты работы в секрете как коммерческую тайну.

Второй сегмент: капсулёрский мемориал и амаррское пространство

После Gererique маршрут уходит в Molea, первую амарскую точку маршрута, в регионе Khanid. Дальше четыре маяка подряд по амаррскому ядру: Kor-Azor Prime в одноимённом королевском регионе, затем Amarr, Sarum Prime и Thebeka, последние три в Domain.

4. Molea. Мемориал погибших капсулёров

Четвёртая остановка — Molea. Здесь стоит Fallen Capsuleers Memorial, одно из самых эмоционально нагруженных мест во всей игре.

Изначально это было кладбище, которое создали игроки корпорации EVE Cemetery: контейнеры с эпитафиями, развешанные на орбите луны Molea II. CCP официально признала место и сделала особый маяк, остановив деградацию контейнеров, чтобы они оставались в космосе постоянно. Разработчики специально заморозили механику, которая по умолчанию должна была их уничтожить.

Главный мемориал перестроил Upwell Consortium в 122 году YC (реальный 2020-й). Посвящён всем «павшим капсулёрам», но за формулировкой стоит одна конкретная история. Шон Смит, известный в EVE как Vile Rat, был одним из лидеров игрового сообщества и членом Council of Stellar Management — CSM. В реальной жизни он работал офицером информационного управления Foreign Service США. Погиб в сентябре 2012 года во время атаки на американское консульство в Бенгази. Сообщество EVE собрало для его семьи больше 127 тысяч долларов, а противоборствующие альянсы временно прекратили войну ради совместной акции памяти.

5. Kor-Azor Prime. Мемориал Doriam II

Пятая остановка — Kor-Azor Prime. Маяк посвящён Императору Дориаму II.

Дориам II Kor-Azor был императором Амаррской Империи с YC 105 по YC 107. Лор описывает его как либерального филантропа, который пытался реформировать общество Империи в сторону большей открытости и вёл переговоры с традиционными врагами амарров. А реформировать что-либо в Амаррской Империи примерно так же безопасно для жизни, как реформировать Священную Римскую Империю в шестнадцатом веке.

Четвёртого июля YC 107 Дориам был убит в Императорском дворце. Ответственными считаются убийцы из ячейки Кровавых Рейдеров, связанной с Red Chamberlain Dochuta Karsoth. Памятник возведён в YC 123 Орденом Royal Heiress Ersilia Kor-Azor в память о лидерстве её дяди в Доме Кор-Азор и в Империи в целом. Монумент описывают как памятник «доброжелательному правителю, миротворцу с соседними империями и врагу Кровавых Рейдеров».

6. Amarr. Монумент Chribba

Шестая остановка — система Amarr, у планеты Amarr VIII. Здесь стоит Chribba Monument.

Памятник возведён в YC 123 совместным проектом корпораций HZO Refinery и Upwell Consortium в честь вклада Chribba в сообщество и экономику New Eden. Стоит примерно в 180 тысячах километров от главного торгового хаба Amarr.

Кто такой Chribba? Один из самых известных живых игроков в EVE Online. Его репутация построена не на войнах и не на количестве побед, а на доверии: он много лет был нейтральным посредником в крупных сделках, имел репутацию неподкупного арбитра и стал чем-то вроде швейцарского банка Нового Эдема. Монумент изображает Chribba, разглядывающего голограмму своего знаменитого дредноута класса Revelation — корабль, который сообщество называет Veldnaught. Это майнинг-дредноут (в хайсеке быть не может), но CCP неофициально оставила его в Амарре в благодарность за всё, что Chribba сделал для комьюнити.

7. Sarum Prime. Кладбище Mekhios

Седьмая остановка — Sarum Prime, система с секьюрити 1.0 в регионе Domain. Mekhios Graveyard Wreck — прямое продолжение темы Дориама II.

