Ее поведение было настолько необузданным, что это явилось одной из причин, почему Кина оставила жена. «Когда моя жена Глория ушла от меня, я наконец осознал, что могу потерять всё, что для меня важно», — рассказывает 44-летний Кин. Одной из труднейших проблем трезвой жизни является вопрос «куда девать время». «Когда я пытался быть трезвым, у меня не было привычек или занятий, которым я мог бы посвящать время. Я был достаточно сообразителен, чтобы понять, что сидеть и думать – это наихудший из возможных вариантов», — рассказывает Кин.

И тогда ему в голову пришла идея, как избавится от своей зависимости и неуправляемости Холы одновременно. Кин решил ее тренировать на прохождение трудного теста «Собака — Хороший Гражданин», призванного сделать собак «лучшими членами общества».

Кин понимал, что если бросит пить и воспитает Холу, то сможет завоевать и благосклонность жены, но когда он увидел на примере других собак всю сложность теста, он понимал, что для Холы это практически недостижимо – она даже не знала такой команды как «сидеть». Но времени было предостаточно, и Кин решил работать в выбранном направлении.

После многих дней упорной работы (в процессе которой у Кина просто не хватало времени на выпивку) и огромного терпения, проявленного Кином, Хола успешно сдала тест, и по иронии судьбы, в этот же день к Кину вернулась жена. Вскоре после этого сестра Кина произнесла такой тост: «Хола научила моего брата любить. Многие люди страдают оттого, что зациклены на себе. Это болезнь эгоизма. Чтобы измениться нужно уйти от сосредоточенности на себе. Марти выбрал Холу, и она была счастлива помочь».

По материалам: foxnews.com

Сохранить

Сохранить

Будучи студентом, Бернард получил известие об очень плохом состоянии матери, которая могла не дожить до утра. Ему срочно нужно было попасть домой.

Добравшись до железнодорожной станции, Бернард обнаружил, что последний поезд уже ушел. Он смог бы добраться до Питерборо, но пересесть там на поезд до Лидс, он уже не успевал. Купив билет до Питерборо, Бернард подумывал о том, чтобы по приезде угнать машину, или украсть деньги, чтобы поскорее добраться до дома.

— Ваш билет, — проговорил станционный кондуктор, глядя на студента, — с вами всё в порядке?
— Конечно, я в порядке, а почему бы и нет? Какое вам дело? – ответил студент, — занимайтесь своими делами – этим вы мне очень поможете.
— Если у вас проблема – я мог бы помочь, за это мне и платят, — настаивал кондуктор.

Чтобы отвязаться от работника станции, Бернард рассказал ему свою историю и предложил убираться. Когда через десять минут кондуктор снова подошел к парню, тот был уверен, что на этот раз он его действительно поколотит.

— Слушай, когда приедешь в Питерборо, сразу же беги к платформе один, там будет стоять поезд на Лидс, — проговорил кондуктор.

— Да ну, перестаньте, — сказал Бернард, — я же знаю, что опоздал.

— Вы не опоздали, — ответил кондуктор, — я связался с Питерборо и поезд будет специально вас ждать.

Бернард потерял дар речи и пытался что-то промычать в благодарность, но кондуктор ответил: «Если вы хотите меня отблагодарить, окажите в следующий раз помощь тому, кто в ней нуждается. Пусть и вас отблагодарят таким же способом и тогда мир станет немного лучше».

Бернард успел попрощаться с матерью и с того момента старался помогать другим людям: «С тех пор я отплатил доброму кондуктору тысячу раз, и буду продолжать это делать, пока не умру…»

По материалам: bbc.co.uk

Это продолжалось несколько недель. Мне стало интересно, и я приколол к ее ошейнику записку: «Я бы хотел узнать, кто хозяин этой удивительной, милой собаки, которая каждый день приходит поспать ко мне в дом».
На следующий день собака как обычно явилась днем поспать, и к ошейнику была прикреплена следующая записка: «Она живет в доме с шестью детьми, двоим, из которых еще нет трех, и старается наверстать упущенный сон. Можно я завтра тоже приду?».

По материалам: imgur.com

Наша читательница Антонина Монт написала такие стихи по мотивам этой истории:

Дачный детектив
Антонина Монт

Хмурым летним днём на дачу,
По тропинке, через двор,
К нам пробрался пёс бродячий
Из породы лабрадор.

