Проза жизни

Новый Год 2016 и лучшие песни минувшего года

Константин Бояндин — Mon, 04 Jan 2016 13:04:27 +0000

Как я уже сказал в предыдущей записи, сайт становится статическим )прямо сейчас), иными словами - я отказываюсь от использования динамических CMS, таких как Drupal, Wordperss, TextPattern и множества других, с которыми давно знаком, с которыми достаточно удобно.

Причины отказа и то, отчего я рекомендую переходить, где возможно, на статический вид сайтов (как минимум - персональных блогов), я поясню уже в следующей инкарнации сайта. А сейчас, на память, хочу собрать коллекцию лучших ("среди меня") песен года 2015 - тех, что я часто слушаю, которые могу слушать вновь и вновь. Новых среди них, вероятно, нет вовсе.

Дать ссылку на сами песни (файлы, доступные для скачивания) я не могу: спасибо господам паладинам копирайта, которые сами знаете что сделают за публикацию файла, который можно скачать. Там, где нашёл видео в приемлемом хотя бы качестве - даю ссылку.

Список отсортирован по убыванию рейтинга "среди меня".

Зарубежные песни

Отечественные песни

До новых встреч!

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/630

Курс на статику

Константин Бояндин — Sun, 20 Sep 2015 13:08:10 +0000

Всего лишь краткое объявление: сайт переводится на чисто статический вариант. Иными словами, я отказываюсь от использования таких CMS как Dripal, TextPattern, WordPress и всего такого.

О причинах переезда я расскажу в одной из новых публикаций на блоге.

Да, чуть не забыл - одним из последствий переезда будет смена дизайна блога. Все старые записи останутся.

До новых встреч!

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/629

Как вы яхту назовёте...

Константин Бояндин — Sun, 20 Apr 2014 14:54:59 +0000

...так она и поплывёт

Поклонники известного мультсериала про капитана Врунгеля могут вспомнить известынй его афоризм: как вы яхту назовёте, так она и поплывёт.

Судя по тому, как авторы своих работ именуют труды, подходят они к этому вопросу, скажем так, небрежно в большинстве случаев.

В начале было слово, как всем известно. В случае литературных произведений, правильнее говорить, что в начале было заглавие. С ним у всех самые большие трудности.

Говоря о себе — каюсь, сам иногда использую чрезмерно лапидарные заголовки, которые не каждому что-то скажут. Если «Фуга с огнём» или «Музы киберпанка» вполне адекватны, то иные названия, такие как «Баобаб» или «Хозяйка» нуждаются в корректировке. Наверное.

А вы что скажете, уважаемые блогеры? Ведь придумать броское, запоминающееся заглавие для поста — искусство, и всегда нужна изрядная толика таланта.

Всё ли у вас хорошо с названиями?

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/628

Пока я...

Константин Бояндин — Sun, 17 Mar 2013 16:28:41 +0000

...фараоны играли в кегли

Думаю, многие опознают, из какой песни взята указанная выше строка.

Я могу ошибаться, но в той песне, по сути, речь о том, как неэффективно мы тратим время. Скажем, ваш покорный слуга потратил уйму времени на общение с издателями. Общение в абсолютном большинстве случаев сводится к монологу. Автор что-то там предлагает, издатель преимущественно молчит.

По мере того, как движется время, издатели поглощают друг друга, при этом уровень того, что видно в книжных магазинах, неуклонно падает.

Поэтому дружеский совет тем, кто жаждет публиковаться, но ещё не публиковался: сразу уходите в область электронных публикаций. Как минимум там можно — если ваша книга хорошо продаётся — устроить впоследствии и бумажную публикацию.

Не тратьте время на суету. Великие издательства, филиалы ЭКСМО, уже запаслись тем, что публиковать. Те, что помельче — тем более.

Время, лично мной потраченное на попытки добиться внимания издателя, настолько в совокупности велико, что его хватило бы для того, чтобы написать 3-4 крупные книги. Честное слово, лучше бы я писал книги.

Категорический императив

Если у вас талант, призвание и пр. к писательству — пишите. Начихайте на умные замечания, что-де писание в стол нелепо, и всё такое. Интернет, при правильном подходе, даст вам читателей, причём быстро.

Хочется, чтобы публиковали и на бумаге? Многие электронные издательства сейчас уже предлагают такую услугу.

Неохота платить за публикацию? Заработайте на продаже «электронки», будет на что публиковать.

Считаете, что единственно верный способ — понравиться издательству и самому вообще не вкладываться — вот тогда идите в приёмную Издательства России. Обивайте пороги, вписывайтесь в серию.

На мой взгляд, при сохранении тенденции (поглощение малых издательств, повышение доли несъедобного и т.д.) уже через 3-5 лет бумажные издательства перестанут что-либо значить в смысле продвижения новых имён. Лично мне уже не по себе от мысли, что мои книги будут стоять рядом с Бешеными, баронами-драконами и тому подобным хламом.

Не тратьте время на суету. Пишите взамен хорошие тексты, и читатель найдётся неминуемо, если вы в Сети положите хотя бы отрывок. Исакть издателя сейчас имеет смысл, только если вы хорошо прогибаетесь под произволбную серию и легко пишете в нужном темпе, выдавая на-гора норму килобайт.

Во всех остальных случаях — просто работайте. Пишите. Ручаюсь: интересные и приятные новости касательно публикаций не заставят себя долго ждать в течение нескольких недель по окончании.

Хотите поспорить?

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/626

Джон Бакман: "Почему я создал Magnatune"

Константин Бояндин — Tue, 29 Jan 2013 16:47:23 +0000

Клондайк музыкального мира

Попробуйте купить музыку в Интернете и поймёте, отчего пираты так любят делиться именно музыкой. Цена в доллар (девяносто девять центов) за трек — вполне обычная. Местами ещё дороже. В пересчёте на средний CD цены получаются сопоставимыми со стоимостью физического диска.

Абсурд.

Впрочем, т.н. «лейблы», компании, занимающиеся продвижением и продажами музыкального товара, были бы только рады поднять цены ещё. Предела нет, ибо у алчности человека нет и не было пределов.

На этом удручающем фоне неожиданно приятно смотрится сервис Magnatune. Если вкратце: за пятнадцать долларов в месяц можно скачивать, слушать и использовать в некоммерческих целях всё, что в собрании треков. А это около десяти тысяч тщательно отобранных треков, и коллекция пополняется очень часто. При этом вы можете, вовсе не платя ничего, слушать эту музыку и встраивать проигрыватели с ней в разметку вашего сайта.

Впечатлены? Слово Джону Бакману, создателю и владельцу сервиса. Он расскажет нам, зачем и почему дал ему жизнь.

«Почему я создал Magnatune»

Magnatune родился после того, как я понаблюдал за музкальной индустрией, вкупе с личным опытом моей супруги, выпустившей свой музыкальный CD у «Indie»-лейбла (Indie — т.н. независимый, т.е. работающий без финансовой и иной поддержки, в т.ч. крупных лейблов — К.Б.).

Личный опыт:

Когда супруга подписала контракт с Indie-лейблом, мы были в восторге. Кончилось всё тем, что она продала около 1000 дисков, потеряла все права на свои сочинения на 8 лет (несмотря даже на то, что большую часть этого времени диск не переиздавался), и заработала около 100 долларов в виде роялти (в точной сумме не уверены), часть которых была выплачена экземплярами её же собственного диска, которые она использовала для его же продвижения.
Лейбл, заключивший с ней контракт, не является злым: это одни из немногих добрых парней этой индустрии; они делились с ней прибылью в соотношении 70/30 — на подобное соотношение идут немногие. Однако лейбл терпел неудачи практически на каждом шагу: дистрибьюторы отказывались распространять CD, если лейбл не тратил тысячи на бесполезные бумажные рекламки, а тои не выплачивали то, что должны, за проданные экземпляры. В общем и целом, все силы стремились привести этот небольшой, прогрессивный лейбл к неудаче.
Моей супруге ещё повезло. Мы знаем нескольких музыкантов, подписавших контракты с разнообразными лейблами, разочаровавшихся во всём, не получивших никаких денег и потерявших навсегда права на собственные сочинения.

Наблюдение за индустрией:

Радио — тоска смертная; все, кого знаю, хотят играть интересную музыку, но на деле хорошая музыка редко выходит в эфир. Мне нравится буквально всё — эмбиент, индастриал, готика, металл — и всё вплоть до Ренессанса, Барокко, танго, индийской классики и новой волны, и многие остальные жанры. И многие мои друзья тоже. Но эти жанры по радио не услышать. Там всё больше кантри, поп и рок, с лёгкой примесью скучной, безобидной классики
Диски стоят несуразно дорого, но артисты получают между двадцатью центами и одним долларом за каждый проданный диск. Это если повезёт. Многие диски быстро исчезают из продажи. На распродаже подержанных дисков (eBay) я покупаю куда больше, нежели на Amazon.
Сетевые продажи в магазинах наподобие Amazon.com обычно отнимают у артиста 50% и без того ничтожной суммы роялти (вследствие типового контракта с поставщиками). Продажи в других странах, а также продажи со скидкой и вовсе ничего не приносят.
Лейблы стараются заключить контракт на десятилетие, а то и дольше. Если продажи не оказались успешными, лейбл попросту не выпускает диски, но тем не менее заставляет артиста, по контракту, выпускать новые альбомы каждый год. Порой и очень продаваемые артисты оказываются, в итоге, должниками лейбла.
Пиринговые сети продемонстрировали, что спрос на музыку огромен, и люди готовы ей обмениваться. Возможно, судебные разбирательства и приведут к закрытию некоторых торрент-трекеров, как показывает пример Napster. Очевидно, что спрос на т.н. открытую музыку, Open Music, огромен.
Слушать музыку через Интернет — то ещё занудство; слишком много рекламы, слишком много движений мышью нужно сделать, да и качество не на высоте. Слишком много усилий, слишком скудно вознаграждение. Хорошее Интернет-радио решает эту задачу, но погрязшая в алчности индустрия старается задавить их непомерными поборами.
Я прочёл любопытную статью Кёртни Лав на эту тему спустя шесть месяцев после основания Magnatune. И был поражён, насколько совпадает её видение с моим. Помимо этого, она очень подробно и красочно объясняет ситуацию.

Мой вариант решения:

Я подумал: почему бы не создать лейбл с изюминкой? Который помогал бы артистам получать признание, получать денег не меньше, чем от традиционных лейблов, и помогать им получать поклонников и устраивать концерты.
Magnatune и есть такое решение. Целью является найти способ содержать лейбл в Интернет-Реальности: торговля файлами, Интернет-Радио, соблюдение прав музыкантов, и всё остальное, что положено.
Если вы считаете, что Magnatune — стоящая вещь, поддержите сервис. Влиятельные силы хотят, чтобы его не стало, и ваша помощь необходима, чтобы мы работали и дальше.

Оригинальный текст статьи, изображения взяты с соответствующих страниц сайта Magnatune.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/625

Крошка .ru

Константин Бояндин — Thu, 24 Jan 2013 04:21:35 +0000

Контроль крепчает

Вкратце: сайт boyandin.ru переезжает на другой домен, boyandin.name. Процесс максимально автоматизирован; уже сейчас ссылки, ведущие на страницы этого сайта перенаправляются на новые.

Причины такого переключения? Растущее недоверие к корневым зонам .ru, .su, .рф и государственным телодвижениям вокруг них.

Полагаю, уже все слышали о том, что в России — ура! — в киберпространстве введена цензура. Решения суда для блокировки не требуется. Если за трое суток, отпущенных для удаления контента (свяжутся не с вами, а с хостинг-провайдером), признанного неведомо кем вредоносным, вы не успели удалить его — ищите новый хостинг. Ну или затевайте судебное разбирательство, у вас будет возможность плодотворно потратить на это три месяца, много средств и прочих ресурсов.

Но это только цветочки. А вот и будущие ягодки: Администрация президента готовит концепцию закона о регулировании Рунета. Не нужно быть мудрецом, чтобы представить ближайшие последствия. Вкратце: не удивлюсь, если с хостингом и доменом внезапно придётся расставаться ровно таким же образом, т.е. едва успевая доказать, что вы не верблюд.

Российский сегмент Сети

Невежество авторов закона потрясает, оно видно и в заголовке законопроекта («О регулировании сегмента Российской Федерации в сети Интернета»), оно сквозит и в тексте. По-видимому, специалистов не допустили к работе над законопроектом, а главное, что беспокоит чиновников — возможность безнаказанно и во внесудебном порядке отзывать всё, что можно одним звонком или росчерком пера. Можете забыть про презумпцию невиновности. Она только мешала.

Автор предыдущего закона, о цензуре (скромно прикрытой как заботой о воспитании детей и ограждении от вредоносного контента) — некая Лига безопасного интернета. Я скромно промолчу о профессиональной пригодности тех, кто создавал закон. Человеку, имеющему даже начальные познания в области работы компьютерных сетей, будет очевидно, что упомянутыми способами невозможно запретить доступ к нежелательному контенту.

Отсюда простой вывод: упомянутая активность направлена на возможность без суда и следствия удалять из Сети нежелательные для кого-то документы, вплоть до целых сайтов. И это вам придётся доказывать, что вы невиновны.

Примечательная цитата вот отсюда:

Большинство граждан довольны работой реестра запрещенных сайтов и не против ограничения информации без решения суда, показал опрос фонда "Общественное мнение" (ФОМ). Эксперты отмечают, что пока россиянам "ценнее порядок в стране, чем свобода". В пятницу Госдума может рассмотреть поправки, вводящие штрафы за использование нецензурной лексики в СМИ.

Учитывая, что порядка таким образом не создали, только видимость, а свободу уже сократили — делайте выводы.

Не нужно думать, что ваш сайт-де в отечественных TLD в безопасности, только потому, что вы не пишете о суициде, наркотиках и прочих небезопасных темах. У закона огромный потенциал злоупотреблений, и многие из них все мы почувствуем на себе в обозримом будущем.

Посему я перевожу, по мере наличия времени, все свои ресурсы в зоне .ru куда-нибудь ещё. Туда, куда пока ещё не дотянулись руки «цензоров» Рунета. Что делать вам — решайте сами.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/624

Приближающийся отчёт

Константин Бояндин — Sat, 08 Dec 2012 11:34:25 +0000

Год 2012 практически промелькнул, как всегда - не успели толком заметить. Взяв на вооружение хороший принцип, упомянутый некогда Борисом Стругацким, я теперь сообщаю исключительно о том, что завершено и сделано. Не о том, что в планах. Ибо нефиг.

Итак, конец года близок, и к завершению ближе всех остальных следующие произведения: "Серверная" (Аглафар), "Дом у излучины реки" (Overmind), "Фуга с огнём" (Nous).

Просьба к тем, кому интересно увидеть мои работы в материальном и/или электронном воплощении, посматривать на журнал masterbo. Мне потребуется ваша помощь. Точнее так: с вашей помощью всё запланированное произойдёт раньше.

Заранее спасибо.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/623

Моральный кодекс жителя Интернета

Константин Бояндин — Wed, 05 Dec 2012 16:59:43 +0000

Слово — не воробей...

Гераклит известен не только фразой «Всё течёт», но и своей этической системой (поправьте, если путаю).

А основной парадокс общения, по Фердинанду де Соссюру, в том, что люди умудряются понимать друг друга, используя слова.

Существует несколько старых (а с точки зрения развития Сети, так и вовсе старинных) сводов рекомендаций, как следует вести себя в Сети, чтобы сделать пребывание в ней максимально приятным и продуктивным. Хотел бы предложить вашему вниманию краткий список рекомендованных правил поведения, т.н. "The USENET pledge" (ниже перевод отрывка, взятого из статьи The Risks of Electronic Communication.

Напомню только, что речь шла об эпохе телеконференций. Т.е, своего рода списков рассылки, где все писали для всех, и потому стоило задуматься, как отзовётся каждое слово. Да и пустой болтовни, разговоров забавы ради было тогда крайне мало.

Итак, кодекс

Я буду уважать остальных. Если я не разделяю их мнений или поведения, я отнесусь к этому учтиво, без личных выпадов. Я буду помнить, что положение вещей, каким я его вижу, другие могут видеть иначе.
Я буду экономить трафик. Если моя заметка не содержит ничего ценного, я не стану её публиковать.
Обобщения, аналогии, шутки, сарказм и ирония слишком забавны, чтобы полностью от них отказываться - но их часто понимают превратно. Я буду пытаться представить, как именно мои слова могут понять остальные.
Если я считаю, что поведение других в Сети некорректно, я не стану отвечать, жаловаться, комментировать или поправлять. Я просто не обращу внимания. Я буду следовать положительным примерам.
Если я зол или утомлён, я сохраню своё сообщение на потом. Я перечитаю его на свежую голову, прежде чем отправить.
Я буду придерживаться сути разговора.
Я не буду прицеплять рекламные наклейки в конце каждого сообщения. Наилучшая подпись - та, длина которой равна нулю.

Вопросы к прочитавшим:
— насколько актуальными остались эти рекомендации, по вашему мнению?
— придерживаетесь ли вы сами неких правил общения в Сети, и если да - сможете ли их сформулировать (или дать ссылку на публикацию)?

По мне, если бы подобных правил придерживались все, конфликтов в сетевом общении стало бы существенно меньше.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/622

Возможность исследовать глубины воображения

Константин Бояндин — Tue, 04 Dec 2012 14:58:12 +0000

Интервью, приведённое ниже, было впервые опубликовано на литературном портале Мастерская писателей.

Константин Юрьевич Бояндин – российский писатель-фантаст, работающий в жанрах фэнтези, научная фантастика, хоррор/готика.

— Ваша первая книга «Пригоршня вечности» вышла в издательстве «Северо-Запад» в 1998 году. На сегодняшний день издано уже шесть книг. Как давно начали писать? Расскажите немного о первой пробе пера и, конечно же, о первой книге, как она была издана?

— Писать начал очень давно, достоверно зафиксировано – с 1974. Понятно, что детские труды были подражанием, наивным и милым. Я их сохранил, хотя делиться ни с кем не стану.