После убийства Дориама Империя три года жила без императора. Кризис разрешился неожиданным возвращением наследницы Джамиль Сарум, которую все считали погибшей. В YC 110 она появилась в системе Mekhios ровно в тот момент, когда Флот Страрейшин — минматарская военная коалиция, собранная Council of Elders для освобождения рабов на амаррских территориях, — готовился раздавить одну из трёх имперских групп.

То, что произошло дальше, до сих пор является предметом обсуждения. Джамиль вошла в систему на Abaddon в сопровождении двенадцати Citadel Archwarders на Apocalypse. А потом активировала то, что лор называет «оружием божественной силы» и что на деле так и не получило внятного технического объяснения. Флот Старейшин был вынужден отступить, Джамиль провозгласили спасительницей Империи и короновали как Императрицу Амаррской Империи.

Это место не только мемориал, но и поле боя. Пояс обломков растягивается на сотни километров: корпуса Ragnarok и Avatar (минматарский и амаррский титаны), несколько Naglfar-дредноутов, Nidhoggur-кэрриеры, Revelation и россыпь Tempest. В центре — золотая статуя Джамиль с распростёртыми руками, будто прикрывающая голографическую реконструкцию флота, а в ключевой точке реконструкции — тот самый Abaddon в момент выстрела с белым сияющим шаром в носу, символом самого выстрела.

8. Thebeka. Крепость Order of St. Tetrimon

Восьмая остановка — Thebeka, Order of St. Tetrimon Fortress Monastery.

Орден Святого Тетримона — древняя религиозная организация внутри Амаррской Империи, основанная в 21460 году н.э. после смерти Безумного Императора Зараграма II. Тот умудрился выпустить серию декретов, которые шли вразрез с амаррским Писанием: пытался переписать священные традиции под себя. Закончилось тем, что собственный внук Inire Ardishapur убил деда. После этого Совет Апостолов поручил только что возникшему Ордену миссию: сохранить оригинальные тексты Писания и зачистить всё апокрифическое и неканоническое, в первую очередь декреты самого Зараграма. С тех пор Орден Тетримона стоит на страже ортодоксии и регулярно выступает против любых попыток её модернизировать.

Крепость в Thebeka — региональная резиденция Ордена. Две главные золотые башни, прикрытые защитным кольцом в форме рва, и одиннадцать пар одинаковых малых сооружений-доков вокруг, описанных в обзорах как «гигантские золотые апострофы». Комплекс занимает сотни квадратных километров и стоит примерно в 220 астрономических единицах от основной обитаемой зоны системы. Базируются здесь боевые корабли Ордена: Paladin и Zealot, ударные мародёры и крейсеры Имперского флота. Это не монастырь в привычном смысле, а укреплённая база с полноценным религиозно-военным контингентом.

Крепость построена при поддержке Royal Heir Arim Ardishapur. Орден в своё время помог Ardishapurs подавить восстания рабов в самой системе Thebeka, и монастырь стал одновременно благодарностью за услугу и демонстрацией союза.

Третий сегмент: к древним вратам

После Thebeka маршрут уводит в коридор через Tash-Murkon, Kador и Genesis. Четыре точки подряд: Nafomeh, Saminer, Turba, Mozzidit. Две из них — просто путевые точки маршрута, навигационные маяки без мемориалов, но они нужны, чтобы пройти через нужные регионы. Эта часть подводит к кульминации тура, Врата Евы.

9. Nafomeh. Campaign Trail Waypoint

Девятая остановка — Nafomeh в регионе Tash-Murkon. Тут нет никакой скульптуры, никаких руин, никакого голограммного флота. Но сам факт, что маршрут заводит сюда, стоит рассказа.

Таш-Муркон это младший из пяти королевских домов Amarr Empire. Его возвысили в королевскую линию относительно недавно, после Восстания Ханидов, которое освободило место на верхних этажах власти. Семья была из удорианцев, а не истинных амарров, и с точки зрения консерваторов Империи всегда оставалась «пришлой». При этом Таш-Муркон сделала себе имя на торговле: после возвышения это была самая богатая семья Империи, контролировавшая ресурсы южных секторов. А с YC 118 глава Дома, Катиз I Таш-Муркон, занимает имперский трон. Вчерашние «пришлые» сегодня сидят на амаррском престоле.