Тихо-тихо, виновато
Он стоял у входа в дом.
Мы решили с младшим братом:
— Пса к себе домой возьмём!

Пёс вошёл, все также скромно
Лёг, свернувшись, у камина.
И, вздохнув протяжно, томно,
Вдруг уснула животина.

С миской щей в руках застыли
Мы над мирно спящим псом:
— Может, у него нет силы
Кушать и вилять хвостом?

— Нет, смотри, у пса ошейник,
Он не худ, вполне пригож,
К шерсти не прилип репейник,
На домашнего похож…

Целый час мы так шептались,
Что за пёс?… Не догадались.

Пёс тем временем проснулся,
Ткнул в ладошки наши нос,
Лапой дверь открыл, рванулся…
И исчез за клумбой роз.

День второй. Все тот же пёс
Вновь стоит у нашей двери,
Прочь уйти он не намерен,
Может, жить пришёл всерьёз?

Псу открыли дверь: «Входи!»
Он вошёл, лёг у камина,
Час поспал…ушёл…один…
Очень странная картина.

Третий день, четвертый, пятый…
Пёс к нам ходит, непонятно:
Что же с этим псом стряслось?
Кто же наш незваный гость?

Нам ужасно любопытно
И с мальчишеским задором
Мы решили тихо, скрытно
Проследить за лабрадором.

День шестой. Вот пёс поспал —
Свой закончил «ритуал»…
Мы тихонько, вслед за псом,
Тайну раскрывать идём.

Видим — двор большой, опрятный,
Пёс туда, мы вслед за ним.
Глянули вокруг…Приятно,
Что «наш» пёс и здесь любим.

Во дворе полно ребят,
Все кричат, сопят, галдят,
Пса сердечно обнимают,
Ловят хвост, усы щипают…

Кто-то с ним попрыгать хочет,
Кто-то псу поёт, хохочет,
Кто-то вдруг кричит: «Апорт!»,
Кто-то жалобно ревёт…

Пёс не злится, а играет,
Прыгает, кружится, лает,
Лижет малышам носы,
Чуть фырчит в свои усы…

Мама над детьми хлопочет
И, услышав наш рассказ,
Засмеялась: «Тузик хочет
Отдохнуть порой от нас.

Посмотрите, все мы здесь:
Пете с Машей — только годик,
Роме — два, Полине — шесть,
Вове с Борей — семь подходит.

Это женщинам привычно
Делать кучу дел обычных —
Целый день варить, стирать,
С детками гулять, играть,
Строго разнимать их драки,
Чистить шёрстку у собаки…
Чтоб жилось легко и дружно —
Холить всех и утешать…
А мужчинам все же нужно
Хоть чуть-чуть, но от-ды-хать!»

Я пошел купить газету, чтобы поразгадывать кроссворд, чашечку кофе и пачку печенья. После этого я сел за стол.

Я хочу описать вам эту картину. Это очень важно, чтобы вы ясно ее представляли.
Стол, на нем газета, чашка кофе, пачка печенья. Напротив меня сидит парень хорошего обыкновенного вида в пиджачной паре с чемоданчиком.

Не было похоже, чтобы он собирался учинить что-либо странное. Но вот что он сделал: вдруг наклонился, взял пачку печенья, раскрыл ее, взял одно печенье и съел.

Должен сказать, что англичане очень плохо справляются с такими ситуациями. В их происхождении, воспитании или образовании нет ничего, что помогло бы научить их как обходится с человеком, который средь бела дня украл у вас печенье.

Вы знаете, что было бы, если бы это происходило в Лос-Анджелесе. Была бы стрельба, вертолеты, CNN, ну вы знаете…. Но, в конце концов, я поступил как англичанин: я просто это проигнорировал. Уставился в газету, сделал глоток кофе и подумал, что делать дальше.

В конечном итоге, я подумал, что это пустяки, сильно напрягся чтобы не замечать, что пачка уже открыта и взял оттуда печенье. Я думал, что это его образумит. Но нет, так как через мгновение он повторил свою выходку. Он взял еще одно печенье.

Не сделав никакого замечания в самом начале, было бы гораздо труднее говорить об этом после второй попытки. Это бы не сработало.

Так мы закончили всю пачку. Когда я говорю всю пачку, я имею в виду, что там было всего восемь печений, но это длилось целую жизнь. Он возьмет одну, я возьму одну, он возьмет, я возьму. Наконец мы закончили, он встал и ушел.

