В истории Великобритании последних двух веков две юные девушки становились королевами, которые в течение десятилетий определяли облик нации. В таком контексте экранизации биографии королевы Виктории напоминает зрителям о влиянии на страну и мир ее потомка – королевы Елизаветы II.

Британское телевидение любит своих королев: кажется, в истории Англии не осталось монарших особ женского пола, не удостоившихся бы собственного сериала, а то и нескольких. Новая «Виктория» – это далеко не первое появление знаменитой королевы Великобритании (и императрицы Индии) на экране. Интересна она, в основном, по двум причинам. Во-первых, любопытна попытка показать ранние годы царствования Виктории, когда еще только формировались характер и ценности женщины, давшей имя целой эпохи. Второй повод обратить внимание на сериал – исполнительница главной роли, Дженна Коулман, которая до сих пор была известна зрителям в первую очередь своим участием в легендарном Doctor Who. В «Докторе» ей уже приходилось путешествовать во времени; в «Виктории» она, по сути, занимается тем же. Присутствует и умудренный опытом наставник, правда, если раньше им был вымышленный Доктор, то теперь его место занял вполне реальный лорд Мельбурн (да-да, именно тот, в честь кого назвали австралийский город) в исполнении Руфуса Сьюэлла.

В принципе, упоминанием только этих актеров – Коулман и Сьюэлла – можно и ограничиться. Большинство других артистов, за редкими исключениями вроде играющих роль слуг актеров, совершенно теряются и решительно не запоминаются. Можно было бы считать это неудачей кастинга, но, возможно, именно такой была продюсерская задумка: сделать образы персонажей второго плана максимально бледными, чтобы не отвлекать внимания от бенефиса Дженны Коулман. К тому же, про характеры остальных исторических фигур можно узнать в «Википедии»: да, придворная знать была не в восторге от молодой королевы, а король Бельгии Леопольд был крайне неприятным типом (который, впрочем, не шел ни в какое сравнение со своим сыном и преемником, устроившим геноцид в Конго).

Искусно воссозданные интерьеры первой половины XIX века не должны вводить зрителей в заблуждение: «Виктория» очень современна, а поднимаемые в сериале темы актуальны и сегодня. Английские королевы задолго до суфражисток и феминисток говорили о роли женщины в обществе – к сожалению, только в масштабах отдельно взятого двора. Молодой Виктории пришлось столкнуться с сильной оппозицией мужчин-парламентариев, которые, может быть, и были бы готовы свыкнуться с мыслью о женщине на троне (благо уже были примеры Елизаветы и Анны), но с ее юным возрастом примириться совершенно не могли. В то время молодая королевы определенно была вызовом традиционным ценностям, поэтому при всем консерватизме последовавшей «викторианской эпохи» жизненное пространство женщин постепенно расширялось – если и не при активном участии самой Виктории, то явно по ее следам.

Сериал же исследует зарождение этой эпохи, которая появлялась в муках: юному монарху нужно бороться с настойчивым желанием родственников и лордов назначить ей регента, разбираться в превратностях первой влюбленности (разумеется, в мужчину намного старше ее) и искать себе подходящего супруга по всей Европе (на королевскую руку в какой-то момент претендовал даже будущий российский император Александр II).

Отношения Виктории с заменяющими отца мужчинами и амбициозным супругом несколько напоминают то, с чем спустя больше века пришлось столкнуться молодой Елизавете. Скажем, на месте лорда Мельбурна при известной доле воображения можно представить другого британского премьер-министра, по всем статьям намного более известного – Уинстона Черчилля. А супруг Елизаветы, греческий принц Филипп, возможно, неосознанно повторял поведение своего предшественника Альберта, отчаянно не желавшего находиться в тени своей царственной жены.

В следующем году выйдет продолжение «Виктории», которое будет посвящено, судя по анонсам, королевским попыткам совместить работу с семьей. То есть, нас ждет еще одна актуальная и современная история. А учитывая продолжительность викторианской эпохи, экранизировать жизнь королевы в сериальном формате можно будет еще очень долго.

Рецензия написана специально для журнала «Дилетант».

Правая рука серого кардинала при английском дворе после опалы своего покровителя занимает его место и входит в историю как один из самых влиятельных политиков XVI века. Историей Томаса Кромвеля телекомпания BBC продолжает методично исследовать эпоху Тюдоров в поисках тем и тенденций, актуальных и в XXI веке.