Nafomeh это одна из опор этого Дома, место, где одна из ветвей обосновалась после внутренних разногласий в роду. Давит Таш-Муркон изгнал в Nafomeh всю ветвь Мехта (вместе с её внуком Туниром ) после того, как Мехта публично выступила против утверждения Давита Наследником вместо её собственного сына (её муж, прежний Наследник, обошёл сына в пользу Давита).

10. Saminer. The Traumark Installation

Десятая остановка — Saminer, The Traumark Installation.

Изначально Traumark был гордостью Дома Таш-Муркон — гигантский комплекс из трёх амаррских станций, прикрывавший южную границу территории Дома. Построили его в первый век после возвышения семьи в королевскую линию: тогда казалось, что власть и деньги навсегда превращаются в безопасность.

Оптимизм закончился, когда комплекс захватила Нация Саньши. Внешние корпуса станций новые хозяева оставили почти нетронутыми, но всё внутреннее содержимое перестроили под себя. Пространство вокруг руин с тех пор затянуто тёмными облаками, которые заслоняют далёкое солнце Saminer. Ruins of Old Traumark до сих пор стоят в системе — памятник первой большой утрате Дома.

Отбивать старый комплекс Таш-Муркон пытались и не раз, но безуспешно. Вместо этого построили новый, в нескольких прыжках от руин. Работы шли при Тунире, нынешнем Наследнике Дома. Момент выбрали удачно: в YC 123, когда интенсивность конфликта EDENCOM и Триглавиан пошла на спад, на рынках оказались излишки военного оборудования. Таш-Муркон скупили их за бесценок и построили современный Traumark заметно дешевле сметы.

11. Turba. Campaign Trail Waypoint

Одиннадцатая остановка — Turba, регион Kador. Это амаррский транзитный узел перед тем, как трасса уходит на запад и через лоусек выйдет к границе Solitude. Сам маршрут в Solitude не заходит, но следующая точка стоит вплотную к его границе. А раз уж нас занесло в эти края, стоит рассказать, что это за регион.

Solitude — самый странный регион Федерации. Физически он оторван от основного галлентийского пространства: вокруг лежат Trace Cosmos и Cord of the Elements, а единственный сквозной коридор проходит через системы Intaki Syndicate, то есть через чужую юрисдикцию. Галлентийский регион, до которого удобнее долететь через пиратское государство, чем через родную Федерацию. Звучит как анекдот, но это так.

Когда-то Solitude вообще был независимым сектором. Сюда уходили этнические галленте уже после образования Федерации, на фоне войны с калдари — те, кому не нравилась центральная власть из Villore. Строили автономные системы и не спешили ни под чью крышу. Регион захлестнуло пиратство и коррупция, и к концу бардака пионерам пришлось проситься обратно под федеральный зонтик. С тех пор Solitude внутри Федерации — место с двойной идентичностью: формально часть Федерации, по духу всё ещё фронтир, свободомыслящий, насторожённый к центральной власти и традиционно милитаризованный. Местные больше других в Федерации уважают флотских и голосуют за ястребиные, изоляционистские фракции в Сенате.

12. Mozzidit. EVE Travel Agency

Двенадцатая остановка — Mozzidit, амарский лоусек в регионе Genesis на стыке с Solitude и Aridia. Здесь расположено EVE Travel Agency.

Туристическое агентство в мире, где экскурсии по галактике могут закончиться в клонилке. «EVE Travel Agency» — буквально цитата из сообщества: есть такой легендарный блог evetravel.wordpress.com, который уже полтора десятка лет методично описывает каждый маяк, каждую диковинную структуру и каждый странный сайт в игре. CCP его явно читают и здесь ставят автору и жанру «exploration tourism» маленький памятник.