Мы обменялись многозначительными взглядами, потом он ушел, и я вздохнул с облегчением. Через пару минут прибывал поезд, я допил мой кофе, встал и поднял газету, под которой лежала… пачка с моим печеньем.

В этой истории мне больше всего нравится то, что где-то в Англии живет человек с полностью аналогичной историей, единственно, что у нее нет такого же конца как у моей.

Оригинальный текст: отсюда

Перевод: Вдохновляющая доброта.

Сохранить

— Как-то, — рассказывал Чарли Чаплин, — я ехал в нью-йоркском метро. Придя домой, обнаружил в кармане золотые часы. Ума не мог приложить, как они попали ко мне. Решил отнести их в полицию.

На следующий день принесли письмо: «Дорогой мистер Чаплин! Пишет вам профессиональный карманник. Вчера в метро я украл у одного господина золотые часы, но, увидев вас, решил сделать подарок и опустил их в ваш карман».

Прошёл год. Полиция не нашла вора, не нашла и хозяина часов, и поэтому переслала часы обратно мне.

В газетах писали об этом, и вот через некоторое время я получил второе письмо: «Дорогой мистер Чаплин! Год назад я ехал в метро, и у меня украли часы. Я прочёл в газетах, что какой-то карманник подарил их вам. Пусть мои часы останутся у вас, мистер Чаплин. А так как я не меньший почитатель вашего необыкновенного таланта, чем вор-карманник, то посылаю к часам и золотую цепочку».

Отсюда

Сохранить

«Кто-то меня жалеет, но у каждого свое мнение. Я вот демагогией не занимаюсь. И никому ничего стараюсь не объяснять. Умный сам все поймет. Я никакой не ущемленный», — уверен дяда Саша. У него нет возможности передвигаться без костылей, но есть удочки, музейный «Запорожец» на полном ходу, шахматная доска и запас оптимизма промышленного масштаба. Он сидит на берегу безымянного озера и рыбачит прямо из салона своего «Броневичка». За спиной новая церковь деревни Сигневичи, родной Маревиль и 47 лет жизни, о которой он помнит только хорошее.Сердце Брестской области. В Маревиле стоит серо-белое утро. Дядя Саша проснулся, поиграл в шахматы по сети и ждет гостей. Он, кажется, вообще за любую «движуху».— О, здорово, хлопцы! Глядите, это моего брата грузовик. Он все его ремонтирует. Года три уже. Может, когда и доремонтирует, — бодро стартует хозяин и заходится смехом. — А давайте я вам сейчас свой «Запорожец» покажу.

Александр Снежко родился с артрогрипозом. Недоразвитие мышечной и нервной ткани не позволяет ему ходить самостоятельно. Александр всю жизнь передвигается с помощью костылей. Правда, это ни разу не портит ему настроение. Сразу же после знакомства создается впечатление, что перед тобой стоит чемпион Брестской области по оптимизму.

— Вообще, хлопцы, «Запорожцев» у меня два. Вон зеленый там, дальше. Он помоложе. Правда, не ездит совсем. Не оправдал надежд. Так я купил у мужика в Березе другой. Всю пенсию отдал. Тогда долларов 100—150, может. Машина, конечно! Годах в семидесятых ее сделали. Старее еще сталинского железа, но качественнее.

Скрипя, раскрываются двери, утренний свет рассеивает полумрак гаража, и перед нами появляется хрестоматийный «Запорожец» бежевого окраса. От одного его вида дядя Саша веселеет и начинает быстрее передвигать костылями.

— Я в 1988 году выучился на права. И с 1990-го за рулем практически каждый день. Тогда батька мне купил первый «Запорожец». Я 1968 года. Получается, 22 мне тогда было. Ну ходите, покажу. Я на нем везде. И в лесу, и в городе. Гараж — мое второе место жительства. Как у женщин кухня, так у парней гараж. Тут все есть.

И действительно в творческом бардаке гаража полно дополнительных деталей для «Запорожца», удочек, сачков. В углу тихо примостились резервные костыли. В другом помещении на крючке висит сложенная коляска. Александр говорит, что и близко не ощущает себя инвалидом. И даже в детстве не «загонялся» по поводу своего заболевания.