Самым ранним из опубликованных был рассказ "... И никаких вопросов!", вошедший в книгу «Смутные тени судьбы».

А самый первый роман я написал, как это ни странно, на английском языке («The Guardian»). Его аналог вышел по-русски под заголовком «Пригоршня вечности» (не перевод, независимое произведение по тем же мотивам).

Издано было так. Друг как-то упомянул в беседе, что есть некое издательство, которое ищет авторов, пишущих fantasy. Я не сразу решился туда что-то отправить, но – отправил. С этого и началось. Невзирая на то, что в дальнейшем отношения с издателем сложились не самым радужным образом, несмотря ни на что я испытываю по отношению к нему Дмитрию Ивахнову) и техническому редактору (Наталье Баулиной) большое уважение и искреннюю благодарность. Так всё и началось – в смысле бумажных книг.

— Почему первая книга была написана именно на английском языке?

— Трудно пояснить. Может, потому, что общался тогда о литературе всё больше по-английски. Я в тот момент активно учил язык. А это немалый вызов – написать книгу на смутно знакомом пока языке. Видимо, не побоялся принять вызов.

— Как Вы учились писать? Кто-нибудь помогал вам, в сети или в реале?

— Учился – методом проб и ошибок. Но прежде всего: я понял, что надо много читать. Очень много.

Помогали – многие люди.

Дженнироуз Лавендер, очень начитанная и образованная женщина (боюсь, её уже нет в живых), помогала мне с моей первой книгой, «The Guardian» и помогла выработать дисциплину труда, конструктивное отношение к критике, привычку не останавливаться на достигнутом. За это я ей безмерно признателен.

Из отечественных фантастов я хочу отметить влияние Генри Лайона Олди (Дмитрия Громова и Олега Ладыженского), Ника Перумова, Владимира Васильева, Льва Вершинина, Святослава Логинова. Опыт личного общения с ними бесценен.

Многие мои друзья, с которыми мы неминуемо пересекаемся в Сети, помогали и помогают мне – с техническими вопросами, с оформлением, вычиткой и прочими этапами большого пути. Не стану пытаться всех перечислять. Они знают, кто они, их много. И это прекрасно.

— Расскажите немного о Дженнироуз Лавендер.

— Начитанный, эрудированный и очень оптимистически настроенный человек, невзирая на тяжёлую болезнь. Мы с ней познакомились «виртуально», в Сети, на одном из писательских сайтов. В конечном счёте она убедила меня приступить к воплощению замыслов и начать облекать мысль в слова.

Она была корректором, вдохновителем и критиком. Обстоятельства прервали наше общение – и я полагаю, что это обстоятельства за пределами влияния смертных. Иногда общение просто прерывается, и ничего не можешь с этим поделать.

Но сохранилась переписка, её фото (у неё очаровательная крохотная собачка). Она помогла мне понять, что никто, кроме самого человека, не сможет воплотить его мечту – и помогла осознать, что не стоит опасаться неудач. Поскольку нет подлинных неудач – есть ошибки, то есть – источник бесценного опыта.

— Идея издать книгу возникла сразу?

— Идея издать не приходила. Я писал потому, что мир очаровал и позвал меня – описываемый мир. Точно так же всё происходит и сейчас. Книги пишутся потому, что им это нужно.

Книги у меня пишутся следующим образом.

Вначале приходит «затравка» – как семечко будущего дерева. Оно прорастает, развивается и растёт, обретает законченность и целостность. Это то, что я назвал «сборкой».

После этого остаётся сесть и записать в виде рукописи или файла.

Многое приходит из сновидений.

Многое просто приходит на ум – и начинает кристаллизоваться, собираться воедино.

Книги пишутся по-разному. За лето 1997 года я написал три романа из цикла «Ралион», а «Ступени из пепла» писались почти два года, в общей сложности.

— Ваше впечатление от обложки «Пригоршни вечности»? Она отвечает характеру книги?

— Нет. Это «Шахматисты Амбера», даже не оригинальное оформление. Но читатели уверены, что да. Насколько я понимаю, иллюстрация была выбрана художником, которому дали задание сделать иллюстрацию к обложке. Художник взял за основу существующий рисунок. Точное его название я, увы, не приведу.

— Чтобы Вы посоветовали в работе с художниками-иллюстраторами?

— Не заказывайте у друзей. Не смешивайте деловые и дружеские отношения.

1. Ищите тех, у кого есть портфолио и профиль на соответствующих службах – скажем, на сайте фрилансеров.

2. Требуйте «демо». За малую сумму, на пробу. Это нормально.

3. Чётко оговаривайте сроки, детально описывайте задание, уточняйте в договорённости, как будет выглядеть доведение материала до приемлемого вида.

Думаю, это поможет избежать множества конфликтов и сохранить добрые отношения.

— Сколько стоит работа хорошего иллюстратора? Например, обложка.

— Сильно разнится. По моей практике – от 2500 рублей уже можно рассчитывать на хорошую иллюстрацию.

Я могу дать всем желающим (кто спросит лично) координаты художников – обязательных, талантливых и надёжных.

— Вместе с друзьями Вы более десяти лет играли в ролевые игры (аналог – D&D) по правилам собственной разработки и собственным сюжетам. Расскажите немного об этом.

— Я был ведущим игры (game master) многие годы. У нас была (и осталась в основном, пусть мы и не играем в те игры) слаженная дружеская компания.

Мы и сейчас играем регулярно (но уже в другие игры), так что суть не меняется: что тогда, что сейчас людям нравилось и нравится преображаться в персонажей и спасать их руками мир. Раньше я задавал реалии и события, сейчас это делает настольная игра.

У нас сохранились многие летописи сыгранного. При желании, на их основании можно было бы создать не один десяток настольных игр.

— Вы хотели стать профессиональным литератором? Посвятить себя литературе, например?

— Профессиональный литератор – тот, кто зарабатывает на жизнь литературой.

В этом смысле я безнадёжный любитель. С 2004 года я всё больше утверждаюсь в мысли, что издаваться у отечественных издателей я уже не хочу. Как минимум, не будет ощущения значимости своих произведений, которые будут стоять на одних полках с тем, что выпускают издательства.

Интернет предоставляет сейчас неоценимое преимущество в смысле поиска читателей. Публикация электронных книг из чудачества становится отдельной, богатой возможностями индустрией. И вполне возможно, что произойдёт моё превращение в профессионального литератора.

Литературе я уже себя посвятил. Если человек всерьёз начал создавать – это уже не «пройдёт» никогда. Этим невозможно переболеть.

— Что сейчас более востребовано издательствами?

— Мэйнстрим и то, что к нему ближе.

Если говорить про «тогда» – fantasy, от «конины» до высокого подражания Толкиену со товарищи. Сейчас – концы света, попаданцы, «дамское fantasy», героические саги и т.д. и т.п.

Издателю нужно соответствие формату. Безликость, как ни странно – чтобы можно было тянуть серию. Вряд ли действительно талантливый писатель выдержит такие рамки долгое время.

— Издательства очень любят произносить приговор «неформат», возвращая автору рукопись. Что значит это понятие?

— «Неформат» – это очень просто. Рукопись не удовлетворяет критериям конкретной серии.

Не в том антураже, не а том стиле, вообще не о том, не того размера... Обычно издатель озвучивает, о чём должна быть книга, чтобы её приняли в серию. И можно не полениться и попросить побольше деталей. Иначе на выходе может быть краткая, ничего не говорящая толком реплика «неформат».

Что само по себе вовсе не означает, что книга плоха.

— Издательства печатают только серии?

— Издательства печатают или писателя (если уверены в коммерческом успехе всего написанного), или серии.

— Договор с издательством. Чтобы Вы посоветовали?

— Читать. Перечитывать. Не полениться посовещаться с юристом.

Обращать внимание на обязанности сторон. На сроки действия контракта и то, что вы отчуждаете или уступаете издателю. Понятно, что сам факт того, что предлагается заключить авторский договор, вызывает эйфорию – но не дайте ей очаровать себя.

Если хотите чего-то «от себя» – участвовать в создании оформления, издать в своей редакции и пр. – не бойтесь предложить это. Покажите, что вам не всё равно, что вы понимаете, что именно хотите. Не стоит ничем жертвовать без очень веского обоснования.

Типовой договор часто содержит невыгодные для писателя пункты. Попросите издателя уточнить и, если не устраивает, предложите свой вариант. Будьте конструктивны и оптимистичны, умейте настоять на своём.

— Вы учились на своих ошибках или Вам повезло с издателем?

— Учился преимущественно на своих.

Вкратце то, что я вынес из своего, и частично – из чужого опыта.

Пишите текст сами. Чистите, совершенствуйте. Изучайте родной язык (или тот, на котором пишете), чтобы текст стал живым, вашим, уникальным. Не доверяйте эту часть работы никому. Если считаете, что корректор не испортит ваш труд – что ж, пусть пройдётся и он. Но только сам автор может сделать текст, язык, стиль оригинальным и совершенным.

Не бойтесь критики. Подлинная критика – та, где есть анализ. Если мнение критика, которому вы доверяете, вызывает желание предать критикующего медленной мучительной смерти, это верный знак: критика попала в цель.

Опасайтесь похвалы. Она приятнее всего на свете, но в ней часто нет мотива что-то менять, чего-то достигать, что-то совершенствовать.

Никогда не переставайте учиться. Едва только вы сочтёте, что достигли хоть какой-то из вершин, тотчас выбирайте следующую, ещё не покорённую.

— Были конфликты? Например, отказы издательств без объяснений? Или Вы сразу попали в разряд издающихся авторов и удача толкала вас с спину, не давая сойти с дороги?

— Конечно, были отказы (это нормально), хотя «в разряд» я попал с первого же раза. Но всегда было интересно, что из того, что не принял один издатель, может заинтересовать других.

— Получив отказ в публикации, как Вы поступали? Посылали рукопись в другое издательство или откладывали ее до лучших времен?

— А я не ждал отказа или принятия. Я рассылал по многим сразу. Далее просто, кто первым успел – того и тапки.

После очередного раунда рассылок устраивал от них паузу и просто продолжал работать что-то другое.

— Критика полезна или убивает творческий потенциал?

— Критика – то, что содержит конструктивный момент. Побуждает посмотреть на свои труды в другой плоскости, открывает новые горизонты. Пусть даже автор критического замечания и не ставил такой задачи.

По поводу всех остальных замечаний я могу только повторить слова классика: хулу и похвалу приемли равнодушно – и не оспаривай глупца.

— Отличный совет, но мы живые люди, и слово может ранить, а иногда даже лишить сил. И уж тем более бывает невыносимо, если твоя идея не принимается или не понимается, хотя ты вроде все так понятно изложил.

— Да, писателю нужно умение не замечать то, что может ранить. Шкура бегемота и терпение Будды, иными словами.

Известно, что многие опускали руки, сталкиваясь с реалиями критики. Тут, увы, ничего не поделать – этот путь нужно каждому пройти самому.

— Были случаи, когда конструктивная критика помогала Вам исправить ошибки? сделать действительный скачек в развитии? Или всего лишь дубила шкуру, чтобы слова не ранили?

— Были, есть и, полагаю, будут. Даже если человек взялся меня уязвить, в его словах может быть рациональное зерно.

Надо просто не позволять себе обижаться.

— Почему пишете? Что дает именно такой вид творчества?

— «Пишу потому, что я пишу».

Это – возможность исследовать глубины воображения. Понять, осмыслить место человека в этом мире. Наконец, это способ потом сесть и прочитать то, что потребовало меня, чтобы явиться в вещественном виде. Мне нравится читать свои произведения. И я не пишу то, что потом сам не стану читать и перечитывать.

Меня спрашивают, разумеется, о чём я пишу. В конечном счёте я отвечаю, что всегда пишу про одно и то же: о жизни, о смерти, о любви.

Я не знаю, что хочу донести до читателя. В момент рождения замысла, в процессе работы читателя нет, он никак не участвует. Пусть не обижаются читатели, но ради них я не пишу ничего. Книга всегда пишется ради самой себя.

— Но в Ваших книгах ведь присутствует основная идея, мысль, которую Вы хотите донести до читателя?

— Основная идея книг – конфликт человека и окружающего его мира. Это необязательно тотальный конфликт, где ведутся битвы с богами или армадами злобных пришельцев. Столкновение со Вселенной может быть на вид ничтожным и никому, кроме героев повествования, незаметным. Но оно есть и оно преображает героев.

Настоящая, подлинно интересная книга – книга про людей. Не про бластеры-шмастеры, не про торжество Вселенского Бобра, не про высокие технологии и мощную магию. Про людей. Если книга о чём-то ещё, то в ней нет идеи, нет сути, нет души.

— Вы пишите книги в жанрах фэнтези, фантастики, хоррор/готики. Почему именно такой выбор жанров, смешиваются ли эти жанры в ваших произведениях?

— Строго говоря, нужно добавить мистику («Дом у излучины реки»), триллер и детектив («Совершенное убийство»), криптоисторию («Этап» и «Последний час надежды»), городскую сказку («Пламя заката» и «Муза киберпанка»), да много чего ещё.

Я не вижу смысла строго следовать когда-то выбранного стартового направления. Пишется то, что пишется. И чем разнообразнее, тем интереснее.

— Бывает так, что вы понимаете, что пишите что-то не то?

— Если это что-то не то, то оно не доживёт до состояния собранности. Бывает, что я откладываю запись надолго, иной раз на годы, пока не придут нужные слова. Но то, что с самого начала неправильно, я просто не начну записывать.

— Над каким проектом работаете сейчас?

— Если речь о том, какие мои произведения сейчас в работе, вот полный список

«Дом у излучины реки» (хоррор/мистика)

«Серверная» (НФ/триллер)

«Мозаика, книга 2» (приключения/мистика)

«Мантия вечности» (криптоистория, приключения, мистика)

— Эти книги связаны друг с другом?

— У них только одно общее – автор.

Могу ответить точнее – ничего общего в смысле реалий, антуража, ассоциаций и пр.

— Вы пишите 4 книги одновременно. Где берете время?

— Самое рабочее время – утром, едва только просыпаюсь. Я поздно ложусь и рано встаю. Время есть у всех, вопрос – на что каждый его тратит.

Крейсерская скорость написания – до 70 тыс.зн. в сутки (это рекорд), обычно около 25-30 тыс.зн.

Вычитка идёт примерно с той же скоростью, но я всегда откладываю законченное, на несколько месяцев, чтобы «смыть мыло».

— Ваша профессия? Есть ли какое-нибудь хобби?

— Профессия – системный администратор, а также программист.

Хобби... компьютерные игры, прогулки, туризм, чтение, музыка... Много чего. Стараюсь не замыкаться в себе или же в тенётах Интернета.

— Как к Вашим первым попыткам писать художественную прозу отнеслись близкие?

— Скептически. После появления книги на свет – уже с пониманием и воодушевлением. Так относятся и до сих пор, несмотря на то, что последние восемь лет бумажных публикаций не было. Не в них счастье.

— Любимые авторы и произведения?

— Умберто Эко, «Имя розы» и «Маятник Фуко»

Виктор Пелевин, «Омон Ра» и «Принц Госплана»

Лоренс Даррелл, «Бунт Афродиты»

Милорад Павич, «Хазарский словарь» и «Пейзаж, нарисованный чаем»

Стивен Кинг, «It», «The Talisman» (в соавторстве) и «The Shining»

Дмитрий Быков и Максим Чертанов, «Правда»

Святослав Логинов, «Monstrum magnum» и «Яблочко от яблоньки»

Олдос Хаксли, «Дивный новый мир»

Станислав Лем, «Непобедимый» и «Возвращение со звёзд»

... и много-много других.

— Есть у Вас какой-нибудь секрет, уловка, помогающая преодолеть творческий застой? Что делать, если ни строчки рука не пишет, хоть плач?

— Отвлечься. Муза не любит, когда её ловят силой.

Посмотреть на мир другими глазами. Просто присмотреться к привычному. даже у вас дома, даже среди привычных вещей есть то, что заставит воображение проснуться.

Отдохнуть. Отложите перо, клавиатуру и прочие инструменты. Смените образ жизни, пусть ненадолго – устройте ремонт, отправьтесь в путешествие, ввяжитесь (осознавая риск) в приключение.

— Например, влюбиться?)))))

— Влюбиться – это фундаментально. Кроме того, это редко делаешь усилием воли, и уж тем более негоже влюбляться всякий раз, когда Муза говорит, что устала.

Но помогает, несомненно.

— Вы оптимист по жизни?

— Оптимист – в том смысле, что понимаю – всё могло бы быть во сто крат хуже.

Я люблю смотреть фильмы ужасов. Что поделать – нравятся, и всё. При этом, даже если обращаюсь к тёмным материям, там нет безысходности и обречённости.

— Как Вы считаете, может ли писать изменить мир своими книгами? Или литература — это только развлечение.

— Может и обязан, если считает, что пишет не потехи ради.

Слово – мощный инструмент. Писатель, завладевший умами читателей, влияет на их мировоззрение. Это совершенно материальное проявление силы слова, никакой мистики.

Мир можно изменить к лучшему, если писать о том, как выглядит преображённый мир – если дать человеку повод задуматься, что, возможно, стоит что-то улучшить вокруг?

— Как увязать эту идею с жанром «хоррор/готика»?

— Хоррор – это то, где меня пугают. Однако это не запрещает счастливый конец, общий оптимизм повествования.

Можно написать совершенно безысходное произведение, выбрав самые оптимистические мотивы. Всё дело в писателе. Слова – это инструмент, ими можно выразить что угодно в рамках любого жанра, метода и приёма.

— Как Вы относитесь к идее мирового Зла? К реальности его существования, к повсеместному распространению идей насилия и пр...

— Скептически. Зло и добро существуют только в умах.

«Ад и рай в небесах – уверяют ханжи.

Я, в себя заглянув, убедился во лжи:

Ад и рай – не круги во дворце мирозданья,

Ад и рай – это две половины души.»

Идеи насилия и прочее – это, на мой взгляд, ответ человечеству от окружающей среды – просто так идеи не появляются, всегда есть вполне материальная причина. И никакой мистики.