Томас Кромвель, занимавший разные высокие должности при дворе Генриха VIII, обычно изображается в исторической и художественной литературе как человек исключительно расчетливый, жестокий и, прямо скажем, неприятный. В шестисерийном «Волчьем зале» перед нами предстает совсем другой Кромвель – верный патриот страны, талантливый советник грубоватого короля и прагматичный государственный деятель. Такое комплиментарное изображение позволяет зрителям легко ассоциировать себя с героем и сопереживать ему, поражаясь его умению лавировать в пучине деспотизма. Фактически, «Волчий зал» можно рассматривать как наглядное пособие по жизни и работе в условиях диктатуры с знакомыми нашим современникам «теорией малых дел», искренним желанием менять систему изнутри и оправданиями в духе «у других получится еще хуже».

Британские исторические сериалы вообще похожи друг на друга, ну так и история, как известно, имеет склонность повторяться. Меняются действующие лица, но тенденции остаются неизменными. Сериалы хорошо подчеркивают это правило, позволяя примерять события давно минувших дней на близкие зрителю реалии. Впрочем, сериальный лица как раз более-менее одни и те же. Переходя от одного сериала про Англию XVI века к другому, начинаешь относиться к актерам как к родным.

Марк Райлэнс, исполнитель роли Томаса Кромвеля, прочно вошел в образ «человека эпохи Тюдоров и около нее» — только на экране он играл и Генриха V, и Томаса Болейна, а его театральные работы покрывают, кажется, весь спектр шекспировских героев. Его участие в «Волчьем зале» — несомненное украшение сериала. Хорошую компанию Райлэнсу составляет Дэмиен Льюис, примеривший костюм Генриха VIII. Льюис – один из интереснейших актеров своего поколения – хорошо знаком зрителям по шпионскому сериалу Homeland. Коронованный бабник Генрих в его исполнении не оставляет поводов для сомнений: да, ради возможности в очередной раз жениться такой вполне мог устроить религиозную реформацию. Инициированный Генрихом вывод английской церкви из зоны влияния папы римского привел к гражданским войнам, движению переселению в американские колонии и, в общем, сформировал мир в том виде, каким мы его знаем.

«Волчий зал» при довольно благосклонных отзывах критиков вызвал возмущение историков: эксперты называют его «блестящим вымыслом» и подчеркивают, что историческую правду разглядеть в сериале нелегко. Авторы позволяют себе слишком вольно обращаться с мотивациями персонажей и их характерами, что, впрочем, частично можно оправдать тем, что литературным источником экранизации стали книги Хилари Мантел – отнюдь не документальные произведения.

Телевидение, похоже, серьезно настроилось на то, чтобы формировать у зрителей представление о каждом относительно заметном периоде истории. При этом достоверность уходить на второй план, а основополагающим принципом становится утверждение «Как покажем, так и было». Некоторые продюсеры понимают шаткость этой позиции и, чтобы избежать обвинений в подтасовке фактов, выпускают дополнения к фильмам и сериалам в виде, скажем, раздела на сайте, описывающего показанные сюжеты уже в точном соответствии с историческими реалиями.

В обществе, в котором образование в целом и знание истории в частности становятся важными ценностями, выход на экраны художественных фильмов и сериалов на исторические темы сопровождается показами документальных фильмов, дискуссиями в печати, выпуском интерактивных приложений для самых маленьких зрителей. Полный спектр возможных образовательных инструментов, дополняющих и объясняющих телевизионный вымысел, сложно себе представить и, очевидно, в будущем число форматов только увеличится. Что-то из этого уже время от времени можно наблюдать в исполнении британских и американских телекомпаний, но все же такая практика не стала еще, к сожалению, общепринятой.

Для любознательных зрителей, желающих расширить свой кругозор, лучшим подспорьем по-прежнему являются книги и журналы.

Рецензия написана специально для журнала «Дилетант».

Молодой эксцентричный дирижер занимает место пожилого эксцентричного коллеги во главе великого оркестра, видавшего лучшие времена. Оркестр вяло сопротивляется, спонсоры в шоке, слушатели, кажется, довольны, как и зрители камерного сериала Mozart in the Jungle, выходящего на Amazon.

Эксцентричного дирижера играет Гаэль Гарсия Берналь со страстью, достойной «Золотого глобуса», его заслуженного предшественника — Малкольм Макдауэлл, хотя в большинстве других ролей заняты малоизвестные актеры. «Моцарта в джунглях» придумали кузены Джейсон Шварцман (которого мы помним по Bored to Death) и Роман Коппола с помощью бродвейского режиссера Алекса Тимберса (отвечающего, очевидно, за реализм) и во всей затее есть что-то от фильмов Уэса Андерсона.

Героя Берналя они списали с возглавляющего Лос-Анджелесский филармонический оркестр Густаво Дудамеля, который, кстати, появляется в первой серии второго сезона в небольшой роли рабочего сцены («Вы лучше нашего дирижера»).