— В городе, слышал, инвалиды жалуются на условия. Так а у нас тут их совсем нет. Даже близко, — говорит дядя Саша, открывая дверь «Запорожца». — Да, какие-то проблемы у меня есть. Но они обычные. Если в магазин надо, так две ступеньки я осилю как-нибудь. Потихоньку, в меру возможностей — справляюсь. Смешно, но тяжелее всего мне в больнице. Там ступенек чуть-чуть побольше. Но я не загоняюсь, привык. Считаю, так оно и должно быть. Живу себе спокойно среди людей и радуюсь.

До шестого класса Александр учился в обычной школе. Здание было низеньким, одноэтажным. Но потом в поселке построили новую трехэтажную школу и ввели классовую систему. Пришлось перебираться в другое место. Дядя Саша оканчивал спецшколу в Осиповичах.

— Потом был бухгалтерский техникум в Старой Руссе. Это Новгородская область. После возвращения работал на нашем ПМК. Десять лет был диспетчером. Выписывал путевые листы. Считал машины, солярку, бензин, зарплаты. Теперь вот на пенсии.

* * *

— Покатаете нас?

— Свободно! Можно еще сзади седло положить.

Мимо бегают коты и кидают недоверчивые «косяки». Петухи, которые раньше надсадно горланили, будто в уважении замолкают, когда включенный «Запорожец» начинает «альфа-самцовски» рычать. Коты же и вовсе пугаются и убегают.

Дядя Саша счастлив. Машину чуть потряхивает. Но «Запорожец» — это песня. Песня молодой Эдиты Пьехи. Водитель крутит ручку, и окно с душевным скрипом открывается.

— Климат-контроль, — смеется Александр. — Нормально! Тут печка стоит. Она 750 граммов бензина берет в час! Зато тепло. Без мотора работает. Слушайте, как гудит.

Когда печка начинает работать, возникает ощущение, будто мы идем на взлет. Направляемся в лес, куда в детстве дядя Саша добирался на костылях.

— Другие дети бежали быстрее меня. Но я позже спокойно приходил, — машина резко сворачивает с трассы на дикую дорогу, водитель правит к роще. — Нас три брата. Старший и меньший, а я средний. Братья здоровы. Батька в прошлом году умер. С мамой живем. Она тоже в конторе работала. А отец машину водил. Родители переживали за меня. Но ничего не сделаешь, смирились как-то. Тем более я сам никогда не расстраивался. Какие проблемы? Никаких. Развлечения у меня были почти что такие же, как у здоровых детей. И сюда я спокойно заходил. А теперь не мальчик уже. 47 лет все-таки. Полжизни считай.

На границе леса и поля мерно гудят линии электропередачи, сверху накладываются голоса птиц, которые не особо довольны появлением людей. У ветра еще остался зимний акцент. Но дяде Саше не холодно. Он с увлечением продолжает рассказ о своем средстве передвижения.

— 90 по трассе еду. Это его крейсерская скорость. Бензина он берет шесть литров. Гаишники иногда останавливают, не без этого. Мой «Броневичок» вообще много что может. Меня даже в Польше штрафовали за превышение скорости. Ездил туда родственников проведать. Лет десять назад это было, под Белостоком.

* * *

— У нас тут поселок городского типа. Есть ПМК, но что-то там работы нет, ЖКХ, больница, садик, школа, магазинов три штуки. Полный набор. Не жалуемся. Только на гаишников, — смеется хозяин «Запорожца», заглушая машину.

Александр давно на пенсии. Утро он начинает с игры в шахматы. Увлеченно рубится с монголами 2002 года рождения и россиянами 1938-го. Потом завтракает. Затем едет рыбачить на озеро. Может помочь соседям, которых нужно подвезти в Березу или Кобрин.

— Если кто позвонит, я не отказываю, — останавливается жизнерадостный шахматист и показывает свой мобильник. — Это Nokia. Как только они появились, так я себе взял. Работает, как трактор. Мне больше и не надо. Пойдем в хату.

В хате богато пахнет готовкой. Мама дяди Саши дружелюбно машет в нашу сторону зажимом для сковороды и просит не фотографировать ее. После чего атакует гостеприимством.

— Попробуйте драников. Блины постные. Прошу извинить, но у меня великий пост. Картошка и цыбуля на постном масле пожарены. И яйца домашние.