— Ваше отношение к религии?

— У меня были периоды пересмотра мировоззрения. В итоге я счёл, что религия – не про меня. Меня устраивает картина мира, где нет сверхъестественного.

При этом я придерживаюсь общего правила относительно воззрений других людей: пока человек уважает мои взгляды, не приносит мне неприятности и не пытается обратить в свои взгляды, я уважаю его взгляды и принимаю человека таким, каков он есть.

— То есть вселенная образовалась от большого взрыва и никакой мировой разум не был этому побудительной причиной?

— Гипотез может быть много.

Большой Взрыв не хуже других. Если есть веские свидетельства в пользу сотворения мира внешним могучим разумом – и эта гипотеза имеет право на жизнь, если факты ей не противоречат.

— Что для Вас значит эмоция «страх»? Например, «страх смерти». Есть что-то, чего Вы боитесь?

— Страх – нормальный защитный механизм, не будь страха – люди бы просто не выжили.

Однако страх неуправляемый, неподконтрольный рассудку, вреден. Страх может мобилизовать человека, собрать его умения, прояснить разум и дать мощный импульс деятельности – а может и обессилить, если разум слаб, и не в состоянии отыскать причину страха.

Я прихожу к состоянию, в котором не испытываю страха ни перед чем. В детстве я бывал мнительным, и порой переживания выдуманных страхов и несчастий могли серьёзно сказываться на вполне физическом здоровье.

Но потом пришло понимание: да, на улице на голову может упасть кирпич. Может напасть бандит. Многое может случиться, но это не означает, что нужно все сутки дрожать от страха перед всеми мыслимыми опасностями.

Что касается страха смерти – мы все смертны, каждое конкретное физическое тело. Это естественный процесс. Бояться смерти столь же разумно, как бояться закона всемирного тяготения или третьего начала термодинамики.

Смерть – закон природы. Она случится с каждым физическим телом. надо просто быть готовым к её наступлению. Как говорил древнегреческий мудрец, смерти нет смысла бояться: я есть – смерти нет, смерть есть – меня нет.

— Есть идея, что Земля – это Ад, созданный чтобы подготовить человека к другой, настоящей жизни, которая будет потом, после смерти. А страх смерти дается человеку, чтобы он не вздумал от малоприятной учебы уклонятся.

— Тоже неплохое объяснение.

Хотя... «Ада нет. Ваша реальность в нём не нуждается».

— В какой степени Вы сами присутствуете на страницах своих книг?

— Всё отражается, преломляется через моё восприятие. Естественно, я присутствую везде, опосредованно.

Сам, как личность – разве что иной раз наделяю, непреднамеренно, кого-то из героев некоторыми своими чертами.

— Вы описываете знакомых в своих книгах? Берете реальных людей, как прототип, для персонажей или ситуации, которые действительно происходили в жизни? Литература должна быть реальной или достаточно одной неудержимой фантазии?

— Я не вношу в работы ни знакомых, ни друзей, ни, если бы они были, врагов.

Я думаю, это низко – вымещать на врагах свои чувства таким образом. Я думаю, это низко – льстить друзьям таким образом. Но другие могут считать иначе, и считать, что это всё в порядке вещей.

Но я беру и жизненные ситуации, и черты характера, если уверен, что ссылка не вызовет однозначной ассоциации с прототипом из реального мира. Ведь вся литература берётся из жизни. Потому что фантазия берётся из неё же.

— Ваши книги оказывают влияние на Вашу жизнь?

— Влияли и влияют. Я иногда ощущаю как будто бы выдуманные мной события и реалии вокруг. Да и образ мышления накладывает отпечаток на восприятие мира. Ведь пока пишешь, вживаешься в каждого героя.

— В списке любимых авторов Вы не назвали ни одного женского имени. Вы делите литературу на мужскую и женскую? Может ли женщина писать как мужчина, от лица мужчины, так чтобы у Вас не возникло сомнений?

— В моём списке есть такие имена, как Эмили Бронте, Елена Хаецкая, Людмила Улицкая, Юлия Латынина, Урсула ле Гуин, Астрид Линдгрен, Синкен Хопп, Мэри Стюарт... список тоже длинный.

Я не делю литературу на «женскую» и «мужскую». Можно иной раз предположить, что ряд книг охотнее будут читать мужчины, другие – женщины. Мы отличаемся во всех аспектах, начиная со строения мозга и принципов мышления – нет ничего удивительного, что нравится разное.

Но, как нет «чисто мужского» или «чисто женского» в любом из нас, а есть переплетение черт, которые в обыденности приписываем тому или иному полу – так нет и однозначного деления и возможности предсказать, прочтёт ли конкретный человек, вне зависимости от пола, конкретное произведение.

У меня в «Ступенях из пепла» повествование ведётся от лица женщины. Некоторое время я доказывал, что автор текста действительно я, что не было соавторства или заимствования. Видимо, женский взгляд вышел убедительным.

Опознать биологический пол писателя можно, ознакомившись с корпусом всех его или её работ, но в случае конкретной вещи можно и ошибиться.

— Какую роль играют женщины в Вашей жизни?

— Женщины – что значит, какую роль? Фундаментальную, естественно. Всё, что люди делают, всё творчество так или иначе вызвано реализацией любви, в самом широком понимании.

Возможно, что женских персонажей у меня больше, нежели мужских. Не пересчитывал, но вполне так может оказаться.

— Что для Вас значит «быть счастливым»? Говорят, что только в несчастье человек борется, меняется и создает что-то новое. А счастье расхолаживает человека и делает его самодостаточным.

— Счастье происходит часто и по-разному. Написал книгу, поиграл с сыном, хорошо прогулялся, да мало ли. «Мантия вечности соткана из блёсток счастья, вплетённых в нити судьбы».

Человека побуждает к изменениям, к активности, дискомфорт любого рода. И это нормально. Но счастье, в силу своей природы, вечно не длится (не путайте счастье с удовольствием).

— Вы стали свидетелем крушения государств, мир в очередной раз перекроили, границы исчезли, практически стертые интернетом. Как Вы думаете, исчезнут ли книги на бумаге? Будущее за электронными изданиями? Или такое не скоро произойдет, по крайней мере на русскоязычных просторах.

— Не исчезнут.

Кино не убило радио. Телевидение не убило ни кино, ни театра. Даже винил всё ещё жив, есть у него верные почитатели.

Электронные издания займут свою нишу. Они не конкурент бумажным, а дополнение – просто другая манифестация тех же книг.

Учитывая, что «электронка» свободна от диктата традиционных издателей, найти в её потоке что-то стоящее трудно – ведь буквально пишут все, кому не лень. Но и в этом хаосе уже формируются средства, позволяющие найти и оценить интересных писателей.

— Можете пояснить эту мысль?

— Да, конечно.

Списки рассылки, где люди намеренно выбирают интересное и советуют читателям.

Сервисы типа ИМХОнет, где можно найти рекомендации от тех, чьи вкусы похожи на твои.

Дальше будет больше. Хаоса всё больше, и есть спрос на рекомендательные сервисы. Значит, они явятся.

Думаю, мы все станем свидетелями их развития.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/621

Комментирование как точная наука

Константин Бояндин — Sat, 24 Nov 2012 11:29:13 +0000

Анонимность и DoFollow

Стоило хотя бы немного отвлечься от ежедневного мониторинга комментариев, как становилось понятно, что даже с анти-спам мерами DoFollow блог — слишком сильная приманка для спамеров.

Поэтому использован последний «довод королей» перед полным отключением DoFollow режима. Чтобы комментировать Прозу жизни, пользователю нужно здесь зарегистрироваться.

Делается это просто, отправляется сообщение, в котором желающий получать отсюда DoFollow ссылки вкратце рассказывает о себе и, желательно, приводит ссылку на собственные сетевые ресурсы.

«Да пошли такие комментарии!», могут сказать некоторые посетители. Действительно, зачем тратить время, отправлять сообщение, ради того, чтобы оставить индексируемую ссылку? Я могу привести аргументы, отчего это может пойти на пользу.

Общение или ссылки?

Ответьте на один простой вопрос: для чего вы хотите здесь что-то комментировать? Понятно, что если не хотите, то эта запись и блог вообще не для вас, тут всё понятно.

Что вам больше нужно, индексируемые ссылки или общение?

Если ссылки, и вы уверены, что модераторы их пропустят (см. далее), то, полагаю, зарегистрироваться здесь — невеликая цена.

Если прежде всего общение — комментарии от Disqus остаются всем доступными. Общаемся без всяких сложностей!

Теперь несколько пояснений о том, какие записи не обретут индексируемой ссылки. Если выполнено хотя бы одно условие из следующего списка —

ссылка ведёт не на главную страницу
ссылка ведёт не на блог
комментарий по сути своей платный

то индексируемых ссылок в таком комментарии не будет. Мне до смерти надоели попытки оставить индексируемые ссылки на магазины, коллекции софта, кино и пр. (естественно, с тотальным нарушением авторских прав) и прочие подобные ресурсы. Зря стараетесь, господа платные комментаторы: каждая ссылка проверяется перед тем, как её одобрить. Не тратьте время, ищите другую «рекламную площадку».

В остальном — я рад интересным гостям и вдумчивым разговорам. Оставайтесь на связи.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/620

Критика чистым разумом

Константин Бояндин — Mon, 05 Nov 2012 01:41:50 +0000

Мы боимся, что они начнут творить здесь добро,
как ОНИ его понимают!
"Волны гасят ветер", А. и Б. Стругацкие

Читатели и писатели

Не все понимают, что человек не входит в Интернет, а выходит в него.

Выходит — открытый и явный, весь напоказ, даже если считает иначе.

Если выставляете свои произведения на суд всех, кто может открыть адрес текста в браузере, для чего вы это делаете?

Если пишете отзыв на произведение во всеобщем доступе, то с какой целью?

Множество копий сломано в спорах, кто в каком праве, и чьё мнение важнее, автора или читателя. Авторы обычно говорят: выставил, потому что могу и хочу; потому что нужна критика; потому что важно услышать мнение читателя. И так далее.

Читатели говорят: пишу отзыв, потому что могу и хочу, имею право, поскольку автор сам всё выставил на всеобщий доступ. А раз выставил — могу говорить, что хочу.

Но чаще всего оказывается, что у автора совсем другое понимание ситуации. А всё потому, что изначальный вопрос ставился неверно. Правильная формулировка вопроса, на мой взгляд, такова: ради чьей славы вы делаете то, что делаете?

Автора, автора!

Конкретно я, публикуя (оконченные или рабочие) версии своих произведений в Сети, предполагаю конструктивные, взвешенные и корректно выраженные отзывы. Другое дело, что и эти критерии — субъективные. Да и нет в Сети единого для всех закона, а потому зачастую можно видеть очень, скажем так, резкие комментарии от тех, кто считает: могу и имею полное право писать, что захочу.

И всё-таки, ради чьей славы?

Если писатель публикует что-то ради своей славы (хочет внимания, восторга поклонников, всевозможных прочих благ) — его позиция ясна и понятна. Вряд ли вы сможете опубликовать на ресурсе такого автора что-то нелицеприятное и резкое. В лучшем случае вас проигнорируют.

Если писатель публикует произведение ради его, произведения, славы — такому писателю следует набраться терпения и выдержки. Ибо прочитать придётся много разного, от восторга до издевательства. Но если в любом таком высказывании есть хотя бы гран конструктивного — оно имеет право на существование.

Отдельный вопрос, как понимать конструктивное. В какой форме его выражать? И считаться ли с мнением автора вообще?

Сталкиваются две с трудом совместимые позиции: автора, который выложил свой труд, ничего не требуя с читателя, и читателя, который прочёл сей труд, и считает, что имеет полное право резать правду-матку в любой форме, какой только захочется.

Писатель считает, что читатель не станет читать через силу, что бросит то, что не понравилось, и попросту найдёт что-то интереснее. Не станет публично и резко заявлять, что данный конкретный опус несъедобен.

Читатель считает, что писатель не станет публиковать что-то, что ему, читателю, может показаться неинтересным. А если опубликовал, так пусть не обижается.

Оба правы, оба заблуждаются.

Читателю следует помнить, что вряд ли автор, если только он неадекватен, станет публиковать что-то, что сам(а) считает плохим. Публикуется то, что выстрадано. Все пишут по-разному, но подлинное произведение искусства невозможно написать равнодушно, без чувств, без эмоций. Автор вкладывает всего себя, в той или иной мере. Прочитать не очень приятное о собственном произведении — всё равно, что услышать о своём ребёнке «некрасив, конечно, да и умён не слишком».

Писателю следует помнить, что, если читатель разочарован тем, что прочёл, возможны все виды реакций. Кроме того: по статистике, положительные (речь не о восторженных) отзывы публикуют гораздо реже, нежели неприятные. Такова природа человека: перефразируя поговорку, доброе слово лежит.

Процитирую известное эссе Джерома. «Как-то я с одним писателем пил кофе в Артистическом клубе. Писатель был широкоплечий, атлетического сложения человек. Один из членов Клуба, подсев к нам, обратился к нему: "Я только что прочел вашу последнюю книгу. Я вам скажу свое откровенное мнение..." Писатель мгновенно ответил: "Я вас честно предупреждаю, если вы это сделаете, я проломлю вам голову". Мы так никогда и не узнали этого откровенного мнения. »

Примерно так и выглядит типовой обмен мнениями.

Эссенция критики

Да, но почему же читателю нельзя высказаться, в конце концов?

Зададимся тем же вопросом: ради чьей славы это делается?

Если ради своей собственной — как в абсолютном большинстве случаев — то читатель уверен, что имеет полное право писать всё, что думает и так, как хочет. В конце концов, имеет право! Он читал это отвратительное (вариант: замечательное) произведение, и высказаться — священное право. В конце концов, народ имеет право знать!

Если ради славы произведения — возможны варианты. Читатель может и не написать ничего (может счесть, что на пользу не пойдёт). Может связаться с писателем, чтобы обсудить, в какой форме донести свои мысли. И так далее.

Все мыслимые модели, все ситуации общения автора и читателя обычно объясняются целью. Cui prodest. Ради чего делается. Ради чьей славы совершается.

И ещё: вполне возможно, что всё будет делаться ради чьей-то ещё славы. Важно понять, чьей.

Частное мнение

Ставите ли вы низкие оценки произведению, если считаете, что оно из рук вон? Я предпочитаю не ставить.

Напишете ли вы разгромный отзыв на произведение, если считаете, что оно из рук вон плохо? Если только автор меня сам(а) не попросит, я предпочту не писать.

Если в произведении нашлось что-то интересное для вас, скажете ли вы об этом автору? Я предпочитаю сказать.

Если вы считаете, что в произведении есть много всего, что следует доработать, скажете ли вы об этом автору? Я предпочту спросить, захочет ли этого автор.

Если мотивации такого подхода для вас очевидны, мы с вами, несомненно, сумеем найти общий язык.

Если нет — важно вовремя вспомнить известный призыв: давайте жить дружно.

Заключение

Я полагаю, что необходимо считаться с мнением и правилами владельца того ресурса, на котором есть намерение высказаться. Вопрос зачастую оказывается в форме представления, в методе, которым доносится мнение. Если считаете, что произведение из рук вон, и непременно желаете сообщить о том городу и миру — не ждите приятного общения, если совершаете это ради своей славы.

Ещё один момент, о котором многие забывают — любая публикация в Сети есть реклама. Антирекламы не бывает, поскольку нет единого для всех и авторитетного для всех мнения. Если вы пишете и публикуете разгромную рецензию — вы обеспечиваете поток новых читателей к тексту, о котором написали. Это неизбежно. Если вашей целью является предотвратить дальнейшую рекламу — нужно просто ничего не писать.

Заметка получилась длинной. Вы можете задаться резонным вопросом: а автор этих строк, когда публикует работы или отзывы, ради чьей славы это делает? Предложу вам посмотреть, как и о чём я спорю, и сделать вывод самостоятельно.

Будем здоровы!

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/619

...как Тузик грелку

Константин Бояндин — Fri, 02 Nov 2012 15:35:35 +0000

Сам я цирк не очень люблю. В детстве, похоже, переел. Даром что ходил всё же не слишком часто.

Сегодня чаду за последние несколько дней повезло сходить в цирк во второй раз (оба раза в разные, оба приезжие). Конкретно сегодня - в цирк-шапито. Кому интересно - он работает до конца недели, находится на Лыкова (на территории бывшей средней школы).

Понравилось обоим (супруга сходила в цирк вместе с сыном). Понравилось почти всё. Меня впечатлило упоминание номера, в котором человек порвал (путём надувания) классическую резиновую грелку. А также свернул в трубочку сковороду (алюминиевую, понятное дело).

Мелочи, но производят иногда сильное впечатление. Я вот не припомню, что мне в цирке нравилось более всего. Пока что утвердился в мысли, что канатоходцы. Помимо фокусников, коих я видел предостаточно, и готов смотреть практически всегда.

Интересно, кто из читающих эти строки был в цирке в обозримом прошлом? Чисто из любопытства спрашиваю.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/618

Пин-код и генетически модифицированное мышление

Константин Бояндин — Tue, 30 Oct 2012 11:20:38 +0000

Вообще я к "Смешарикам" отношусь с уважением. Понятно, что вокруг мультфильмов возникло порядком назойливой чисто коммерческой мишуры, но это со всеми популярными идеями происходит.

Слегка расстроил меня их "Пин-код", который, вроде как, должен прививать у детей тягу к знанию и в научно-популярной форме излагать знания об окружающем мире.

Мне интересно, какие конкретно противники генетически модифицированной еды оплатили создание серии про феноменально быстро растущую морковь?

На всякий случай, если кто забыл биологию, хочу напомнить пару-тройку утверждений.

1. Оттого, что съешь генетически модифицированный продукт, никакие гены того, что переваривается в желудке, не встраиваются в организм поедающего. Меньше смотрите голливудский хоррор (и равную по абсурдности галиматью класса "Мяса" или "Плесени" от 1-го канала) и чаще читайте учебники, написанные настоящими учёными, если считаете иначе.