Четвёртый сегмент: древние врата, чёрный монолит и возвращение

Финальный сегмент — кульминация, эпилог и финиш. Врата Еві в Genesis єто самая интересная по лору точка маршрута. Чёрный монолит в Dead End, тоже в Genesis, — самая аномальная. Штаб-квартира Duvolle в Carirgnottin закрывает корпоративную тему, открытую обсерваторией в третьей точке.

13. New Eden. Врата Еві

Тринадцатая остановка — самая важная во всём туре. В системе New Eden региона Genesis стоит EVE Gate Joint Research Complex.

По лору, в 7703 году нашей эры рядом с этим местом возникла стабильная червоточина, соединившая галактику Млечный Путь со звёздным кластером, который колонисты позже назвали New Eden. Колонизировать её человечество начало значительно позже, в 7987 году. Около 8061 года червоточина схлопнулась, отрезав колонии от родного мира и обрушив их в «тёмные века» — период, после которого фракции Нового Эдема развивались независимо и создали собственные цивилизации. Без этой катастрофы не было бы ни Федерации Галленте, ни Государства Калдари, ни Амаррской Империи, ни Республики Минматар.

Сегодня EVE Gate непроходима. Магнитные бури рвут на части любого, кто подойдёт близко, поэтому Врата изучают с безопасного расстояния — инструментами, расположенными вокруг исследовательских станций совместного комплекса Sisters of EVE и Дома Кор-Азор. Сама структура остаётся загадкой: её создатели неизвестны, на ней обнаружены символы языка, который никто пока не расшифровал. Для Sisters of EVE это буквально «врата в рай» и доказательство, что Бог по ту сторону. Для амарров — фигурант Писания и одновременно объект научного интереса.

14. Dead End. Чёрный монолит

Четырнадцатая остановка — система Dead End, всего в паре прыжков от EVE Gate. Чёрный монолит висит в космической пустоте у пятой планеты, на орбите её пятой луны. Географически один из самых глухих углов в Новом Эдеме.

Сам монолит — прямая цитата из «2001: A Space Odyssey» Артура Кларка. Кто-то из дизайнеров EVE явно вырос на этой книге: чёрная гладкая плита в пустоте — прямой отсыл к артефакту из романа. А внутриигровая информация монолита говорит, что он «It’s full of stars», — дословная цитата из книги Кларка (в фильме Кубрика этой фразы не было; она добавилась только в экранизацию сиквела «2010»). Только здесь он не часть сюжетной арки, а одиночная лорная аномалия. Происхождение неизвестно, изучать его никто не пробовал. Зато сама поверхность монолита покрыта россыпью звёздных меток, и именно из-за них в комьюнити закрепилась гипотеза, что это древняя карта или навигационный маяк. А вокруг регулярно патрулируют Blood Raiders — амаррская еретическая секта, которая использует кровь капсулёров в своих ритуалах. Подлёт к монолиту на неподготовленном корабле обычно заканчивается неприятным знакомством с их флотом.

У любителей лора есть гипотеза: примерно в этих местах когда-то жили талокане, древняя мигрирующая цивилизация, мастера «пространственной манипуляции» и, как принято формулировать, «гиперевклидовой математики». Talocan строили статичные прыжковые врата в вормхол-пространстве, и вполне возможно, что Чёрный монолит это их навигационный маяк, поставленный рядом с EVE Gate как точка отсчёта в каком-то их собственном маршруте. Доказательств нет. Но сама география (два прыжка от главной мегаструктуры всей вселенной) намекает, что место не случайное.

15. Carirgnottin. Штаб-квартира Duvolle

Пятнадцатая остановка — Carirgnottin, штаб-квартира Duvolle Laboratories. Корпорация, чью обсерваторию мы видели в Gererique в первой части маршрута.