Пенсия Александра — 2 млн 900 тыс. Пенсия мамы — примерно то же самое. Дядя Саша говорит, что денег всегда не хватает, сколько бы их ни было. Но не заморачивается.

— Куры у нас есть, два кота, — в перерывах между драниками сообщает Александр.

— Да какое ж то хозяйство! — возмущается мама. — Был хозяин — было у нас все, як были маладыя! И коров хватало, и свиней, и диков, и гусей. Свиней пять штук было, гусей — 50, а сейчас ничего.

Ничего — это выводок гиперактивных кур, которых по дороге в сарай костылем разгоняет дядя Саша. Взволнованное кудахтанье прерывается хриплым кашлем агрессора.

— Ой, хлопцы, надо бросать курить. Вы не курите?

— Не.

— О, то молодцы. А я все подряд курю. Monte Carlo, «Форт» — и все-таки оно, это курево, дает.

В сарае находится коляска, которая, правда, используется редко. Досталась она в наследство от отца. Сзади идет и причитает его жена.

— Хлопцы, гауна завезете в Минск! — научив нас жизни, мама дает наставление Александру. — Абы ты не грохнулся. Гляди аккуратней… Часом он на ней ездит. Но вообще-то мужика моего коляска. У него облитерирующий атеросклероз был. Отняли одну ногу, через полгода другую. Вот и на коляску посадили. Батька все просил возить его куда-нибудь. Как-то пошли на озеро. Там мостик пешеходный. А я ж не в курсе, что надо было задом. Так я мужика повезла лицом, и он как полетел… И вывалился. Лежит и рагоча. Хлопцы какие-то пили на том старом озере, так я побегла: «Ой, я деда вывалила!» Они пришли и посадили его обратно. Потом говорила мужику: «Хотел на озеро, я тебя завезла».

Дядя Саша тем временем продолжает гневить кур, которые в итоге шумно прорываются за калитку и захватывают двор, как опытный отряд ОМОНа.

* * *

Прощаемся с кошкой Принцессой и знакомимся с псом Паштетом, который лениво охраняет порядок возле воды. Он дежурный по озеру.

В стороне топчутся гусак и Леди Гага в нескольких экземплярах. Фон составляет церковь соседней деревни Сигневичи, которую каждое воскресенье посещает мама дяди Саши.

— Надо жить, как набежит, — вновь расцветает Александр: рыбалка — его третья основная страсть. — Самая большая рыба, которую я тут ловил, весила 2,8 килограмма. Десять минут ловил. Пока удил, она по кругу все камыши выложила.

Раньше здесь было совершенно невыразительное болото. Ближе к концу СССР территорию углубили и наполнили водой. Позже нашелся человек, который ее зарыбил. Называется это озеро… озером. Чего-то более нетривиального для его обозначения решили не придумывать. На озере Дядя Саша может рыбачить прямо из «Запорожца».

— Бывало, что поклевку ждал часов по пять. Но ничего. Это же поединок между рыбой и человеком! Мысли в голове разные, но я и по телефону могу поговорить. Однажды привез с собой шахматы, закинул удочку, расставил фигуры и позвонил другу в Могилев. Говорю ему: «Пешка! b2—b4!» Он: «Конь! b2—c4». Нормально. Подключаешь на телефон безлимит и спокойно себе играешь, пока рыба не вылезет. Главное, потом тот безлимит не забыть отключить.

У дяди Саши атрофированы мышцы, приходится носить специальные сапоги. Они делаются в Минске на протезном заводе.

— Конечно, меня пытались лечить, — продолжает Александр, закидывая удочку. — Много где лежал. В Минске в том числе. Возили меня и к известным целителям. Лет 25 назад. У меня вывихи тазобедренных суставов, они стоят не на месте, отсюда все проблемы. Я уже не занимаюсь своими делами. Так… Делаю растяжку иногда, но не более.

На озере хорошо. Медитативная тишина. Дядя Саша закуривает.

— Мне в городе не нравится вся эта суета, загазованность и шум. Зимой еще ладно, а летом совсем плохо. Как-то в Минск ездил на соревнования. Жили в гостинице… Блин, как ее… «Сатурн»?

— «Орбита».

— Во! В той «Орбите» мы целую неделю жили. Первые два дня было прикольно. Но потом мне плохо стало. Потянуло домой. Чтобы как-то перебиться, просто садился на газон. Хотел успокоиться. Сижу такой на травке, а люди вокруг: «А что, вам плохо?» — «Да, мне плохо! Я домой хочу! В деревню!» Это как в анекдоте. Привезли городского в деревню, а ему поплохело. Так человека поднесли к выхлопной трубе — и он ожил.