2. Если случилось, как говорит Лосяш в фильме, немыслимое, и таки подобное встраивание произошло (во все клетки!), то уже сложившийся, взрослый организм не получит во мгновение ока заложенные на генетическом уровне предпосылки. Кто не в курсе, почему - вновь советую ознакомиться хотя бы и со школьными учебниками. Там всё ещё достаточно грамотно поясняется, что такое ДНК и какую роль она играет в развитии организма.

3. Растущий организм не берёт массу и пр. из пустоты. Поясните, если уж мультик научно-популярного, а не хоррор-стиля, откуда взялась масса? Куда потом делась? Ну и прочие, уже чисто структурные моменты - если организм пропорционально вырастет, то при описанном масштабе ноги его попросту не удержат, и т.д. Напоминаю, упор делается на научность описания происходящего.

В общем, увидел фильм, созданный, простите, мракобесами.

Ну и далее, по мелочам. В серии про охрану окружающей среды (там, где Крош гоняет на самодельном, очень "грязном" с точки зрения выхлопа автомобиле) говорится про эру электромобилей, которые будут ездить на электроэнергии, запасённой в созданных при помощи нанотехнологий аккумуляторах.

Снова вопрос - кто заплатил за вворачивание слов про нанотехнологии? Почему не упомянуть холодный термояд или красную ртуть? Столь же осмысленно звучало бы.

В серии про землетрясения и пр. мантию Земли отчего-то называют веществом. Мантия - это из оперы про строение, про структуру. Если уж говорить о веществах, надо было сказать "магма".

В общем, я теперь тщательно посмотрю следующий раз сам, чтобы решить, смотреть ли ребёнку очередные варианты "Пин-кода".

А тем, кто создал тот мультик про морковь и Копатыча-Халка, выражаю своё презрение. Настолько явным образом продаваться...

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/617

Статья об исключительности, или Анафема пиратам

Константин Бояндин — Tue, 17 Jul 2012 23:47:11 +0000

Пираты, пираты, кругом одни пираты. Нет от них спасения. На самом ли деле его нет, или вопрос просто в неумении найти причину нынешнего положения дел с авторскими правами?

Всякий литератор (и творческий человек вообще) непременно слышал о пиратах.

Это такие плохие (жадные, аморальные и циничные) люди, преимущественно виновные в том, что дела на рынке книгоиздания, программного обеспечения, музыкальных и видеодисков, и прочих результатов творческих актов идут из рук вон плохо.

Дело не в том, конечно, что цены на бумажные книги зашкаливают, а уровень качества хуже даже того, что озвучил Старджон. Дело не в том, что авторы песен желают вечно получать деньги за одну песню – вполне законное желание получать проценты, почивая на лаврах. И дело не в том, что цена на программное обеспечение обычно на 1-2 значащих нуля (с конца) выше, чем того заслуживает. И дело не в том, что нынешняя редакция закона об авторском праве применяет к цифровым воплощениям произведений архаичные суждения, относящиеся к материальным предметам.

Нет, нет и нет. Законы адекватны, цены соразмерны, качество на высоте. Во всём виноваты пираты. Какое адекватное наказание для пирата? На рею его, конечно!

Все знают, что сетевые пираты крадут. Это всем известно, и доказывать не нужно.

В конце концов, ничто не меняет тот факт, что при создании электронной копии кражи не происходит. Почему? Просто по самому определению кражи: исходный материал никуда не делся, не сменил владельца, просто возникла копия. Заметим заодно, что себестоимость создания цифровой копии крайне низка. Не равна нулю, но очень, очень мала. Не очень понимаю, как её подсчитать – разве что оценить, на какую сумму амортизировался компьютер, на котором происходило копирование, да сколько электроэнергии потребил за эти несколько минут. Не в этом пока суть.

Итак, кражи, конечно, нет. А есть несанкционированное копирование или, выражаясь языком казённым, воспроизведение. Ну разве ж это правильное словосочетание? Как можно пронять обывателя и всю прочую соль земли выражением «пираты занимаются несанкционированным копированием»? Даже употребление слова «нелегальное» не даст нужного эффекта. Зато «пираты крадут» звучит ёмко, и бьёт прямо в цель. Крадут, стало быть – воры. Вор должен сидеть в тюрьме. Это и ежу понятно.

И уж совсем не имеет значения то обстоятельство, что, не будь у пирата возможности прочитать книгу за здорово живёшь, он вовсе не обязательно бы её купил. Просто умножим высосанное из пальца число циркулирующих электронных копий на стоимость «украденной» таким образом книги – и вот вам недополученная прибыль. Вернуть её немедленно!

Неважно, что мы подменяем понятия, правим числа как нам удобно, и приписываем терминам иные значения. Ради торжества истины и соврать можно.

Немногие смогли осилить (а ещё меньшее число – понять) знаменитый Закон об авторском праве Российской Федерации ⁽¹⁾ (см. Гражданский Кодекс, часть 4, глава 70). Немудрено: формулировки расплывчаты, многие термины не определены. Просто рай для чиновников и крючкотворов. Однако закон суров, но он закон.

Так вот. Все, кто жалуются и возмущаются фактами публикации своей интеллектуальной собственности, должны ознакомиться со статьями 1270 и далее по списку, чтобы точно знать, какие такие права принадлежат им исключительно, если только сам автор их не отчуждает.

Выражаю основную мысль: если автор не оговорил иначе, то любое воспроизведение (в т.ч. создание электронной версии) является исключительным правом автора. Точка. Не оговорил, что можно копировать – значит, нельзя. И спорить тут не о чем. Правда, Кодекс упоминает случаи, когда, о ужас, копирование (воспроизведение вообще) позволительно и даже не требует никакой компенсации, но перенос нетленок молодых талантливых (и матёрых гениальных) авторов в электронные библиотеки без ведома и согласия автора является нарушением закона.

Вот и всё. Осталось пойти, взять эти библиотеки за жабры и взыскать с них до пяти миллионов рублей за страдания, недополученную прибыль и потраченные нервы. Легко и просто.

Самому автору не выдюжить, если решит подать иск и на законных основаниях добиться не только изъятия своего шедевра, но и компенсации звонкой монетой. А всё потому, что законы в разных странах несовершенны и различаются. Окопайся какой-нибудь пират в каком-нибудь Эквадоре, и что с ним прикажешь делать? Разве что киллеров нанимать, чисто для морального удовлетворения. Но и они денег стоят!

Вот тут и придут на помощь знаменитые защитники интересов правообладателей (именно так надлежит называть себя любому уважающему себя творцу – а вовсе не писателем, художником или скульптором – вы поняли). Кто эти неутомимые борцы за справедливость и паладины законности?

Например, РАО. Российское Авторское Общество ⁽²⁾. Интереснейшая контора, история которой исполнена драмы ⁽³⁾; вы знали, что РАО может защищать интересы любого правообладателя, не спрашивая его разрешения? Скажем, насвистел кто-нибудь ваш музыкальный шедевр при большом стечении народа – извольте заплатить РАО в полной сумме! Понятно, что РАО и себе возьмёт за хлопоты, иначе бы зачем им суетиться?

Одна беда: эти паладины не почешутся действовать, если не пахнет прибылью. Никакой защиты справедливости, чистая коммерция. Можете забыть, что они в реальности помогут изъять ваши тексты из тысяч электронных библиотек. Максимум, отправят в эти библиотеки суровые письма, где строго потребуют того-то и того-то. Наверное, вы догадываетесь, куда денутся такие письма.

РАО настолько сурово, что может запретить ветеранам войны петь фронтовые песни, может вести коммерческую деятельность вопреки законодательству, которое это воспрещает – и многое другое. Ведь за правое дело борются, простим паладинам их мелкие светские грехи.

Если же и РАО не поможет – ну нет у автора денег, дабы воспылали паладины священным гневом – то есть традиционный путь обиженных и ущемлённых – бить челом. Скажем, непосредственно президенту.

Составьте письмо ⁽⁴⁾, где приведите внушительные числа (естественно, взятые с потолка) о том, как пиратство угрожает культуре, заставляет талантливых людей бросать это безнадёжное занятие по имени творчество и практически идти по миру. И почаще повторяйте, что пираты воруют. Бог с ней, с буквой закона. Вы ведь чуете, что вас обирают. Звон недополученного золота стучит в сердце, как можно остаться равнодушным?

Иной раз поражаешься, как плохие танцоры готовы обвинить в своих невзгодах тесную обувь и скользкий пол – вместо того, чтобы обратиться к опытному хирургу.

Чем это обычно кончается? Тем, что создаётся ещё одно государственное учреждение, вводятся новые налоги. А чего вы ещё ждали, жалуясь государству? Справедливости? Но она не измеряется в денежных знаках. Зато под это дело очень удобно и легко освоить средства, а с населения взять дополнительный налог – скажем, в один процент. И населению не в тягость, и благой цели послужит.

Что после этого изменится? Не нужно быть Нострадамусом, чтобы дать единственно верный ответ из шести букв.

Можно, конечно, поставить всё с головы на ноги, и перестать путать причину со следствием, а алчность с законностью.

Можно разрешить, пусть в течение ограниченного времени, возвращать купленные книги и т.п., с полным или частичным возвратом потраченных денег, чтобы творцам культурного мусора было неповадно.

Можно изменить сроки действия имущественных прав, ограничив права авторов-дармоедов, которые были бы горазды выбрать путь рантье: ничего не творить, получая проценты с давным-давно сочинённого. А заодно помешать наследникам стричь купоны с достижений их выдающихся предков.

Можно изменить законодательство, чтобы деятельность паразитических по сути организаций наподобие РАО стала невыгодной.

Можно перестать считать людей по умолчанию жуликами и ворами, которые и не подумают заплатить за электронную копию, прочитав её даром.

Многое можно сделать, чтобы мир стал лучше, чёрное перестали считать белым, а ложь – правдой.

Но это означает, что сотни тысяч людей лишатся возможности брать взятки, проценты с давно уже потраченного капитала, утратят власть над другими людьми. Как вы думаете, согласятся ли они?

Вопрос был риторическим.

Зато я знаю, что нас ждёт в ближайшем будущем, если существующая безумная ситуация будет и далее развиваться, движимая основными пороками человечества.

Навскидку:

1. Из свободного доступа мало-помалу исчезнет классика. Вспомните хотя бы инцидент с произведениями Галича.

2. Возникнет полиция копирайта, которая будет уполномочена вторгаться в вашу приватность, потрошить содержимое вашего компьютера и прочей техники в вечном поиске нарушений.

3. Вы научитесь платить за кота в мешке – за любой товар от искусства – до того, как сможете оценить его «съедобность». Естественно, что вам не позволят вернуть деньги за не понравившуюся книгу, фильм или сборник песен.

4. Истерия по поводу пиратов будет нарастать. Как только жупел пиратов перестанет работать, придумают что-то ещё. И будут новые налоги, идиотские законы и все большее продление срока действия имущественных прав – во имя чьих-то доходов.

5. Ценность любого творческого труда будут измерять только и исключительно в деньгах.

6. Тяжбы за процитированные статьи с сайтов и т.п. станут частым явлением; люди начнут бояться даже цитировать кем-то что-то опубликованное до дрожи в коленках.

Нравится вам такое будущее или нет, выбирайте сами. Чтобы оно наступило с уверенностью, нужно просто ничего не делать.

Ссылки по теме

1. Авторское право — Гражданский кодекс РФ.

2. РАО (статья на anticopyright.ru).

3. Мошенничество в "Российском авторском обществе" (РАО). Уголовное дело. Обыски.

4. Открытое письмо русских и русскоязычных писателей Президенту России Д.А. Медведеву.

Изображение взято с digitaltrends.com.

Произведение «Статья об исключительности, или Анафема пиратам» созданное автором по имени Константин Бояндин, публикуется на условиях лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivs (Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений) 3.0 Непортированная.
Разрешения, выходящие за рамки данной лицензии, могут быть доступны на странице http://boyandin.ru/contact.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/615

Покуда живы жадины вокруг...

Константин Бояндин — Tue, 03 Jul 2012 00:46:47 +0000

Три весёлых буквы

Три буквы — это МММ. Лучший способ расстаться с деньгами — это послать их на три буквы. Но вначале немного просвещения.

В финансовой пирамиде

деньги ни во что не вкладываются и никак не зарабатываются
источником доходов для существующих участников служат взносы новых участников

Всё понятно? Всё ясно? Если вы, прочитав и осознав то, что написано выше, всё ещё участвуете в пирамидах, то возможно несколько объяснений:

вы — доверчивый человек; вы поверили, что деньги действительно могут возникать из воздуха
вы — азартный человек; вам нужно ощущение риска, возможность или много потерять, или много выиграть в любом момент
вы — беспринципный и циничный человек; вы легко и с удовольствием вводите в заблуждение тех, кого агитируете присоединиться «под вами», обещая им золотые горы и уверяя, что пирамида будет жить вечно
вы — недалёкий человек; жадность и слепая вера в чудо превозмогли доводы разума

В Рунете много блогеров, которые истово и горячо агитировали вступать в МММ-2011. Уверяли, гарантировали и убеждали. Вряд ли эти люди глупы или неразумны. Они просто понимали уже тогда, что «выиграть» в пирамиде может только тот, кто вовремя заберёт свои деньги.

Кто успел — тот и съел. Успеют немногие. Но те, кто отдают свои (или чужие, что хуже) кровные, отчего-то слепо верят, что успеют тоже.

Фундаментальные пороки

Со времён изобретателя пирамиды Карло Понци люди становились добровольными жертвами этих жестоких игр, подчиняясь фундаментальным порокам: жадности, лени и невежеству.

Можно понять того, кто единожды попал в пирамиду, потерял там всё, и зарёкся играть в такие игры. Понять тех, кто дважды наступает на эти грабли, будучи уверен, что повезёт именно ему, очень трудно. Понять тех, кто завлекает в пирамиду, чтобы забрать деньги новых участников с полным осознанием, что эти люди теряют свои деньги — невозможно.

Терминальной стадией синдрома «обманутого вкладчика» (в кавычках, поскольку вложение в пирамиду — это игра, а не инвестиции) является обида на всё и вся, и нежелание принимать ответственность за свои действия.

Эти люди обвиняют тех, кто без устали твердит, что пирамида обязательно рухнет, просто в силу своей природы.

Эти люди обвиняют государство, а то и требуют, чтоб оно компенсировало их убытки.

Эти люди обвинят кого угодно, кроме самих себя. Их разум был отключен, когда они «вкладывались». История прежних пирамид их ничему не научила: ведь ясно, ясно же, что повезёт именно тебе! Именно ты получишь небывалые проценты, а зачем беспокоиться, что эти деньги могут взяться только из кошельков новых участников? Зачем беспокоиться, что число жителей Земли ограничено, а потому пирамида не может жить вечно?

Я могу понять г-на Мавроди: циник, крепко обиженный властью, он нашёл способ потешиться над людьми, падкими до холявы, а заодно и внести свою долю хаоса во всеобщий кризис. С ним всё понятно.

Но вот по поводу остальных — непонятно. Далеко не все участники — люди необразованные. Многие прекрасно понимали, что пирамида обречена. Но отчего-то не нашли храбрости признать, что сами пошли на неоправданный риск, хотя даже на сайте пирамиды было сказано, что деньги берутся только от новых участников.

Если «десятник» сумел уговорить вас расстаться с деньгами один раз, и сможет уговорить вновь — медицина и логика тут бессильна. Впору менять мозги.

И ещё раз.

В финансовой пирамиде

деньги ни во что не вкладываются и никак не зарабатываются
источником доходов для существующих участников служат взносы новых участников

Да, в мире есть предприятия, которые приносят доходы, сопоставимые по масштабам с тем, что обещает ваш гений пирамиды. Примеры предприятий: торговля наркотиками, изготовление и распространение порнографии, продажа оружия, убийства по заказу.

Sapienti sat.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/614

Солидный государственный стимул

Константин Бояндин — Tue, 01 May 2012 10:23:51 +0000

Игры слов и игры разума

SSD — это «solid state drive». Машинный перевод породил чудное словосочетание «солидный государственный стимул». Учитывая, что стимул — это заострённый шест, которым погоняли запряжённого буйвола (или слона), в целом получается немного страшно.

SSD, для тех, кто не в курсе — это устройства хранения информации с очень быстрым доступом на чтение и относительно быстрым — на запись. Без движущихся частей, с низким энергопотреблением. Всё бы хорошо, но ресурс перезаписи у таких устройств ограничен. Правда, сейчас количество перезаписей одной ячейки хранения информации в промышленных вариантах ушёл за пять миллионов, но всё равно этого типа диска ещё побаиваются.

А зря, Самиздат Максима Мошкова теперь использует SSD. Очень быстро и удобно.

При чём SSD и этот блог? Ну, как минимум при том, что прошли очередные 2 года и я вновь переместил свои сайты на более быстрый и удобный хостинг. В этот раз он использует SSD. Возможно вы заметили, как изменилась скорость загрузки страниц за последние 2-3 дня.

Светлое будущее версии 6.66

SSD, если кто всё ещё не в курсе, на 2-3 порядка шустрее "обычных" ферромагнитных носителей. При этом действительно бесшумные и тратят ничтожное количество энергии в рабочем состоянии.

Да, пока что эти диски относительно быстро (за 5-7 лет энергичной эксплуатации) начинают выходить из строя. Да, пока что они в 5-6 раз дороже ферромагнитных дисков той же ёмкости, но лиха беда начало. Учитывая, что SSD ещё и в каком-то смысле экологичнее, замена традиционных дисков произойдёт в течение 4-5 лет без особой помпы.

Можно задать резонный вопрос — а это каким боком к блогу?

Прямо, возможно, и никаким. За исключением того, что к хорошему привыкаешь быстро, и после SSD очень трудно возвращаться к прежним носителям информации. И у нас впереди светлое будущее, когда хостинг становится чуть дороже, но ощутимо быстрее. Что само по себе уже в каком-то смысле прорыв: а я ведь помню ещё время 8-дюймовых дисков и накопителей на НЖМД для ЕС ЭВМ, каждый такой накопитель был размером с хорошую стиральную машину и вмещал адж 20 мегабайт информации.