Производственная драмеди о симфоническом оркестре — не частый гость на экране, но авторам «Моцарта в джунглях» удалось захватывающе показать не самые, казалось бы, увлекательные стороны филармонической жизни. Смешной сериал про бесконечные репетиции и профсоюзные переговоры — фактически, мы получили именно это.

Оказывается, у BBC была специальная инструкция по вязанию шарфа, который носил четвертый Доктор. Инструкцию высылали фанатам, жаловавшимся на то, что их бабушка не может справиться с узором.

Закончился девятый сезон Doctor Who и, если бы дело происходило лет пять назад, мы бы опубликовали программный материал, суть которого сводилась бы к тому, как сильно нам будет не хватать Доктора и его друзей. Но на дворе 2015 год и пора признать: сил следить за неряшливыми попытками Стивена Моффата свести концы с концами в сюжете сериала уже не осталось.

Фирменный стиль Моффата — набросать как можно больше неразрешимых сюжетных поворотов в кучу, а потом сделать вид, что их не было — работал какое-то время (в «Шерлоке» его хватило на один сезон, в «Докторе» удалось дотянуть до конца эры Мэтта Смитта), но оба сезона с Питером Капальди показывают, что порох в пороховницах закончился.

Хотя Капальди выглядит абсолютно органично в роли Доктора, а Дженна Коулман так просто лучше всех на свете, им приходится разыгрывать сцены из беспомощных сценариев позднего Моффата, который бросает сюжетные линии на середине и забывает о представленных зрителям героях.

К сожалению, Дженна Коулман покидает сериал, но еще большее сожаление вызывает то, что Моффат не ушел вместе с ней.

Стивен Моффат, go home.

В январе 2016 года «Секретные материалы» возвращаются на экраны и в честь этого канал Fox выпустил анимированный тизер. Какие молодцы!

Прекрасная укулеле в виде TARDIS предназначена, очевидно, исключительно для исполнения темы из Doctor Who.

Закончился Parks and Recreation и пора, видимо, признать, что это был лучший ситком последних лет 10. Отличные актеры, уморительные персонажи, местами тонкая политическая сатира и приглашенные звезды в диапазоне от Байдена до Маккейна — такого набора больше нигде не увидишь. К финалу сериала наши коллеги из Vanity Fair пересмотрели все 125 эпизодов «Парков» и составили подробнейшую инфографику, которая включает более-менее все факты о культовом шоу, в том числе, эволюцию названий рок-группы Энди. В частности, теперь мы знаем, что за все время, пока сериал был на экранах, Рон 10 раз ел или упоминал бекон, Крис 41 раз произносил слово «буквально», а Лесли 6 раз заявляла, что хочет стать президентом США.

Короткий ролик о том, как студия ILM, ранее работавшая только с полнометражными фильмами, создает спецэффекты для сериала Agent Carter в условиях жесткого телевизионного графика.

Ну вот мы и живем во времени, когда 1995 год — это древняя история. Сериал Hindsight канала VH1 обращается к путешествиям во времени, чтобы напомнить одним зрителям и рассказать другим о том, как жили и что любили двадцать лет назад.

Главная героиня Hindsight накануне своей второй свадьбы заходит в лифт, теряет сознание и просыпается в 1995 году в день своей первой свадьбы. Теперь у нее есть возможность исправить ошибки прошлого (или будущего?) и прожить жизнь с чуть большим смыслом. Дело осложняется тем, что на дворе-таки 1995 год — айфонов нет, интернет преступно медленный, все странно одеваются и слушают, по сути, репертуар канала VH1 Classic.

Hindsight — это такой микс «Назад в будущее» и «Секса в большом городе». Главная героиня — это буквально Мартин Макфлай в юбке, которой, правда, нужно не устроить роман родителей, а расстроить отношения брата и лучшей подруги, да еще и с собственной личной жизнью разобраться в процессе. В общем, если скучаете по 1990-м — обязательно посмотрите.

Я по-прежнему уверен, что единственное оправдание тому десятилетию — это фильм «Скала» 1996 года, но почему-то про него никто сериалов не снимает.

Вообще, сериал о путешествии назад в 1995 год — это изящный трюк создателей Hindsight. Почему все современные «молодежные» сериалы выглядят одинаково резиновыми? Потому что о жизни двадцатилетних в них рассказывают сорокалетние авторы устами тридцатилетних актеров. Здесь все становится на свои места: сценаристы не ставят себя на место миллениалов, а просто вспоминают юношеские годы, когда поколение X еще не успело обзавестись ипотекой.