Поклевки все нет. Дядя Саша продолжает рассказывать анекдоты, а потом разговор переходит на тему личной жизни.

— Жены и детей у меня нет. Но в целом все нормально. Вот на новый год ездил в Барановичи. Нормально встретил. Подруга у меня там живет. Со здоровьем все нормально. Она приезжает иногда. Я сам туда часа за полтора добираюсь на «Запорожце».

Вода пробивает дядю Сашу на философию.

— Не плакать, не жаловаться, не падать духом, всегда держать хвост пистолетом. Я так всю жизнь живу. У меня принцип: плохого не запоминать. Живу как Бог даст. Выбросил это абы шо из головы — и движешься дальше. Надо жить позитивно. Один мужик написал себе на потолке: «Завтра начинаю новую жизнь». Просыпается, читает и думает: «Хорошо, что это завтра». Но жить-то надо сегодня. И не иначе.

Дядя Саша сворачивается и направляет свой любимый «Броневичок» в поселок. Надо завезти соседку в город. А он все-таки за любую «движуху».

Источник

Поступая так, мы станем Его благодарить, нам будет больно за нашего ближнего, который страдает больше, чем мы, и мы будем молиться сердечной молитвой о том, чтобы Бог подал ему помощь.

К примеру, мне ампутировали ногу. «Слава Тебе, Боже, — скажу я, — что у меня есть, по крайней мере, одна нога. Ведь другому ампутировали обе.

И даже если я превращусь в культяпку, если мне отрежут и руки, и ноги, то я всё равно скажу: «Слава Тебе, Боже, за то, что я ходил на ногах столько лет, ведь другие уже родились на свет не способными к движению калеками»».

Наш современник, преподобный Паисий Святогорец

см. Истории о надежде и испытаниях наших ближних.

Пассажиры одного из вагонов Ванкуверского метро Sky Train были крайне обеспокоены неадекватным поведением мужчины, который сидел на полу вагона, крича и ругая всех вокруг.

Скорее всего этот человек имел серьезные проблемы со злоупотреблением наркотиками или психическое расстройство.

Пожилая женщина, которая сидела ближе всего к мужчине, вместо того чтобы отвернуться от дебошира, протянула руку и крепко сжала руку мужчины в своей руке. Так продолжалось до тех пор, пока он не успокоился.

«Я мать, и этому человеку нужно было чье-то прикосновение», — сказала женщина после инцидента и заплакала.

Когда мужчина выходил на своей остановке, он поднялся и сказал: «Спасибо, бабушка!»

Человек, который об этом написал заключает на своей странице: «Невероятно видеть, что иногда простое человеческое прикосновение может сделать гораздо больше, чем все остальное.»

По материалам: ca.news.yahoo.com

В практически пустом вагоне метро Нью-Йорка ехал бездомный, у которого даже не было футболки и он дрожал, будучи только в брюках. Неизвестный свидетель заснял жест доброты молодого человека, который снял с себя рубашку и одел ее на бездомного мужчину. После этого он проделал тоже самое с шерстяной шапкой.

Свидетель сообщает, что слышал как молодой человек спросил бездомного о том, не нужна ли ему медицинская помощь, и предложил отвезти его в госпиталь. Насколько понял свидетель, бездомный согласился, и оба мужчины вместе вышли из вагона.

Короткое видео:

Завершив обучение, Коллинз планировал начать свое дело. В это время его любимая собака Стэш повредила ногу. Операция была слишком дорогой и поэтому недоступной. Джефф был подавлен этим обстоятельством, пока не сообразил, что может использовать полученные знания по реабилитации конечностей человека, для того чтобы помочь своей собаке. И это сработало! Стэш поправилась, а метод Коллинза стал использоваться во всем мире от Австралии до Европы. Джефф торжествует, вспоминая день, когда родилась идея новаторской технологии, благодаря которой изменилась его жизнь. Пациенты Джеффа благодарны ему за доброту и стали для него источником радости. «Они смотрят на меня с благодарностью, виляя своими хвостами. Я так счастлив, что могу помочь этим животным», — говорит Джефф.

По материалам: metronews.ca