Иногда становится страшновато, когда осознаёшь, сколько эпох слились, обмениваются и уходят одновременно. Сейчас мой телефон по вычислительной мощности в несколько раз превосходит огромный ВЦ Екатеринбурга, где я просчитывал свою дипломную работу. Ну не фантастика ли?

Причём всё это происходит в течение одной жизни. Всё настолько ускорилось и видоизменилось, что искать хороший повод для написания новых книг уже не нужно. Достаточно просто посмотреть на свой день со стороны. Меня лично сильно впечатлил замер счетоводческой мощи телефона.

Теперь я с некоторой опаской читаю новости науки и техники. Во избежание.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/612

Серверная - Аглафар 6

Константин Бояндин — Sun, 22 Apr 2012 15:07:02 +0000

Ниже приведён рабочий фрагмент романа 6-го цикла Аглафар, «Серверная».

Если вы не любите знакомства с сырыми, находящимися в работе произведениями, дальше читать не следует. Спасибо.

Часть 1. Оазис

Пустыня Акме, 19:20 по центральному времени, 26 февраля 177 г.

В самом сердце бескрайней пустыни Акме серверы цвели особенно красиво.

Просто глаз не оторвать. Ингирин, всего два месяца назад отметивший восемнадцатый день рождения, смотрел на сервер в восхищении. Крупный вырос – чуть не в рост человека. Весь из округлых выростов, растущих друг на друге, и покрытых колючками. А уж цветы – просто загляденье.

— Я думал, они страшные, - пояснил он своему спутнику – мрачному бородатому спасателю по имени Норрис. - А они красивые.

— Красивые, - признал Норрис, и, впервые за неделю, улыбнулся. - Это верно. Не бойся, этот не опасен. Пока ягоды не созрели – не опасен. Дай-ка мачете.

Норрис одним ловким движением срезал колючий сервер, практически под корень. И сразу же взрезал – в поисках сочной мякоти. Человеку её можно есть без опаски – и воды в ней порядком, и вполне питательная. А в самой середине самого крупного сегмента...

— Вот он, - Норрис осторожно, чтобы не порвать, добыл яйцевидный предмет, напоминающий запаянный в пластик кисель. - Гель-пакет. То, что нужно. Давай, открывай рюкзак.

Уже через пару минут гель-пакет был протёрт, тщательно завёрнут в салфетку, пропитанную физиологическим раствором, и помещён в контейнер. Это был уже девятый пакет с начала их путешествия. И самый крупный - в ладонь Норриса размером.

— Кактус, - припомнил Ингирин. - Он похож на кактус. Были такие растения, я читал.

— Были, - Норрис сложил всю съедобную мякоть в другой контейнер – в пустыне точно пригодится. - Теперь растений почти и не осталось, одни серверы.

Ингирин покивал и указал на солнце, уже коснувшееся горизонта.

— Да, пора, - согласился Норрис. - Ставь периметр, а я займусь ужином.

- - -

Ингирин расставил генераторы поля так, чтобы с каждой стороны палатки до кромки поля было не менее тридцати шагов. Всё, как учили. Теперь снаружи палатка никому не видна, а если кто-нибудь захочет к ней приблизится, его мягко оттолкнёт сторожевое поле. Мелких животных теперь можно не опасаться. Здесь, в самой середине самой жаркой пустыни, почти всё живое смертельно опасно – ядовито, или может заразить неприятной болезнью.

Невзирая на защитный костюм, пить хотелось почти нестерпимо. Норрис много раз говорил, что это игра воображения. костюм улавливают почти всю воду, которую испаряет человеческий организм, и сохраняет её. Очень удобно. Колодцев здесь нет, и, если бы не сочная мякоть серверов, вся надежда была бы только на две сорок литров воды, которые они взяли с собой. А до оазиса ещё как минимум два дня пути.

Ингирин вспоминал, как пришёл к Норрису, собиравшемуся найти оазис и выяснить, что там случилось – связь оборвалась почти месяц назад, но не было оказии отправиться туда. Сейчас, когда строится новый город, каждый человек на счету, отправить было просто некого. Норрис не сразу согласился, ведь Ингирин ни разу не был за городской стеной. Только после трёх совместных путешествий, каждое дольше и опаснее предыдущих, он согласился взять молодого человека в дальний путь к оазису. Оазис долго снабжал Город питьевой водой и гель-пакетами, и вот – связь оборвалась. Такое бывало и раньше, само по себе ещё ничего не означает.

Ингирин обвёл пространство вокруг себя рамкой локатора. Чисто. Кроме пустынной флоры и фауны, да их с Норрисом, вокруг никого. Есть одиночные серверы, но они не опасны. Пока их мало, и пока не созрели плоды – не опасны.

Указательный палец неприятно кольнуло. Похоже, колючкой от срезанного только что сервера. Ингирин не поленился обработать укол антисептиком из аптечки – в пустыне не бывает ничего безобидного. Всё, теперь и ужинать пора.

- - -

Ингирин проснулся по требованию организма. Покончив с выполнением требований, Ингирин застегнул на себе походный костюм – не спалось что-то – и вышел наружу.

Чисто всё, спокойно. Какие здесь чёрные ночи! Время для похода удачное, сезон бурь начнётся нескоро. Ингирин некоторое время любовался на звёзды, не забыл обвести всё вокруг себя локатором. Уже рефлекс. Наше счастье, что серверы не разумны по-настоящему, говаривал отец. Иначе они нас давно бы повывели. Но никто из взрослых не мог толком объяснить, откуда взялись серверы и чем они по-настоящему опасны. Так получилось.

Ингирину померещился смех. Он вздрогнул, обвёл всё вокруг себя локатором. Три сигнала! Люди! Неужели это те, из оазиса? Вполне возможно, они могли присматривать за этой дорогой, ведь она самая безопасная. Вот и выслали навстречу, проводить и рассказать, что случилось.

Ингирин заглянул в палатку – Норриса там не было. Дверь в туалет заперта – понятно, где он. Ладно, посмотрим пока сами. Локатор продолжал настаивать на том, что по ту сторону поля люди, и Ингирин, опять же по инструкции, включил все камеры. Запишем встречу на память.

— Ой, вы из города? - окликнули его. Ингирин резко повернулся. У самой кромки поля, по ту его сторону, стояла девушка, лет двадцати, тоже в пустынном костюме. Интересный у неё выговор, необычный. Ингирин помахал ей в ответ – ну где же этот Норрис? – оставил вход в палатку приоткрытым и пошёл к гостье.

— Вы из Оазиса? - поинтересовался Ингирин, поняв, что не может отвести от неё взгляда. Красивая какая! Почти все люди в городе краснокожие, а та, что стояла за границей периметра, была практически белой. Таких в городе мало.

Она кивнула.

— Вышли вас встретить, - пояснила она. - Вон там наша палатка, - указала она. - Вы один? Идёмте к нам!

— Минутку, - Ингирин оглянулся – Норриса так и не видно. И впервые он нарушил инструкцию – надо было вернуться в палатку и дождаться, когда Норрис вернётся. Девушка действительно походила на обитательницу Оазиса – перед походом им выдали фото всех, кто там живёт. Точно, оттуда. И костюм такой же, какие делают в Городе, и всё прочее.

Ингирин шагнул за пределы периметра и взял её за руку. Живая, приятная рука. Девушка улыбнулась и указала рукой – нам туда. И они пошли.

Хотелось непонятного. Чтобы она говорила, интересовалась им, Ингирином, что-нибудь расспрашивала. А с другой стороны хотелось просто молчать и держать её за руку. Они шли молча, и Ингирин держал её за руку. Они поднялись на ближайшую, самую крупную дюну...

И Ингирин остолбенел. Не было там палатки. А было небольшое поселение – и стена на месте, и огни горят, и люди ходят. Вот это номер! Так они что, добрались до самого Оазиса?! И не заметили!

— Мне нужно разбудить Норриса, - вспомнил Ингирин. - Это ведь Оазис, да?

— Оазис, - согласилась девушка. - Я провожу вас вниз, а потом мы сходим за вашим спутником. И тогда...

—... ложись!

Голос Норриса. Далёкий-далёкий, но быстро приближающийся.

— Ингирин, ложись!

Норрис оказался совсем рядом – стоял, держа в руках фазер, и целился в девушку.

— Ложись!!

Ингирин хотел, и не мог отпустить её руку – он смотрел в её глаза, и они затягивали, поглощали...

Перед глазами вспыхнуло, а когда Ингирин вновь обрёл способность видеть, девушки не было. И поселения не было. Была небольшая долина, вся заросшая серверами. И их, похоже, Норрис только что все выжег. Запах гари оказался тошнотворным.

— Выпей, - Норрис протянул ему стаканчик. - Это антидот. Укололся иглой?

Ингирин кивнул. Говорить отчего-то не получалось.

— Знаю, язык не действует, - Норрис улыбнулся и помог Ингирину подняться на ноги. Ингирин ожидал разноса, но его отчего-то не последовало. Норрис просто помог ему добраться до палатки и там, внутри, антидот подействовал уже в полную силу – вернулись дар речи и ясность мысли.

— Вот так всё и случается, - пояснил Норрис. - Надо было вчера ещё сказать, что укололся. Так они тебя и подключают. Хорошо, что я заметил, что ты себя странно ведёшь. Ждём ещё полчаса, для уверенности, и выходим. Надо посмотреть, что там творится. Никогда здесь не было зарослей.

— Её на самом деле не было? - поинтересовался Ингирин, хотя и так уже знал ответ.

— Не было. Это призрак, фантом. Возможно, ты очень хотел с ней встретиться, вот тебе и устроили встречу, - Норрис закончил обводить спутника диском диагноста. - Ты потерял почти пол-литра воды, пока гулял с ней.

Ингирину стало нехорошо. В смысле, не по себе. И правда, пить хотелось почти всё время, но не пил, терпел – воду здесь принимают строго по расписанию.

— Глотни, - Норрис поставил перед ним чашку. - На вкус не очень, соляной раствор, но в самый раз. Ты ещё легко отделался, меня они в первый раз чуть досуха не высосали.

Ого! Норрис практически никогда не рассказывал о своих приключениях. О таких, где его чуть не убили.

— Серверы? Или такие же фантомы?

— Фантомы, - пояснил Норрис. - Они завлекают тебя ближе к серверам, а затем, - и он провёл по горлу ребром ладони. - Воду они так добывают. Здесь всем нужна вода, а гель-пакетам – особенно. Так, сворачиваемся, до Оазиса нужно дойти до вечера. Там отдохнём.

Пустыня Акме, 8:30 по центральному времени, 27 февраля 177 г.

Второй раз Ингирину стало не по себе, когда они спустились в выжженные заросли. Там, среди множества костей животных, обнаружились и человеческие.

Останки мумифицировались – но пустынный костюм сохранился.

— Это кто-то из Оазиса? - поинтересовался Ингирин, хотя и так уже понимал – да, оттуда.

— Оттуда, - Норрис сохранял невозмутимость. Вот это выдержка! - Это Заславски. Дело плохо. Он пошёл в Город, и попал в ловушку. Где-то должен быть его рюкзак, нужно найти его.

— А... его? - указал Ингирин.

— Похороним, по здешним обычаям. Потом сворачиваем лагерь и идём дальше. И чтобы без очков не ходил!

— Да, Норрис, - Ингирин чуть не покраснел. Очки удобнейшая штука, пусть и тратят очень много энергии. Они позволяют отличать людей от фантомов, но глаза в них быстро устают. Ночью, правда, устают меньше. Если бы он ночью надел очки... Ладно, что уж теперь говорить. Остались оба живы – вот и хорошо. А очки теперь всегда под рукой, в футляре, а не в рюкзаке.

- - -

— Вот он, - Норрис нашёл рюкзак минут через пять после того, как они вернулись – с погребальной церемонии. К погребению Норрис всегда относится очень серьёзно. «Им, может быть, и всё равно», говорил он,«а мне – нет. Эти люди хотели, чтобы с ними всё было по обычаям». Так, по обычаям, всё и делалось. При том, что вокруг явно неспокойно: Ингирин нервничал и постоянно осматривал окрестности, уже в очках, каждый момент ожидая нападения.

Но ничего так и не случилось. А в рюкзаке они нашли контейнер с гель-пакетами, главное и основное сокровище на планете. Увы, что-то в нём повредилось, и гель пакеты частично пересохли, частично – забродили. И те, и другие уже ни на что не годились.

— Он взял их почти двадцать килограммов, - пояснил Норрис. - Понимаешь, что это значит? Воды взял всего ничего, а ведь он рисковал, даже если не было засады.

— Спасал всё, что можно?

— В точку, - Норрис выпрямился и огляделся. Чисто. Шестое чувство предупреждало, что где-то рядом есть ещё заросли серверов, но прямо сейчас нет повода для тревоги. - Взял самое ценное. Маяк при нём, он просто не успел его включить. Но как его могли застать врасплох?

Они забрали воду – спасибо тебе, Заславски – и остальное снаряжение. Маяк работал, курсограф – тоже. У обоих ещё хватало энергии,и Норрис указал на карту, любезно нарисованную в воздухе курсографом.

— Вот так он шёл, - указал он. - Странно шёл. Практически кругами. Похоже, на него не здесь напали, а где-то там, у Оазиса.

— Что будем делать? - поинтересовался Ингирин. С оружием у них неплохо – помимо фазеров и батарей к ним, полно электромагнитных гранат. Практически единственное, чем можно надолго вывести серверов из строя: граната дестабилизирует зёрна гель-пакетов, по сути – отключает основную вычислительную сеть. После этого можно подходить к серверам и делать с ними всё, что захочешь. Правда, их гель-пакеты после этого уже ни на что не годятся. А свои перед употреблением гранат нужно упаковать в специальный защитный контейнер. Собственно, они там сейчас и лежат.

— Идём, осталось полдня пути, - указал Норрис на карту. - Всё тихо. Не нравится мне, но – тихо. Спутники тоже ничего не сообщают.

На спутники надежды мало. Поле-невидимку, успешно прикрывающую местность во многих диапазонах, умеют использовать и люди, и серверы, и порождения серверов, фантомы. Всё, что можно понять со спутника – что под ним есть маскирующее поле. Тоже неплохо, поскольку это намёк – там кто-то или что-то есть.

Теперь стало ясно, что в Оазисе дела не очень хороши: связи нет, один из их лучших техников пытается спасти основные запасы гель-пакетов, но отчего-то погибает, и никто его не ищет. Они в осаде, подумал Ингирин. Такое уже было, Оазис несколько раз находился под осадой. Но маскирующее поле действует, спутники его видят, значит – держатся. Видимо, не смогли никого более выслать.

— Если там фантомы, главное – не высовываться, - пояснил Норрис. - От своих зарослей они далеко не отойдут. Эти были совсем чахлые, нам с тобой повезло, хватило одного выстрела. Если там теперь тоже заросли, воевать не будем, вызовем подмогу и отступим.

Он прав. Подмогу – вооружённое сопровождение – сразу предлагали. Но дорогу к Оазису спутники видели, ничего страшного там не было, а сводки со спутников Норрис получает каждые несколько часов. Не то чтобы лёгкая прогулка, но армию с собой брать нет нужды.

И вот – заросли. Стоп, а почему их не было видно со спутника?! Ингирин понял, что именно это его удивляло последние несколько часов. И облёк мысль в слова.

— Ты прав, - Норрис тут же взял терминал связи и вызвал спутники. - Странно. Вот тут было указано маскировочное поле, как я мог его не заметить?!

Ингирин и сам понимал, что дело нечисто. Не заметил Норрис – это полбеды, хотя такого с ним не бывало. Но почему там, в Городе, не указали на маскирующее поле? Ведь там тоже наблюдают. И всё видят. И каждый день по нескольку раз выходят на связь.

— Так, сейчас заново всё осмотрим, - решил Норрис, когда поиски на пепелище зарослей окончились. - И пока всё не выясним, шагу отсюда не ступим. Так, приятель, ставим лагерь на вон той дюне, и ты – спать. Это приказ.

Это приказ, подумал Ингирин получасом позже, когда всё было установлено, защита проверена, сенсоры и прочее включены и можно было забираться в спальник.

Это приказ. В пустыне удивительно легко засыпается, даже если и не устал особенно. А Ингирин устал.

...— Игорь? Игорь Николаевич? - услышал он приближающийся сквозь дрёму голос и успел подумать: на каком странном языке они говорят! Явно не на ложбане, но я всё понимаю, каждое слово.

И тут он очнулся. Он полусидел-полулежал в непонятном устройстве – помесь кресла и ванны, так показалось. Было удивительно удобно. Яркий свет бил в глаза.

— Уберите свет, - потребовал Ингирин, заслоняя лицо ладонью. И осёкся. Не его ладонь – ладонь человека, который ощутимо старше. Выглядит по другому. И голос не его.

Свет выключили, а кресло повернули так, что Ингирин сумел сам усесться.

— Поздравляю, Игорь Николаевич, - незнакомый ему улыбающийся мужчина, седовласый, с круглым лицом подошёл и протянул руку. И Ингирин отчего-то пожал её. Как будто машинально. - Первая фаза испытаний пройдена успешно. Осторожно, осторожно, не упадите. Помогите ему. Вам сейчас – в столовую, подкрепиться, и домой. Как себя чувствуете?

— Нормально, - вновь услышал Ингирин свой голос. Ничего не нормально! Где я?! Однако испуг и протест прошли, схлынули, и чужая память начала заполнять его сознание. А Ингирин тонул, тонул, бессильно и беспомощно. - Ноги только не слушаются.

— Посидите, - предложил седовласый. - Дайте ему тоник. Это монитор, - он протянул Ингирину серебряную цепочку. - Не бойтесь, он регистрирует только ритмы сердца и мозга. Просто предосторожность, вы пробыли в контакте почти двое суток. Потом, всё остальное – потом. Президент лично спрашивал, как прошли испытания. Вы доложите ему сами.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/611

Геннадий Прашкевич: "В Сети легко жить умному человеку"

Константин Бояндин — Mon, 02 Apr 2012 00:14:15 +0000

Белый Мамонт

Геннадия Мартовича Прашкевича представлять нет необходимости. Среди поклонников отечественной фантастики едва ли можно найти человека, которому эта фамилия ничего не говорит.