Duvolle — одна из крупнейших галлентийских корпораций, известная агрессивной коммерциализацией собственных разработок. Собственные R&D пакуют в патенты и лицензии, конкурентов скупают, технологии встраивают в продукт всего, что только можно. Основана в YC 79, через год перенесла основные мощности в Carirgnottin, а в YC 91 получила первую собственную станцию — Manufactory One в этой же системе. Малая часть того, чем гордится Федерация в технологическом плане, не проходила через руки Duvolle. Их инженерия встроена в каждый второй сабкапитал, в каждый второй модуль, в каждый второй планетарный товар.

16. Luminaire. Campaign Trail Finish Line

Шестнадцатая, финальная остановка — обратно в Luminaire, у маяка Campaign Trail Finish Line. Про эту систему мы уже говорили в начале.

Сообщение EVE Online. Campaign Trail: от Люминера до Черного монолита появились сначала на Блог казуального геймера.

Через месяц, 14–16 мая 2026 года, в рейкьявикском Harpa Concert Hall пройдёт Фанфест. Для капсулира это главное событие года: три дня докладов, анонсов и панелей, на которых CCP Games раскладывают планы на оставшуюся часть года. До начала четыре недели. Самое время освежить в памяти, что студия пообещала в январе-феврале и каких анонсов ждать.

Главное это директорское письмо «2026 & Beyond». Ежегодный доклад, в котором CCP рассказывают, куда поплывёт EVE Online в ближайший год, а заодно как поживает EVE Vanguard, шутер-спинофф, которого капсулиры ждут со смесью любопытства и лёгкого недоверия. Главной темой письма в этом году является Theatres of War. Зонтичное название серии обновлений 2026-го, объединённых общей темой: радикальная переработка фракционных войн и новая механика под названием Military Campaigns.

Итак, о чем хотелось бы услышать на фанфесте?

Название и дата второго обновления, того самого, в котором должны ввести Military Campaigns.

Подробности по новому региону Exordium. Пятьдесят три системы уже видны на карте, а в апреле CCP в дев-блоге «Introducing Exordium» раскрыли план фазового разворачивания: ещё до Фанфеста регион откроется для изучения без активного контента, а полноценный запуск с перенаправлением всех новых игроков состоится вместе с летним аддоном. Хочется услышать точные даты и детали.

Статус кроссовера EVE Online × EVE Vanguard и новая дата раннего доступа Vanguard в Steam, после того как CCP сдвинули его «за пределы лета 2026».

Состояние пятого тестового цикла EVE Frontier под названием Shroud of Fear, стартовавшего 11 марта 2026 года. Хочется услышать планы на следующие циклы и возможную дату релиза. Хотя исходя из того, что игра пока еще по-прежнему в стадии альфы, вряд ли стоит ждать анонса, но чем черт не шутит. И то, что студия покажет из обещанного графического апгрейда движка Carbon. В пятом цикле игра уже стала выглядеть получше, но пока еще не так хорошо, как хотелось бы.

Для ветеранов ставка CCP на 2026-й звучит как «наконец-то», для новичков как «звучит красиво, но что там внутри?». Без контекста не обойтись. Theatres of War не появились на пустом месте, это итог целого года экспериментов CCP, о которых интересно поговорить.

2025: год, когда CCP закладывали фундамент

Revenant: ноябрь 2024 и мартовский патч 2025

Дополнение Revenant вышло 12 ноября 2024 года, но его по-настоящему крупное обновление (Revenant Major Update) сделаои только в марте 2025-го. Именно этот мартовский патч задал тон всему году, с фокусом на нулевой сектор и индустрию.

Появились сайты третьего уровня под Рорквал-флоты и капитальные операции. Принцип простой: астероидов стало меньше, но сами они гораздо жирнее. На первом и втором уровнях та же логика. Перебалансировали ансиблексы: радиус входа сократили с тринадцати тысяч метров до семи, теперь на них гораздо проще устроить кемп. Автоматический ремонт отключили, отныне мост надо обслуживать руками, как лунный драйв Метенокс. Варп-дизрапторы и баблы блокируют использование гейта. Для любителей быстрой перекидки флотов маленькая трагедия, для охотников праздник. Параллельно удешевили производство капиталов и линкоров первого уровня, забаффили переработку Mordunium по Pyerite, подняли выход Mercoxit по всему нульсеку. Плюс добавили новый лазер ORE Deep Core Strip Mining для барж и эксхумеров.

Revenant и его мартовское продолжение заложили простую логику: нули должны жить активным контролем, а не автопилотом, а капитальные корабли должны стать чуть доступнее для тех, кто готов их строить.

Legion: май 2025

Аддон Legion вышел 27 мая 2025 года, его анонсировали ещё на Фанфесте того же года. И вот он запомнился не столько новым железом, сколько социальной механикой.

Главное из Legion это Freelance Jobs, система, в которой корпорации могут публиковать публичные задания для игроков, не состоящих в их рядах. До сотни активных заданий на корпу, с рассылкой в пределах пяти прыжков от офиса. Звучит сухо, на деле впервые за долгое время CCP формализовали то, что раньше существовало только на словах и в личках: «а помоги нам подвезти топливо», «нам нужен человек на скаут», «найми меня на один бой». Теперь это часть игрового интерфейса.

Прилетели два любопытных корабля. Sarathiel, дредноут Ангельского картеля с бонусами к проджектайлам и фоллоффу и возможностью использовать капитальный микроджамп-драйв в сиеже (это сильно). И Babaroga, Т2-мародёр Триглавианской коалиции с энтропическими дизинтеграторами и модулем бастион. Любителям экзотики посвящается.

Ещё Legion ввел корпоративную идентичность: цветовые палитры с полной поддержкой HEX и RGB, редактор логотипов с полноценной палитрой вместо жалких шестнадцати цветов, начало переработки звёздной карты в сторону тактической двухмерки в стиле Dotlan. И тихий, но важный ребаланс мародёров: подрезали ловкость, сохранили урон и танк.

Legion задала принцип, который CCP перенесли в 2026-й: не изолированные фичи, а системы, связывающие игроков разных уровней опыта.

Фанфест 2025: куда смотрим дальше

На Фанфесте 2025 студия обозначила рамку для будущих обновлений: эскалация капиталов и диверсификация их ролей, развитие добычи ресурсов, концепция «Pioneering» (освоение новых территорий) и графический апгрейд движка Carbon с реалистичным освещением, расширенным динамическим диапазоном и детализацией.

Там же объявили первый открытый тест EVE Vanguard под кодовым названием Operation Nemesis, запущенный 16 сентября 2025 года. Это был первый публичный тест шутера, куда пускали без Omega-подписки. Сразу оговорюсь: раньше часто писали «пре-альфа», но формально и в пресс-релизах CCP это «первый открытый тест». Не мелочь, это сигнал, что студия считала Vanguard достаточно готовым, чтобы пустить туда всех желающих.

Я пробовал Operation Nemesis и быстро понял, что это пока не моё. Пять смертей подряд от кемперов в одной зоне, и все интерес пропал. Это не отменяет того, что Vanguard важный проект для CCP, но как шутер он всё ещё сырой.

Едем дальше.

2026: Theatres of War, или как связать обновления в серию

Новый подход к аддонам

Главное структурное изменение 2026-го это даже не конкретные фичи, а сам формат. CCP прямым текстом сказали: вместо попыток впихнуть крупные идеи в шестимесячный цикл, студия будет вводить, развивать и дорабатывать системы на протяжении нескольких релизов подряд. Очередная смена концепции выхода дополнений, но все же это лучше того, что та же Blizzard делает с WoW.

Релизы запланированы на первый, второй и четвёртый кварталы. Все три объединены зонтичной темой Theatres of War и направлены на реформу FW. Оговорюсь: само директорское письмо формально говорит о «двух аддонах» (EVE Evolved в феврале и безымянный в Q4), а крупный патч в Q1 идёт как доработка прошлогоднего аддона Catalyst. Агрегаторы вроде Shacknews и MMORPG.com пишут уже про «три аддона». На уровне ощущений это и правда серия из трёх шагов, объединённых одной темой. Дальше я буду говорить «три обновления», так удобнее.