Литературный семинар Геннадия Прашкевича давно уже стал известным литературным событием Новосибирска. Но вот то, что известно немногим — литературный портал Белый Мамонт, на котором все желающие могут узнать в том числе и новости о семинаре.

Поскольку Интернет разные люди воспринимают по-разному, было очень интересно, как Геннадий Прашкевич воспринимает всемирную Сеть. Создать своё присутствие в Сети — дело нехитрое, но немногие осознают все последствия такого шага, ведь сетевая жизнь бурна и непредсказуема.

Настоятельно рекомендую всем желающим подробно ознакомиться с порталом, где есть и колонка новостей, и электронная библиотека.

Вот что Геннадий Мартович рассказал о своём видении Интернета.

Интервью

Геннадий Мартович! В последнее время Вас чаще можно заметить в Сети. Практически сразу же становилось известно о Вашем семинаре; Ваш новый Портал "Белый Мамонт" пользуется всё большей популярностью. Насколько важно для Вас присутствие в Сети?

Настолько же, как присутствие в Жизни. Хотя присутствие в Сети, понятно, – всего лишь отражение моего присутствия в Жизни.

Интернет — явление неоднозначное. В его адрес можно услышать и восхваления, и проклятия. Не могли бы Вы пояснить, чем для Вас является Всемирная Сеть?

Прежде всего, источником самом разной информации — от откровенно тупой, лживой, пропагандистской до глубокой, точной, необходимой. Все зависит от Пользователя.

В Сети легко жить глупому человеку, он все равно ничего не понимает. В Сети легко жить умному человеку — он знает, из чего выбирать, он умеет ориентироваться. В Сети очень трудно жить обыкновенному нормальному человеку, потому что, покупаясь на ложь (вольную или невольную) он сам начинает ее распространять. С этим пока ничего не сделаешь.

Человечество само по себе — поразительно мудрый вид, но индивиды, его составляющие, редко достигают нужных для истинного Разума параметров.

Если Сеть комфортна для глупцов и умных людей, значит ли это, что именно на них она и нацелена точнее всего? Ждёт ли нас обязательное (по сути) подключение к Всемирной Сети — своего рода "Матрица"?

Уверен, ждет. Сеть должна быть единой, всемирной. Над этим работают, взгляните хотя бы на труды Мануэля Кастельса. А нацелена Сеть вовсе не на глупцов и умников. У нее нет точного адресата. Она — для ВСЕХ.

Сеть дала людям пишущим большие возможности для самовыражения и поиска аудитории. Однако это же обернулось сложностью поиска в Сети действительно интересных публикаций. Как Вы относитесь к электронным публикациям и к перспективе чисто электронных публикаций?

Чрезвычайно положительно.

Делиться следует самым главным.

С некоторым уточнением: все подобные публикации в Сети должны быть авторизованы, чтоб на них не спекулировали нещадно те индивиды, о которых говорилось выше.

Если вы приветствуете появление в Сети электронных публикаций, как должна выглядеть авторизация? Сейчас наблюдается некоторый хаос — в том числе по части соблюдения авторского и прочих прав.

Это дело специалистов.

Уверен, и здесь будет наведен порядок.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/610

Божественная сила

Константин Бояндин — Sun, 04 Mar 2012 05:07:19 +0000

— Ну, что у нас плохого? — поинтересовался старший демиург Грюнелихт, входя без стука к подопечному, которого за привычку покусывать в задумчивости кисточку своего же хвоста сразу окрестили Уроборосом.

— У меня хорошее! — воскликнул младший демиург, отходя от консоли управления вселенной. — Я решил проблему постижения фундаментальных свойств!

— Сколько уже раз я это слышал, — усмехнулся Грюнелихт, окончательно приходя в хорошее, то есть — ядовито-саркастическое настроение. — И как ты помешаешь им постичь основные законы?

— Очень просто. Никакой науки! Если хотят что-то узнать — пусть молятся. Правильно молятся — что-то получают. Вот так.

— Мнэ-э-э... — по-кошачьи протянул Грюнелихт, предвкушая хороший повод съязвить. — А кто будет устанавливать, как молиться и что будет в ответ?

— Как кто? Я, конечно! — удивился Уроборос.

— Не грызи хвост, заболеешь, — привычно одёрнул его Грюнелихт. — Ну, удачи. Я ещё после обеда зайду.

- - -

— Ну, что у нас плохого? — услышал Уроборос ровно пять секунд спустя окончания обеденного перерыва.

— У меня хорошее! — Уроборос сиял. Ещё бы, его первая Вселенная развивалась — любо-дорого посмотреть. — Мой подход работает! Никаких лишних знаний. И все меня обожают, представь! Ведь если меня помянуть всуе...

— То что? — заинтересовался Грюнелихт. Новичка сразу видно: обитатели его вселенной обязаны почитать создателя. И только почитать.

— То ничего! Ничего плохого! — Уроборос едва не подавился хвостом, наткнувшись на взгляд начальника. — Просто — ничего. Хочешь хорошего — молись!

— Ну-ну, — скептически заметил Грюнелихт. — Нас тут вечером на представление приглашают. Конец света, ничего особо нового, но такой сценарий!

— Я лучше поработаю, — и Уроборос впился взглядом всех глаз в консоль.- Так... три гигамолитвы в секунду... и это не предел!

- - -

Утро выдалось отменно ненастным, и Грюнелихт явился на работу в прекрасном расположении духа.

— Ну, что у нас... — и Грюнелихт, впервые за много эонов, не окончил фразы. Уроборос, жалкий и несчастный, сидел перед консолью, размеренно ударяясь о неё головой.

— Так-так... — отчего-то не хотелось особо язвить. — И что случилось?

— Один умник попросил разрешения познать себя, — мрачно пояснил Уроборос. — Ну, я и разрешил. Молитву специально придумал длинную и трудную. И всё равно он её прочё-о-о-ол! — и, неожиданно для Грюнелихта, разрыдался.

— Право... э-э-э... — Грюнелихт не сразу пришёл в себя от такого жалкого зрелища. — Не стоит...

— А раньше вы объявили им, что они созданы по вашему образу и подобию? — послышался новый голос. Грюнелихт встал по стойке "смирно", и секунду спустя Уроборос последовал его примеру. Их лабораторию почтил визитом не кто-то, а сам директор. Сейчас — в обычном своём облике, человеческом. В стильном сером костюме, с начавшей лысеть шевелюрой и благородными сединами. Директор добродушно улыбался.

— Я... они... да, Господи! — признался Уроборос, от страха вернув себе приличный внешний вид.

— И сразу же пропала с ними связь, — Творец подошёл к консоли и заглянул прямо во Вселенную, почти не напрягаясь. "Во даёт!", подумал Уроборос в восхищении. — Вижу, вижу.

— Да, Господи. Вселенная перестала принимать мои команды.

Директор встретился взглядом с Грюнелихтом, и тот смущённо улыбнулся.

— И как намерен поступить? — Творец смотрел в глаза Уроборосу, и тот понимал, что малодушное решение тайком устроить коллапс строптивой Вселенной, сославшись на ошибку проектирования, лучше забыть раз и навсегда. И на всякий случай забыл. И уныло пожал плечами.

— А знаете, я когда-то совершил точно такую же ошибку, — теперь оба демиурга переглянулись в изумлении — Творец заявил, что ошибался?! — Но нашёл выход, не стал всё ломать и строить заново.

— Ну... — протянул Уроборос, явно не осмеливаясь сказать "ну ещё бы, вы ведь всемогущи!"

— И без всемогущества, — добавил Творец.- Всё в соответствии с законами Вселенной. Да вот, Грюнелихт подтвердит, он как раз из той самой Вселенной. — Творец направился было к выходу, но остановился и погрозил старшему демиургу пальцем. — Не подсказывать!

Уроборос проводил директора взглядом и потрясённо уставился на начальника.

— Но как?!

— Ну, в одной из Вселенных была такая поговорка: спасение утопающих...

— Я сказал: не подсказывать! — послышался укоризненный голос директора. — Младший демиург Уроборос. Если сумеете решить эту задачу к обеду, завтра вас ждёт повышение по службе. Вольно.

Грюнелихт на цыпочках подошёл к двери, и прошёл насквозь — чтобы зря не шуметь. За его спиной Уроборос уселся прямо на пол, скрестив обе пары рук, и изящно закусив кончик хвоста.

Он молился.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/608

Жалоба рассмотрена

Константин Бояндин — Mon, 27 Feb 2012 13:59:32 +0000

— Я буду жаловаться вашему начальству! - посулил инженер Агафонов не слишком уверенным голосом. Советского ещё выпуска тётка по ту сторону стойки диспетчера ЖЭУ равнодушно кивнула.

— Да хоть господу богу, - пояснила она на словах и беззлобно махнула рукой, отправляя посетителя вон.

Домой инженер Агафонов шёл в кипящем расположении духа, которое к концу дороги успело остыть и выпасть в осадок. Отчего-то одно крутилось в голове: дожил до старости, чтобы такое выслушивать! И ещё подумалось, что биография в последнее время очень похожа на эпитафию: родился, учился,женился, состарился, преставился. Вроде и жизнь была интересной, отчего ж ничего путного не вспоминается?

— Вот господу богу и напишем, - инженер Агафонов атеистически усмехнулся и взял с полки чистый лист бумаги. Пальцы быстро вспомнили хватку, и слова потекли из-под шарика авторучки уверенно и споро. "Считаю своим долгом сообщить вам, что..." - и далее вся суть претензии: деньги платим, а в подъезде убирать никто не собирается, и всё такое. Всего такого раненая и обиженная душа излила немало, едва уместился в лист. Подпись. Дата. А куда это отправлять? В какой почтовый ящик бросить?

— Если существует, и так прочтёт, - инженер Агафонов вновь атеистически усмехнулся и обнаружил, что праведный гнев сам собой расточился. Как и не было. А что, подумалось неожиданно, неплохая терапия. Ведь ясно, что жалобы тут не помогут, детское это. А надо идти к руководству ЖЭУ с бумагами и брать его за жабры, или чем оно сейчас дышит.

В дверь звонко, правоохранительно постучали. Хотя и не предвидилось у инженера Агафонова конфликта с властями - пенсионер, да, вольнодумец - был, нраву сложного - не отнять, но с властями не ссорился. По мелочам, во всяком случае.

— Иду, - ворчливо отозвался инженер Агафонов и снабдил ноги тапками. В которых дома почти не ходил, тапки стояли у дивана, навроде реликвии.

— Жалобу подавали? - бесстрастно осведомился, козырнув, служитель закона. Какой именно и какого закона, инженер Агафонов не рассмотрел: поначалу струхнул, да и зрение не в лучшей форме.

— Подавал, - признал инженер Агафонов очевидное, и запоздало подумал: стой, о какой жалобе речь?

— Вот об этой, - служитель закона добыл из портфеля тот самый лист. Жалоба на имя господа бога. - Ваша?

— Моя, - и сердце инженера Агафонова зачем-то провалилось в пятки на пару секунд. А когда всплыло на место, инженер Агафонов обнаружил, что ему протягивают квитанцию. На ней его ошарашенный взор разобрал только неразборчивый вердикт «Жалоба рассмотрена».

— П-п-простите, это как же — жалоба уже рассмотрена?

— Разумеется, - вежливо козырнул слуга закона. - Принята и рассмотрена по всем правилам.

— И-и-извините, и что сделано в ответ?!

— Ничего, - слуга закона посмотрел с удивлением. - Вас это удивляет?

И вновь вскипел благородный гнев ни за что обиженного пенсионера.

— Меня это возмущает, - инженер Агафонов отринул всю очевидную нелепость беседы. - Я требую, чтобы вы приняли меры!

— Вам придётся подать жалобу в вышестоящую инстанцию, - слуга закона вздохнул. - Хотя я бы не советовал.

— И подам, - пообещал инженер Агафонов, накаляясь до белого каления. - На чьё имя писать?

— Зачем же писать? - удивился слуга закона. - Мы по-простому, без канители. Сами же всё и расскажете. Прошу!

И инженер Агафонов, не понимая, почему, шагнул на лестничную клетку и захлопнул за собой дверь. Запоздало осознал, что на ногах тапки, а одет в самое затрапезное.

- - -

— Где я? - сумел выговорить инженер Агафонов, не сразу осознав, что они стоят вовсе не на лестнице.

— В Учреждении, - охотно пояснил его сопровождающий. - Порядок такой. Если вы желаете лично проследить, чтобы вашей жалобе был дан ход, директор лично примет вас.

Тут Агафонов обрёл достаточно присутствия духа, чтобы остановиться. Сейчас только дошло, на чьё имя он писал жалобу. И что у этого кого-то есть, оказывается, вышестоящее начальство.

Вокруг, на первый взгляд, было самое обычное учреждение. Оплот бюрократии. Коридоры, коридоры, двери. Кругом сновали сотрудники и сотрудницы, все в костюмах, и пахло вполне канцелярски. Никто не удивлялся его, Агафонова, виду. Агафонов посмотрел на вид и ахнул: облачён был в такой же строгий костюм, что и спешащие вокруг сотрудники.

— Положено, - пояснил сопровождающий. - Итак, сейчас я вас провожу к директору, и вы лично выскажете ему все претензии.

Они отправились по коридору. Время от времени коридор пересекался перпендикулярным - и всюду двери, двери. Зелёный казённый ковёр под ногами, плафоны над головой. Инженер Агафонов брёл за слугой закона и разум мало-помалу просыпался вновь.

— Слушайте, так ведь я же писал жалобу господу богу!

— Всё верно, - подтвердил сопровождающий.

— И... он её рассмотрел?!

— Видите ли, - слуга закона остановился и дружелюбно улыбнулся. Что-то странное померещилось в его облике инженеру Агафонову. Но вроде всё, как положено - голова как у человека, сверху снабжена фуражкой, руки и ноги, сапоги и костюм. Портфель в руке. Особенно долго отчего-то смотрел на сапоги. И понял, что с ним говорят, вообще-то.

— Видите ли, - ещё дружелюбнее повторил сопровождающий. - У нас, как в любом Учреждении, свои правила. Вначале жалоба отправляется на рассмотрение куратору, затем — инспектору, затем — главному инспектору, затем — заместителю директора, и только потом...

— А вы кто?

— Я куратор, - ободряюще улыбнулись инженеру Агафонову. - Дабы избавить вас от ожидания, имею полномочия лично препроводить вас к директору.

Всё смешалось в голове инженера Агафонова, и приходить в порядок упорно не желало.

— То есть... я, видите ли... в общем... Господи! - он практически залепетал, но быстро пришёл в себя - устыдился. До такой степени, что отчасти обрёл самообладание.

— Да вы не беспокойтесь, - заверил инженера Агафонова куратор. - Директор примет вас быстро.

— Это почему?

— Видите ли, ваш мир Он создал когда-то первым.

— Простите? - инженер Агафонов замер на очередном перекрёстке коридоров. - Мой?! То есть...

— Ну да, - удивился куратор. - Самой первой Вселенной была ваша. Для меня большая честь следить в ней за порядком.

— И это вы называете порядком?! - инженер Агафонов вновь испытал острую гражданскую обиду. - То, что у нас там творится - это порядок?!

— Солнце работает исправно, глобальных катастроф не допускаю, пришельцы вас ещё лет триста не заметят. Ну да, всё в порядке. А что вас не устраивает?

Инженер Агафонов долго, энергично и пламенно перечислял, что лично его, пенсионера, честно отдавшего пятьдесят лет служению своей стране, не устраивает. Не устраивало практически всё.

— Позвольте, а я тут при чём? - удивился куратор, не теряя при том дружелюбия.

— Как это при чём?! Вы же за порядком следите?

— Всё верно. И, если вы не в курсе, людям дарована свобода воли. Не всем, между прочим, такое даруют. А вам вот даровали.

— Да что толку... - и инженер Агафонов прикусил язык. Вокруг них шли сотрудники, в обе стороны, и никто не обращал внимания на ораторские таланты инженера Агафонова. - Но постойте! Это как же... вы что, рассматриваете все жалобы на имя господа бога?

— Мы называем Его директором. Можно говорить "Творец", - уточнил куратор. - Так правильнее.

— Да пожалуйста! И что, вы принимаете все такие жалобы?!

— Разумеется.

— Их ведь, наверное, тысячи!

— Ну что вы. В день в среднем пять-шесть квадриллионов. Вы ведь не думаете, что люди - единственный разумный вид в вашей Вселенной?

— И всё это успеваете читать?! - поразился инженер Агафонов.

— Ну да. Это входит в мои обязанности, - куратор наклонил голову.

— Но когда вы успеваете?

— А, пустяки. Видите ли, время здесь идёт совсем по-другому.

Инженер Агафонов попытался представить себе пять квадриллионов жалоб, но воображение отказалось представить подобное.

— И никогда не исполняете?

— Практически никогда.

— И какой вы после этого куратор?!

— Видите ли, - куратор явно обладал ангельским терпением. - По нашим правилам, если я удовлетворяю чью-то жалобу, я обязан точно так же удовлетворить и жалобы от всех упомянутых лиц. То есть если кто-то желает навредить ближнему своему, то мне придётся рассмотреть и дать ход и встречной жалобе, понимаете?

— Господи! Куда я попал?! - инженер Агафонов схватился за голову. Его спутник заложил нижнюю пару рук за спину, и развёл верхней парой. Удивиться такой трансформации инженер Агафонов не успел - все вокруг тоже перестали выглядеть людьми. Были тут на вид и ангелы, и черти, и кого только не было! Инженер Агафонов успел заметить витые рога на голове куратора и хвост, изящно выпадающий из-под камзола.

— Во-первых, директор не любит, когда его поминают всуе, - куратор вздохнул. - Во-вторых, он не любит риторических вопросов. Мы будем у него в приёмной через пять минут. Что с вами?