EVE Evolved: февраль 2026

Первое обновление года вышло в феврале 2026-го. CCP акцентировали визуальные доработки параллельно с геймплейными.

Ввели Aura Guidance, ИИ-чатбот для новичков, построенный на массиве из пяти миллионов восьмисот тысяч реальных сообщений Rookie Help. Формально это продолжение инициативы EVE Forever, на практике умная подсказка внутри клиента: игрок пишет вопрос, система ищет семантически похожие ответы в базе. Полезно для тех, кто впервые попал в интерфейс EVE и понял, что это не WoW. Правда, фича пока находится в фазе бета-теста и доступна не всем.

Сняли штрафы к стендингам за FW-миссии. Четвёртый уровень FW-миссий получил новых NPC, на которых можно охотиться без потери репутации с фракциями, и CCP обещают распространить эту логику на все уровни. Мартовский патч 23.02 добавил пятьдесят три системы нового региона Exordium в базу данных Tranquility. Играть в них пока нельзя, это будущий плацдарм для новичков.

В апреле 2026 года CCP уточнили план в дев-блоге «Introducing Exordium». Регион будет развёрнут в две фазы. Сперва, ещё до Фанфеста, откроется exploration-доступ без активного контента (просто полетать, посмотреть), а полный запуск с перенаправлением всех новичков в Exordium состоится вместе с Q2-аддоном летом 2026-го. Заодно анонсировали новый тир безопасности «starter space», в котором PvP полностью выключен — регион получил статус безопасности 1.0, что выше чем во всех существующих хайсечных системах. Хайсек-механики вроде вардеков там не будут применяться. Центральный хаб региона, система Manifest, получит станцию AIR Trade Center. В первой половине апреля регион уже появился на карте кластера.

EVE Evolved это вводная часть. Она не переворачивает игру, но задаёт технические и нарративные предпосылки для того, что будет дальше.

Q2 2026: аддон без названия, но с Military Campaigns

Название и дата второго обновления пока не раскрыты, но временные рамки понятны — лето 2026-го и главных фич у аддона две. Первая это Military Campaigns, формализация участия в FW: капсулиры берут контракты у NPC-империй и становятся частью масштабных военных операций. По замыслу CCP, кампании охватят весь спектр профессий, не только PvP-пилотов, но и индустриальщиков, майнеров, логистов. Каждый получит свою роль в военной машине.

Параллельно заявлены живые квесты. Сюжеты будут разворачиваться в реальном времени, с арками и целями, которые эволюционируют от релиза к релизу. Это прямой отход от старой модели, где сюжет был привязан к патчу и заканчивался вместе с ним. И главное, фокус на новичках. CCP не один раз подчеркнули, что Military Campaigns должны дать новым и одиночным игрокам «ясную цель и значимое влияние с первого дня». Контракты задумываются как точка входа, механизм, который сразу включает свежесозданного персонажа в глобальный конфликт.

Вторая крупная составляющая Q2-аддона это полноценный запуск Exordium. Именно с этим релизом CCP начнут автоматически отправлять всех новых игроков в изолированный 53-системный регион, где PvP полностью выключен. Получается красивая связка: новичок начинает путь в безопасном Exordium, осваивает базовые механики и уже с первого дня получает осмысленную цель через Military Campaigns, пусть даже контракты придётся брать за пределами стартового региона. По крайней мере, так это задумано. Как оно выйдет пока неясно, потому как предыдущие попытки упроситить освоение игры не задались.

Q4 2026: финал первого цикла

О третьем обновлении информации меньше всего. Предположительно, оно должно подвести итоги нарративных арок, запущенных в первых двух. Плюс на 2026 год запланировано кроссовер-событие EVE Online и EVE Vanguard, очередное полноценное взаимодействие между космическим симулятором и шутером от первого лица.