Инженер Агафонов озирался с совершенно диким видом. Когда его взгляд упал на портфель в одной из рук куратора, что-то несуразное бросилось в глаза. Инженер Агафонов не сразу понял, что портфель на вид прямоугольный, но в каждой вершине сходились не три угла, а четыре. И каждый угол прямой. Инженер Агафонов поднял взгляд, и голова закружилась: сотрудники жутковатого вида шли не только взад-вперёд и влево-вправо, но и вниз-вверх. При этом они шли вертикально столь же естественно, сколь и горизонтально.

— Ничего страшного, - куратор взял его за руку. - А чему вы удивлялись? У нас тут четыре или более измерений. Иначе никакого места не хватило бы. А мой внешний вид самый обычный, поверьте. Едва вы вторично обращаетесь к директору, как начинаете всё видеть в подлинном виде. Знаете, очень удобно. Но вот упоминать его всуе в третий раз я бы очень не советовал. Он будет вынужден принять вас вне очереди.

Инженер Агафонов схватился за сердце и понял, что сделал это сразу двумя правыми руками.

— Ничего страшного, - повторил куратор. - Два этажа вверх, один поворот направо, и мы уже в...

— Не надо, - инженер Агафонов решительно остановился. - Вы знаете, я передумал. Не нужно на приём.

— Но почему?! - поразился куратор. - Директор с большим удовольствием принимает посетителей из первой Вселенной. Ручаюсь, ваше дело решат в считанные минуты!

— Нет, знаете, - Агафонов старался не смотреть ни на портфель, ни на куратора, ни на что. - Я уж сам как-нибудь. Неохота отвлекать директора такими пустяками.

— Тогда подпишите вот здесь, - куратор добыл то самое прошение. - Вот тут. Да, под датой. В произвольной форме. Например, "считаю рассмотрение моей жалобы необязательным", и подпись. Верно. Спасибо. Оставьте себе на память, - куратор имел в виду авторучку. - Исключительно приятно было с вами беседовать!

- - -

Инженер Агафонов обнаружил, что стоит в своей прихожей, дверь перед ним закрыта, в одной руке - та самая жалоба, в другой - авторучка. Красивая, собака, массивная, стильная. Квадратный в сечении колпачок.

Инженер Агафонов прошествовал в кабинет, где и упал на стул. Долго смотрел на жалобу, завизированную неразборчивой подписью, явно кончающейся на "-наил". Посмотрел на авторучку и вновь примерещилось, что четыре прямых угла сходятся в вершинах колпачка.

Инженер Агафонов долго осматривал себя - нет, рук снова две, рога исчезли, хвоста не наблюдается. Вроде снова человек.

— Я им сейчас покажу гос... - он прикусил язык. Показалось, что подпись куратора засветилась. - Сейчас я вам устрою!

Он решительной рукой снял телефонную трубку. Уже к вечеру в подъезде было вымыто, ввинчены новые лампочки, и заработал домофон.

А жалоба куда-то делась. Авторучка осталась, правда, а жалоба вот делась. Хотя сам инженер Агафонов не рискнул бы положить её в мусорное ведро.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/607

Картотека

Константин Бояндин — Fri, 24 Feb 2012 10:35:13 +0000

— Господи! - обратилась парочка аспирантов-демиургов к Творцу, который с утра пребывал в скверном настроении: всё шло гладко, без происшествий - а это всегда дурной знак.

— Чего вам? - мрачно воззрился Творец.

— Господи! Я придумал совершенно новую Вселенную! - торопливо начал демиург помладше. - Представьте: три с половиной измерения, никакой тёмной материи, а константа видообразования...

— Стандартная модель три миллиарда пятьсот два миллиона шесть, - перебил его Творец.

— Я же говорил! - ткнул оратора в бок его коллега. - А вот я, Господи, решил исправить фундаментальные параметры в его проекте так, чтобы генетическая связность...

— Стандартная модель четыре миллиарда сто пятьдесят три, - перебили и его. - Вам что, делать нечего?

— Нечего, Господи, - поникли оба. - Всё идёт штатно, отчёты сданы, творить хочется - сил нет!

— Ну так и творите, - Творец движением бровей выпроводил обоих аспирантов за дверь. - Всё, решено. Долой всеведение. Сейчас же сотру всю картотеку и будем изобретать всё с нуля.

— Хотя подождём маленько, - решил Творец, окинув взором всю бесконечность стеллажей и шкафов, и поднял с полки папку, помеченную числом "1".

...Творец сидел у себя в кабинете, у жаркого пламени камина, с наслаждением пил чай и вчитывался. "В начале было слово..."

Он не забыл повесить на входную дверь табличку "НЕ МЕШАТЬ — ТВОРЮ".

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/606

A fortiori, или Лингвистический ассемблер

Константин Бояндин — Fri, 17 Feb 2012 02:59:56 +0000

Зачем вам искусственный язык?

Про эсперанто слышали многие. Не все понимают, зачем это, не всем он нужен, но имя на слуху.

О других плановых (искусственных, созданных для общения) языках люди знают ещё меньше. Наверняка, мелькали слова воляпюк, идо, интерлингва. Это зачастую воспринимается как чудачество, как игра. В сознании многих эсперанто столь же нужно, как язык квэнья, известный поклонникам «Властелина Колец».

Ответ на вопрос, зачем это, прост: затем, что не всегда есть возможность выучить все естественные языки, на которых говорят собеседники. Да, стать полиглотом не очень сложно, что бы вы ни думали. Но как быть, если собралась компания людей, без единого известного всем языка? Общаться на языке жестов?

После того, как человек понимает, для чего нужны плановые языки, вознкиает следующий логичный вопрос: зачем их так много? Казалось бы, знаешь эсперанто — и всё, к чему огород городить? Но не всё так просто в этом мире и, упреждаю дискуссию, которая уже имела место у меня в ЖЖ, поясню на собственном примере различия двух типов искусственных (плановых) языков.

A posteriori

Каюсь, не могу вспомнить имён учителей кружка эсперанто. После многочисленных переездов где-то лежит свидетельство об окончании курса. Помню имя самого колоритного преподавателя, который и заинтересовал меня языком по-настоящему: Адольф Иванович. Если кто вспомнит, когда он и его коллеги работали в НГУ, буду очень признателен.

В случае с эсперанто процесс вхождения был стремительным. Основной курс календарно длился долго, реально же, физического времени, отнял едва ли двенадцать часов. Достаточно, чтобы освоить простую грамматику языка и минимальный словарный запас. Плюс основы истории, как и для чего всё это было.

После этого был «конвент», поездка в несколько дней на собрание эсперантистов, где общались практически только на нём. Метод погружения оказался эффективным: к концу первого дня я начал понимать практически всё, что говорят, к концу второго обрёл и дар речи. Так что говорю как эксперт: если у вас есть неделя свободного времени, мозг в должной мере свободен и бодр, недели вам хватит, чтобы начать вначале понимать, а потом и общаться, и думать.

Вся прелесть апстериорного (построенного на базе уже существующих естественных языков) именно в том, что навыки формируются не в вакууме. Чем-то знакомые корни, привычные понятия лица, числа и времени, многие другие интуитивно понятные элементы. И — никаких исключений. Более того, служебные части речи (приставки, инфиксы) сам являются полноценными корнями, что только подогрело интерес к языку.

Подвиг Заменхофа в том, что он дал простые, неизменные правила и умело подобрал основные языковые элементы так, чтобы они были максимально близки и понятны тем, кому не чужды индоевропейские языки.

A priori

Языки априорные строятся с нуля. По определению, изучать их сложнее, поскольку нет ощущения, что всё это где-то видел, где-то слышал, где-то читал.

В случае с ложбаном человек, привыкший к традиционным элементам естественных языков, в первую очередь испытывает глубокое недоумение, поскольку структура совершенно иная. Где вы, местоимения, времена и склонения? Не сразу приходишь к понимаю, что ложбан ближе к логике высказываний, к языку программирования, если хотите. Моя первая попытка освоить язык «в лоб» привела к ощущению, что меня разыграли. Ну разве ж это язык?!

Вторую попытку осознанно изучать ложбан я предпринял, когда во время работы над книгами потребовался искусственный (плановый, т.е. изначально созданный для общения, для использования) язык, который не опирался бы ни на какую историческую культуру, и был бы вместе с тем максимально удобен для передачи мыслей.

Таким оказался ложбан.

A fortiori

Известны бесконечные баталии сторонников разных языков программирования. Кудесники C++ снисходительно поглядывают в сторону приверженцев Паскаля; мудрецы Lisp презрительно смотрят на всё, что родственно C; толкователи Perl с улыбкой смотрят на рьяных последователей Python. И все как один традиционно презирают PHP, которому это не помешало стать одним из самых популярных в современном Web-программировании.

Однако если посмотреть, к чему всё сводится, то всё сводится к языку машинных инструкций (ассемблеру). Можно быть ненавистником инструкции "GO TO", но в ассемблере от неё никуда не деться. Можно считать себя превыше всех, поскольку в любимом языке есть динамическая типизация и лямбда, но в ассемблере, сами понимаете, этим и не пахнет. Там всё просто: возьми вон то, сравни вон с тем, положи вон туда.

Ложбан, пусть эта аналогия и не вполне точна, это вариант языка ассемблера для естественных языков. Язык-посредник, который может передать самые причудливые варианты отношений между объектами, взаимосвязи и оттенки отношения, не принимая сторону ни одного из естественных языков.

Именно поэтому попытка выучить его теми же способами, по аналогии, приведёт к мысли, что вас разыгрывают. Нет смысла искать здесь лица, наклонения, падежи и всё прочее и возмущаться тому, что всего этого нет.

В своё время я принялся изучать программирование для IBM PC с языка ассемблера. И когда пришло понимание, как устроены компиляторы, и что всё в итоге преобразуется в один и тот же низший уровень машинных инструкций, я понял, что все баталии «что лучше» лишены смысла.

Ложбан не лучше или хуже. В ряде случаев он точнее. Представьте себе естественный язык, в котором нет категории времени, или в котором отдельные числительные для разных типов объектов. Общаться на апостериорных языках с представителями такой культуры будет непросто. В случае «ассемблера» это позволит быстрее добиться понимания, вот и всё.

Сама постановка вопроса, «какой язык лучше», лишена всякого смысла. Что эффективнее, вот правильный вопрос. Аналогия с языками программирования: если мне нужно быстро найти и заменить строку затейливой непостоянной конструкции в миллионе файлов, я могу написать программу на C++, скомпилировать её и запустить для каждого из файлов. А могу набрать ровно одну строку, запускающую интерпретатор Perl с простой инструкцией поиска и замены. Я могу написать компилятор языка на Whitespace или Brainfuck, но на С это будет много быстрее и эффективнее. И так далее.

И лишь в одном своём возможном заблуждении я буду упорствовать: ни один плановый язык пока не обрёл и вряд ли обретёт то языковое богатство, которым обладают естественные языки. Просто по определению: чтобы такое стало возможным, язык должен долгое время быть родным (его нужно знать и на нём нужно думать с рождения), и на нём должен быть создан солидный корпус непереводной литературы.

Sapienti sat.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/605

Только небо

Константин Бояндин — Sat, 11 Feb 2012 12:33:24 +0000

Игра воображения

Человек может называться в полной мере человеком, только пока живо его воображение.

Меня продолжают удивлять люди, жалующиеся на творческий кризис, на отсутствие идей, на оскудение идей, на... Словом, что только люди ни выдумают, чтобы только ничего не делать!

Достаточно просто оглянуться вокруг, чтобы найти повод применить свои творческие умения. Не выходя из дома, не читая никаких новостей и сайтов, просто глядя вокруг в интерьере своей квартиры, я могу найти десятки поводов для творчества, не сходя с этого самого места. Не верите?

Дайте мне пять минут (вы их не заметите, поскольку не знаете, когда я приступил к написанию этого текста). Просто поверьте на слово, что прошло пять минут, я прошёлся по комнатам, просто глядя вокруг, в поисках сюжетов, которые могут прийти в голову. Даже не сюжетов, а затравок для сюжетов. Итак, время пошло.

Кристаллизация идей

Итак, сначала — просто оглянуться. На стене напротив двери висят три картины (если вам что-нибудь говорит имя художника Касьянова, вы понимаете, о чём они). Если идти мимо картин, то кажется, что кошки провожают тебя взглядом, причём всякий раз смотрят по-новому. Что они хотят сказать? Почему ощущение от их взгляда меняется?

Пол покрыт мозаикой, поскольку выложен из пробки. Если посмотреть сверху, то местами он похож на диковинную карту. Если всмотреться внимательнее, не покажется ли, что на карте видны дома, дороги и спешащие по дорогам люди и экипажи?

Стены в разных комнатах все разного цвета. Какое послание могут содержать они? Что, если как-то переставить первые буквы названий цветов? Что они образуют? Содержат ли ключ к какой-то тайне, содержащейся здесь же, в стенах квартиры?

На кухне настаивается чай в стакане. Если добавить в него сахар и перемешать, сахар растворится. А может ли случиться так, что в один прекрасный день попробовать вращать ложку в другую сторону — и сахар точно так же вернётся в исходное, кристаллическое состояние? Что тогда произойдёт?

В детской стоит деревянная стремянка. Что будет, если залезть на неё? Чтобы путешествовать в иные миры, обычно придумывают особые места, магию, технику будущего, все эти порталы и прочее. А что, если для перемещение в иную реальность достаточно всего лишь подняться на ступеньку-другую такой лестницы в правильном порядке?

Потолок над головой — навесной. Когда по комнате проходит волна воздуха, по потолку пробегает волна. Что, если то, что кажется потолком — на самом деле океан, просто мы смотрим на него необычным способом?

Теория решения воображаемых задач

Многие слышали про ТРИЗ. Ничего на вид необычного, но для многих людей теория решения изобретательских задач стала откровением, ключом к решению непреодолимых, казалось бы, задач.

Для того, чтобы побудить себя творить, нужно немногое. Просто выпустить воображение на волю, и не забыть следить за его полётом. Всё то, что оставляет оно над вашей головой, исполнено символики и смысла. Нужно просто увидеть и не забыть запомнить.

Чтобы лететь, человеку нужно только небо над головой.

Фото взято со страницы The Morning Glory cloud

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/604

Год программиста

Константин Бояндин — Sat, 31 Dec 2011 16:42:16 +0000

С Новым Годом!

Народная примета гласит: что бы ни планировал сделать 31-го декабря, толком удаётся лишь не уснуть к полуночи.

Расставаться с уходящим годом лучше по-доброму. Посему решил я всё злободневное, и всё такое, перенести на грядущий год. Его и так уже обозвали годом конца света, так что в самый раз.

Замечу, что 20 + 12 = 32, 20 - 12 = 8, оба числа - степени двойки (5 и 3), а сумма этих степеней опять же даёт степень двойки. Ту же пару чисел получим, разделив 20 и 12 на 4. Однозначно, 2012 - год программиста. Ну или чего-то, иным образом относящегося к двоичной системе счисления. Например, электронно-вычислительных машин, искусственного интеллекта и так далее.

Хочу пожелать всем, кто успеет прочесть это ещё в 2011 году, исполнения всего задуманного, новых достижений, оптимизма и мирного неба. Но паче всего - здоровья.

Будем здоровы и счастливы!

...и ещё немного. Итоги года подводить не буду. Что-то не очень правильное в этом годовом отчёте. Пусть так: дедушка Мороз! Пусть исполнятся самые заветные желания мои, всех, кто прочитал это в старом ещё году, и просто всех добрых людей. Подари нам всем сбычу мечт (мы не сидим сложа руки!), чего-нибудь неожиданного и приятного. А если кому нечего с ходу пожелать - подари просто денег.

...и вдогонку

Новый Год, вероятнее всего, я встречу за компьютером, листая свои собственные тексты. Поскольку все вокруг, вероятно, уже будут спать, и останется поздравить с Новым Годом тех своих друзей, которых не дано увидеть иначе, как силой воображения.

И пусть ваше воображение, фантазия и желание изменить жизнь к лучшему помогут вам сделать этот мир и самих себя в нём лучше, значительнее, ярче.

Довольно уже концов света. Пора жить!

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/603

"Не беру!"

Константин Бояндин — Fri, 23 Dec 2011 06:12:55 +0000

"Не берём!"

Ранее я упоминал, что был приглашён для совместного участия в работе над книгами апокалиптического цикла «Нибиру» (издательство «Эксмо»). Что ни делается, всё к лучшему: поклонники цикла, вероятно, уже знают или догадываются, я же пока скажу лишь, что участие завершилось, не начавшись, подробнее о судьбе цикла узнавайте у издательства.

С одной стороны, тема конца света в том или ином виде присутствует во многих произведениях; моё воплощение известно под названием Этап (есть также версия на СИ).

Последние попытки заинтересовать своими работами издательства закончились выводами, что всё это а) напрасная трата времени, и б) не осталось издательств, на стабильность которых можно было бы рассчитывать.

Книги будут выходить теперь в электронном виде, а также, параллельно, в POD-издательствах. Помня об известной поговорке, название и состав первого сборника, который выходит таким образом, я открою, только когда он появистя в магазине издательства. Примерная периодичность издания такого рода будет один раз в год. Возможно, чаще — всё зависит от того, насколько хорошо будет всё это продаваться.

Традиционно, все желающие смогут прочесть всё написанное в электронном формате. Чтобы быть в курсе, где именно можно прочитать, вы можете подписаться на список рассылки (texts), тайные адреса, по которым размещаются все новые произведения, публикуются только в том списке.

Думы о будущем

Вы узнали, разумеется, портрет, приведённый в начале записи. Дело не только в том, что я не так давно вновь установил, по старой памяти, System Shock 2, но и в общей тенденции.

В планах работы всё больше внимания, как можете сами убедиться, уделяется циклу Overmind. Присутствие «метаразумной» компоненты в повседневной жизни я лично ощущаю весьма отчётливо. Сеть уже обладает зачатками разума; признаки того, что человечество давно уже не в курсе тенденций своего существования, налицо. Варианты того, с чем может столкнуться человечество в этой связи, приходит на ум несколько. При всей своей, в целом, любви к своему биологическому виду, будущее его выглядит небесспорным.

Затишье в блоге выдерживается в стиле старого курса на девиртуализацию; однако, в свете собственной же политики продвижения своих работа в электронном виде, политику придётся пересматривать.

В связи с чем хочу напомнить некоторые...

Адреса и явки

Все завершённые и выверенные тексты (прошедшие хотя бы одну вычитку) помещаются в Библиотеку в облаках.

Литературные публикации от моего имени ожидайте в блоге Дело Мастера Бо, а также в моём разделе на IMHOnet, а также в авторской колонке на Лаборатории Фантастики.

Раздел Неизвестного Теолога на СИ поддерживается по традиции, я появляюсь там только для ответа на комментарии и размещения «скрытых» текстов (которые могут читать все, кто знает точную ссылку).

У меня есть множество учётных записей на форумах и т.п., если вы там активно общаетесь, оставьте примечание к этой записи — в случае, если есть необходимость поговорить со мной в привычной вам среде.

На всякий случай — с наступающим Новым Годом!

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/602

Поводы для гордости

Константин Бояндин — Sun, 06 Nov 2011 17:00:57 +0000

Жизнь удалась

Есть ли в вашей жизни повод для гордости?

Чего вы достигли? Сможете в течение минуты найти как минимум пять разных поводов гордиться своей жизнью?

Смотрю на блогосферу и тихо обретаю сходство с фонарём. Основная её масса или стремится подражать кому-то, кого считает успешным, или же, так скажем, ищет повода высказать в чей-то адрес что-то неприятное.

По мне, любое стремление сделать кому-то что-то гадкое есть признак слабости. Конструктивное не требует уничижения. Творец велик в осознании своего творения. Его не интересует лучше ли это чего-то, хуже, и прочие варианты сравнения.

Творчество, в широком смысле этого слова — сущность самодостаточная.

Книге не нужны, как это ни странно звучит, читатели. Есть они или нет — ценность и суть написанного слова не блекнет и не теряет в весе.

Точно так же картине не нужны зрители. Аудитория нужна людям, но не плодам их творчества. Простые человеческие слабости — желание ощутить себя известным человеком — чужды произведениям искусства.

Ровно так же и жизнь не требует никаких сравнений с другой жизнью. Она ценна самим фактом своего существования.

Так сможете ли вы найти пять поводов гордиться собой? Прежде, чем дочитывать, попробуйте ответить на этот вопрос.

Продолжение следует

Могу подать пример. Я не испытываю чувства ложной скромности. Нет ничего предосудительного в том, чтобы высказать, чем своя жизнь хороша. Ведь если я чего-то достиг, это не означает, что я намекаю остальным «а вы не сможете». Любой повод для гордости не должен быть нацелен на принижение чужого «Я».

У меня есть стихотворения, на слова которых есть песни.

У меня есть книги, по которым можно снять замечательные фильмы.

Я (не один) достиг всего, чем горжусь, своими усилиями и помощью близких мне людей.

Мне не трудно признавать, что я не во всём достиг совершенства, что есть над чем работать и что улучшать, в том числе в своей природе.

Я не прошу помощи, хотя и не отказываюсь, если её предлагают.

Назвать пять поводов было легко. На деле, их гораздо больше. И их осознание придаёт силы и далее достигать чего-то нового, своими усилиями. И, смею надеяться, ни одного уверенного в себе человека не задела ни одна из пяти фраз, высказанных выше.

А чем гордитесь вы?

Что считаете достижением? Масштаб неважен. Даже если вы сделали доброе дело, и об этом знаете только вы сами, это уже повод гордиться. Весомый и подлинный.

Ведь по окончании вашей жизни с вас и только с вас спросят, что и почему в ней удалось. И ссылки на обстоятельства, чьи-то козни и т.п. не пройдут.

Хотя вас может быть своё мнение по этому вопросу.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/601

Я список кораблей прочёл до середины...

Константин Бояндин — Tue, 04 Oct 2011 07:31:13 +0000

Пиратство как повод

Вкратце для тех, кто не в курсе. С 26 сентября по 3 октября с.г. была недоступна сетевая библиотека Флибуста, которая, в отличие от Либрусека, своего прародителя, денег за чтение не берёт. Об этом событии интересующиеся могли узнать в заметке на Lenta.ru. Соответственно, сегодня появилась заметка на вновь открывшейся Флибусте, где рассматривается происходящее с другой точки зрения.

Само по себе противостояние, если припомнить, не ново. Некогда ААПИ пыталось закрыть Либрусек. Как только тот стал взимать деньги за чтение (и, видимо, делиться ими с правообладателями), война как бы сама собой закончилась (что оставляет открытым вопрос, сколько на сайте осталось книг, размещённых там вопреки воле правообладателей).

Интересен прежде всего выбор цели для атаки. Прежде, чем читать продолжение заметки, я не пожалейте времени на чтение упомянутых выше заметок в Ленте и на Флибусте, это не займёт много времени.

Прочитали? Тогда могу высказать собственную точку зрения: упомянутое закрытие — не более чем очередной способ переложить ответственность за неудачи в книгоиздательском и книготорговом бизнесе на «пиратов».

Тысяча и одна библиотека

Основной аргумент, к которому всегда обращаются издатели бумажных книг, таков: электронные (имеется в виду несанкционированные) публикации снижает количество продаж тех же книг, выпущенных на бумаге. Дескать, вместо того, чтобы купить книгу в магазине, человек скачивает её и читает из Сети, причём задаром.

Оставим пока в стороне то, что всех пользователей Сети при таком подходе издатель считает (по умолчанию) убеждёнными сторонниками пиратства в соответствующем значении этого слова.

Зададимся другим вопросом: а как доказывается фактически взаимосвязь пиратского распространения и падение продаж? И вот тут факты никогда не приводятся. Мне уже интересно узнать, как издательство оценивает количество «пиратских скачиваний», и из чего делается вывод, что, не будь книги в электронном виде, продажи были бы (существенно) выше.

И ещё один вопрос, которым задаются многие: почему Флибуста? Любой писатель, сколько-нибудь известный в Сети, может поискать свои книги и обнаружить их на сотнях, а то и тысячах, сайтов. В моём случае число оценивается тысячами. Почему из тысяч электронных библиотек мишенью для атаки выбрана Флибуста?

Предположение: потому, что Флибуста не берёт денег за скачивание. Продавай она чужой контент, размещай коммерческую рекламу — можно было бы просто потребовать с неё процент.

По-моему, налицо простой, чисто меркантильный, интерес. В том числе в смысле освоения средств, выделенных на подавление пиратов.

Нечитающая страна

Да. люди читают всё меньше. Но пираты тут ни при чём. Можно напомнить про ассортимент того же «Эксмо», в котором 99.9% составляет, мягко говоря, макулатура. Можно напомнить несуразно высокую цену на книги и всё ухудшающееся качество их (не в смысле содержания). Но главная проблема в том, что люди перестают читать, вот и всё.

Это — страшное открытие, если вдуматься. Понятно, что издательству оно страшно в основном тем, что вследствие этого падают доходы. Но именно издатели, которые заполняют своей продукцией книжные магазины, участвуют в развитии (или деградации) тяги к чтению.

Может ли электронная книга на самом деле уронить уровень продаж? Я считаю, что да, может. Если человек не желает покупать кота в мешке и предпочитает вначале ознакомиться, пусть вкратце, с содержанием книги, он попытается найти электронную версию (отрывок). Если эти версии легкодоступны, то люди с мало-мальски развитым художественным вкусом забракуют, не покупая, основную массу производимого чтива.

Отдельный вопрос, сколько таких людей.

Если их количество (доля) ощутимы, то получается, что издатель намеренно не хочет, чтобы халтуру распознавали ещё до покупки её на бумаге.

Если же их количество пренебрежимо мало, то издательство, так скажем, лукавит

А заодно это намёк всем «пиратам»: видите, как легко можно заблокировать сайт, если вовремя пожаловаться руководителю страны.

Естественно, что никто, знакомый с отечественными реалиями, не бросился тут же скачивать всё и отовсюду.

У меня вопрос, на который нет пока ответа: насколько сильно взлетели продажи книг «Эксмо», пока Флибуста была недоступна?

Ибо есть предположение, что никакого изменения в лучшую сторону с продажами не случилось.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/600

...шире шаг!

Константин Бояндин — Tue, 20 Sep 2011 04:51:47 +0000

Молчание в Эфире

Вам нравится молчание в Эфире? Ответ блогера должен быть практически рефлекторным, ведь общение — это всё. А если нет такой возможности, общатсья вовремя?

А как вы сами реагируете на пропадание связи? Проверяете ли, ждут ли ваших сообщений, вообще рады ли появлению, и если нет, то почему?

Я вот решил проверить и убедиться. А началось всё с неприятного открытия при работе с почтой.

В папку "SPAM" почтового ящика, которым я пользуюсь, не отрываясь, последние девять лет, в день приходит от двухсот мусорных писем — иной раз до пятисот.

Раз в неделю, как следствие, я просматриваю всё это сокровище, ведь туда могут попадать и нормальные письма. Крайне редко — но могут.

Я ничего не забыл?

И в эти выходные, к большому своему изумлению, обнаруживаю в той куче старые-престарые письма. Люди написали их, письма «делись», причём я до сих пор хочу понять, куда — спам-свалку я чищу начисто каждую неделю.

Потому на всякий случай напоминаю — если в течение 2-3 рабочих дней вы не получили ответа, а письмо его предполагало — я или физически не могу ответить, или письмо не добралось до меня. Вот и спрашиваю: я ничего не забыл? Вы ждёте ответа?

С деловыми вопросами понятно. Там люди в курсе, что письма могут теряться, и обычно не ждут дни и ночи, а сразу звонят или иным способом связываются. А вот с личной перепиской затейливо. У меня в жизни был случай, когда в достаточно долгой переписке много недель так вот ждали ответа друг друга. А письмо просто не добралось — электронные письма также могут теряться навсегда, испаряться по дороге.

Я ничего не забыл? Вы ждёте ответа? Если вы не хотите вести разговор, как вы поступите? Просто будете игнорировать попытки связи, или скажете прямо? А сами как долго будете пытаться «достучаться», и каким образом?

Подозреваю, глядя на старые-престарые письма, что многие люди могли всерьёз обидеться. От меня что-то ожидалось, а я не ответил. У меня есть несколько давних знакомых, которые всегда ждут, что им напишут хотя бы вопрос «как дела», а если не напишут — это уже повод всерьёз обидеться. На вопрос «что ж ты не написал сам(а)?» также могут обидеться. Такие вот люди — какие есть, у всех свои привычки.

Пожалуй, надо взять адресную книгу и написать самому. Пройтись по адресам почты, всевозможных IM, форумам, блогам и телефонам. Наконец, пройтись пешком, когда это возможно.

Я ничего не забыл? Вы ждёте от меня ответа?

Если очень ждёте, то вы наверняка знаете, как меня найти. Я оставил очень много способов связаться со мной. Если все они не сработают... вот тогда я очень удивлюсь.

Ну, а если вы обиделись, или сочли, что не стоит больше со мной связываться, я тоже пойму. Просто жаль, что вы не спросили напрямую. Ведь любое недоразумение практически всегда можно уладить словами.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/599

...потому что соскучился

Константин Бояндин — Wed, 14 Sep 2011 00:07:57 +0000

"Кто-нибудь спасал меня просто потому, что соскучился?" Несомненно, вы помните, кто произнёс эти слова. Хоть и не герой классических произведений, он всё же создал несколько крылатых фраз.

Всё думаю иногда: может, стоит изредка жаловаться на жизнь? С одной стороны, удобно: тут же обращают внимание. А внимание в блогосфере - это всё. Если тебя не читают - тебя попросту нет,подлинная дружба в Сети сейчас большая редкость. Это когда человек раз в 5-10 лет оставит тебе краткий, в два слова, включая знак восклицания, комментарий, а ты безумно рад - и большего счастья на момент чтения комментария и не нужно.

С другой стороны, жизнь не любит, когда на неё жалуются. Если жалуешься на жизнь другим людям -, резонно предположить, что уж они-то должны разбираться в твоей жизни лучше тебя самого. Вот и выходит: если дела плохи - не особенно радуют приятным - то лучше уж молчать. Иначе может войти в привычку.

"Грядущее мне посылало знаки - / Но вот уж год, как новой почты нет. / Определённо, зря я переехал".

Давеча, когда случилось страшное и сервер, на котором живут проекты многих хороших людей, упал вдребезги - в этот день я понял, как узнать, как именно относятся к тебе люди. Принимают ли таким, какой есть, или же требуют от тебя выглядеть и поступать так, а не иначе.

И чем меньше эмоций испытываешь по поводу испытаний, с коими тебя сталкивает течение жизни, тем резче становятся её способы привлечь внимание. Я искренне сочувствую Будде: должно быть, последние шаги к просветлению особенно трудные.

Зато я совершенно отчётливо понимаю, кто именно требует моего внимания, когда, чего уж греха таить, искренне радуешься нескольким минутам праздности. Достаточно открыть документ-процессор и посмотреть, на чём остановился.

Буквально в тот же день произойдёт нечто вполне приятное и осязаемое. И по-настоящему нужное. И вот тогда будет повод появиться и в Сети. Сказать, что, чёрт возьми, жизнь всё равно прекрасная штука! И любит, когда её хвалят. Ведь доброе слово и людям приятно.

И не забудьте сказать о своей жизни что-нибудь доброе. Уверен, она отплатит той же монетой.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/597

Николай Усов: надо знакомить молодёжь с профессионалами

Константин Бояндин — Sun, 14 Aug 2011 13:24:46 +0000

Образы реальности

Брать интервью — всегда ответственность. Всегда хочется дать о человеке представление так, как он сам того ожидает. И лучший подход в таком случае — полагаться на интуицию.

Итак, имею честь представить вам известного художника, одного из иллюстраторов моих книг — Николая Николаевича Усова (город Киров).

Константин Бояндин: Добрый день, Если нетрудно, расскажите о себе — сколько захотите — читателям этого блога.

Николай Усов: Родился в 1950-м году в г. Кирове. В 1969-м году закончил строительное отделение Кировского Политехникума, после службы в армии работал инженером-строителем.
Тогда же занимался изобразительным искусством в изостудии.
Играл на гитаре и пел в музыкальных ансамблях города.
С 1976 по 1980 гг. учился на художественно-оформительском отделении Кировского художественного училища, был старостой группы.
Одновременно работал художником в кинотеатре.
После окончания (с отличием) училища был принят на работу художником-оформителем в Кировские Художественно-промышленные мастерские Художественного Фонда СССР.
В это время, активно занимаясь творческой деятельностью, участвовал в выставках. (Одна из них — Международный конкурс плаката «Космосу — мир!» в ЦДХ, Москва.) Неоднократно принимал участие во Всесоюзных творческих семинарах художников.
В 1989-м году вступил в Союз художников СССР.
Постоянный участник выставок всех рангов, занимаюсь живописью, графикой, иллюстрацией, графическим дизайном, рекламой, росписью храмов.
Многие мои произведения находятся в частных коллекциях как в России, так и за рубежом.

К.Б.: Если набрать в поисковой машине «"художник Николай Усов», можно увидеть множество фото (изображений) Ваших работ, в том числе с выставок. Как Вы относитесь к публикации Ваших работ в Сети?

Н.У.: Очень положительно. Надо знакомить молодёжь с профессионалами.

К.Б.: По своему опыту отчётливо понимаю: есть области, в которых необходим талант, чтобы суметь в них хоть что-то. Сам я никогда не был художником. А в каких иных областях искусства Вы пробовали свои силы, помимо живописи?

Н.У.: Я никогда не ограничивался чисто техническими задачами реализации идей. Писал стихи, прозу, музыку. Это очень помогает и в живописной пластике. Образность мышления — это главное.

К.Б.: Для писателя момент истины — публикация первой книги. Для художника — персональная выставка. Каким был путь до Вашего момента истины?

Н.У.: Да. путь от оформителя, обслуживающего Партию за деньги, и через социально — критический плакат, — дорогого стоит. Я был востребован Властью и привилегии имел.
Издательство «Плакат» ЦК КПСС на М. Грузинской меня обхаживало, бронировало номера в лучших гостиницах Москвы, когда я идеи только подавал.
Сейчас — работа на себя. На энергетику произведений.

К.Б.: Если кто-нибудь захочет приобрести Ваши работы, можно ли будет это сделать через Интернет? Продаёте ли Вы вообще работы через Интернет?

Н.У.: Да, конечно, я не зациклен, как Павел Корин, на мастерской — прошу, заказывайте

К.Б.: Работа на заказ — вопрос всегда немного болезненный. «Не продаётся вдохновенье...» — а как Вы относитесь к заказам?

Н.У.: Я предполагаю, что «заказ» — это призыв сделать добро человеку, который в этом нуждается. Ну, если я делаю авторскую копию своей ранее сделанной работы, то энергетика её остаётся. Тем более, если я буду писать портрет по заказу с фото, или пейзаж. Всё проходит через меня, и образ получается авторский.

К.Б.: У каждого творца свой путь к успеху, свои приёмы и хитрости. Можете ли Вы посоветовать что-нибудь тем, кто только приступает к постижению тайн живописи?

Н.У.: Я бы ребятам посоветовал сидеть на Почтамтах и Вокзалах с бумажкой и карандашиком. Такой кайф пластики!

К.Б.: Увидеть картины в реальности всегда интереснее, чем на экране компьютера. Не расскажете ли, где и когда можно увидеть Ваши работы воочию?

Н.У.: Бывают выставки, в галереях развешиваюсь, ну, чёткого графика нет.

К.Б.: Любимый вопрос, который не любит практически никто: каковы Ваши творческие планы?

Н.У.: Да план простой: накрасить на радость вам чего-нибудь побольше!

К.Б. от себя добавлю ещё, что если вам понравились работы Николая Усова, вы можете заказать их и на этом сайте. Просто отправьте мне сообщение, чтобы узнать все подробности.

Адрес уведомления об обратной ссылке для этой записи:

https://boyandin.name/trackback/596