Кстати, про Vanguard. Ранний доступ в Steam, который изначально ожидался летом 2026-го, перенесли на более поздний срок. Официальная формулировка CCP «moving beyond Summer 2026», что на языке геймдева обычно означает «ещё не готово, ждите».

Честно говоря, после захода в Vanguard осенью прошлого года я стал относиться к проекту с большим пессимизмом. Да, я, конечно, хочу, чтобы у CCP получилось, но закрадываются смутные сомнения. “Немезида” оставила очень противоречивые впечатления и пока непонятно куда все вывернет. А ещё более непонятна политика вываливать проекты, которые находятся на ранней стадии разработки.

Впрочем, поживём-увидим.

Фракционные войны: от второстепенной механики к основной

Чтобы понять ставку Theatres of War, нужен небольшой исторический экскурс. Фракционные войны живут в EVE Online с 2008 года, их ввёл аддон Empyrean Age. Тогда у капсулеров появилась возможность воевать за четыре NPC-империи, ради контроля над лоусеком. Вместе с FW ввели регион Black Rise на сорок девять систем, как свежую песочницу для всего этого.

За восемнадцать лет FW прошла через классический цикл «расцвет, стагнация, рефреш». Крупное обновление случилось в ноябре 2022-го с аддоном Uprising: фронтлайны, новые цели, пятидесятипроцентный бафф к LP в системах фронта, навальные дредноуты и эсминцы. По статистике CCP, PvP-килы в лоусеке после Uprising выросли на семьдесят пять процентов, цифра, которой в студии очень любят хвастаться.

При этом FW так и остались нишей. Основной контент в EVE всё равно варился в нулях и вормхолах, там, где живут большие альянсы, ходят флоты на сотни кораблей и изредка проводятся операции, после которых киллборда пестрит потерями на миллиарды исок.

Theatres of War это попытка сместить баланс. CCP хотят превратить FW из регионального PvP-режима в центральную ось конфликта, вокруг которой строится весь контент года. Military Campaigns задумываются не как «улучшенные миссии», а как система, в которой империи ведут войну руками игроков, и каждый пилот, от новичка на фрегате до ветерана на дредноуте, занимает свою позицию в этой войне.

Задача амбициозная, а успех будет зависеть от скучных, но важных вещей: достаточно ли будет наград, чтобы оторвать игроков от нулевого ратинга; хватит ли разнообразия контента для индустрии и логистики; сможет ли студия держать темп живых нарративов весь год, не сдуваясь к октябрю.

Что означает план на три шага

Зафиксировав три обновления с общей темой, студия повышает ставки. Если первое введёт Military Campaigns, а они не найдут отклика у игроков, у CCP остаётся ещё два релиза, чтобы скорректировать курс.

По части коммуникации дорожная карта 2026-го это самый прозрачный план, который CCP представили за последние годы. Директорское письмо, конкретные темы, трёхаддонная структура: всё это даёт сообществу возможность оценить намерения студии и сформировать разумные ожидания.

Итог

2026 год в EVE Online это ставка на фракционные войны как центральный элемент игры и на новичков как ключевую аудиторию. Theatres of War, Military Campaigns, регион Exordium и кроссовер с Vanguard: четыре столпа, на которых CCP строят свой план. Серия из трёх связанных обновлений с общей темой — формат, нетипичный для студии и для индустрии в целом.

Реализация покажет, станет ли этот год поворотным или очередным годом амбициозных обещаний. Первые выводы можно будет делать после запуска Military Campaigns на Фанфесте 2026 и открытия региона Exordium для широкой публики. Лично я пока делаю ставку на Exordium. Если игра получит поток новичков, то одно это уже может стать серьезным изменением в игре.

Время покажет. Оставайтесь на линии.

Сообщение Theatres of War: EVE Online в 2026 году появились сначала на Блог казуального геймера.