Записки Дениса ЯЦУТКО

История и история

yatsutko — Fri, 03 Sep 2010 13:47:58 +0000

Очень странно бывает, когда ты, скажем, участвовал в неких событиях или даже эти события инициировал, режиссировал, именовал, привлекал людей, а потом проходят годы – и тебе говорят, что твоя история, то есть реальная история, то, как на самом деле всё было, – это “лишь одна из версий, вероятная, но малопопулярная, а скорее всё было так…” И даже если о том, что было, грубо говоря, у истоков, то же самое, что и ты, слово в слово, говорят ещё двое или трое, оппоненты пожимают плечами: “Ну да, мы же говорим – малопопулярная версия. Всего людей-то её придерживаются два-три…” А ты при этом знаешь, что не только именно так всё и было, но и что, собственно, кроме этих двоих-троих там и не было-то в начале никого. Да, потом вы привели людей, те привели ещё, у людей появились какие-то лидеры, любимцы, кумиры, а ты к тому времени был уже совсем в другом месте. Ха, сколько народу участвовало, знают друг друга и все подробности, даже больше, а тебя ведь никто из них и не видел. И версию твою, верную то есть, не то чтобы отрицают – не знают просто.

Ещё страннее бывает, когда сразу после размышлений об этом берёшь в руки какую-нибудь историческую книжку.

Или Евангелие.

Посты, похожие на этот

Тихая групповая идентичность

yatsutko — Thu, 02 Sep 2010 19:16:21 +0000

Мне кажется, ходить по улице в кепке с надписью “Дагестан” или с огромным крестом на груди, или в хиджабе, или с флагом какого-нибудь государства после футбола – это почти то же самое, что громко орать о себе где-то, где это не принято. Ни один самый рьяный индивидуалист не лишён каких-то налётов групповой идентичности, каких-то групповых симпатий. В некоторых групповых конфликтах он кому-то сочувствует, а в иных может и открыто принять чью-то сторону. Хотя бы потому, что средний представитель одной группы ему намного более омерзителен (или опасен), чем средний представитель другой, которую он тоже не любит. А к какой-то группе он даже вполне себя причисляет, при не более чем трёх экранах оговорок. Но он не вешает себе на лоб никаких знаков этой группы не из-за этих оговорок даже, а просто потому, что считает хамством, например, рассказывать о себе случайным попутчикам в поезде или автобусе, представляться случайным прохожим и говорить им, шарахающимся: “Вот, я тут поэт-фотограф, слесарем работаю, сам с Ульяновска, верую в Кришнамурту”. Он может повесить на себя бирку с именем на какой-нибудь конференции, может представиться кому-то, кому надо. Актуализация личной информации, презентация идентичности для него – функциональны. Но для этой функциональности отведены опредленные места. В иных местах он придерживается в этом каких-то конвенциональных рамок. Почему? Ну, наверное, потому что все эти групповые идентичности крепко связаны с разными групповыми проблемами и отношениями, как индивидуальная информация связана с личными отношениями. И актуализирующий всю эту фигню – в той или степени навязывает себя и свои (и своих групп) проблемы окружающим. Мне навязывает. Я, может, в гробу видел думать, что имеет в виду, чего хочет и что демонстрирует человек с флагом или надписью. Но когда я вижу эти флаг или надпись, мне приходится это делать. И это неприятно. Как неприятно садиться в маршрутку, на лобовом стекле которой написано “Вован” (или “Бродяга”). Я просто передвигаюсь по городу. Мне нафиг не нужны ваши навязчивые презентации и тем более претензии (а уж групповая идентичность – это всегда претензия).

Конечно, тут для каждого своя граница, для каждого свои красные тряпки и свой порог раздражения. И кого-то точно так же раздражает что-то в моём внешнем виде, в том, как я говорю, хожу и т.п. Но что мне до этого кого-то? Особенно если на нём написано “Вован” или “Дагестан”. Знать о нём не хочу. У меня тоже есть групповая идентичность – я же её посреди улицы не вываливаю. Индивидуальную ещё могу, грешен, но групповая – это как-то совсем неприлично.

Посты, похожие на этот

Нет похожих постов

Вселенная детских анекдотов

yatsutko — Thu, 26 Aug 2010 22:03:23 +0000

Детские анекдоты – явление беспощадное в своих волюнтаризме и открытости. Вы помните анекдоты своего детства? Не подростковые, не юношеские, а именно детские, те, что вы приносили охреневающим родителям из младшей группы детского сада, те, что вам на ухо рассказывали, озираясь, пятилетние соседи во дворе двух многоэтажек. Помните? Я на днях вспомнил внезапно, и от некоторых моментов меня откровенно вштырило. Например, в детских анекдотах очень много абсолютно произвольных переходов. Как в древних магических сказках – что угодно может оказаться чем угодно. То есть, во взрослых анекдотах сохраняется некоторое следование некоторым безусловным тотальным закономерностям, а если не сохраняется, то все, и рассказчик, и слушатели, чувствуют и понимают, что это такой специальный абсурдистский анекдот. Но дети ещё не втянуты в большую часть взрослых закономерностей, и для них, как для народов, сочинявших иные сказочки, нет никакого абсурда, например, в том, что человеку может послышаться что угодно вместо чего угодно. Несколько раз подряд. А иностранность иностранца заключается в том, что он не знает некоторых существительных (или даже обозначаемых ими предметов), но легко ориентируется в отечественных глаголах, союзах и предлогах. Вот построенный на этом анекдот из моего раннего детства (осторожно моск):

Приехал к мужику в гости иностранец. Мужик решил ему город показать. Подходят они к машине, иностранец спрашивает мужика:
- Ты кто? (Офигенно, правда? Приехал в гости и такие вопросы задаёт)
- Шофёр.
А иностранцу послышалось “жопёр”. (Ну конечно, да, а как иначе?)
- Это что?
Мужик говорит:
- Машина.
А иностранцу послышалось “сосиська”.
Едут они по городу, видят столб. Иностранец спрашивает:
- Что это?
- Столб.
А ему послышалось “салат”.
Потом проезжают мимо милиционера на перекрёстке. Иностранец опять спрашивает:
- А это кто?
Мужик отвечает:
- Милиционер.
А иностранцу послышалось (внимание, особенно моск!) – “милиписька”.
И тут они врезались в столб. Милиционер подходит, а иностранец вышел из машины и говорит:
- Товарищ милиписька!
Жопёр не виноват.
Мы ехали в сосиське
И врезались в салат.

Нечто убийственное. Прекрасно в каждом слове, в каждом логическом повороте. На самом деле, конечно, мозги большинства людей до смерти работают вот ровно так, как мозги того ребёнка, что придумал этот анекдот. Только их научают немножко маскироваться, заучив небольшое число правильных ритуальных последовательностей.

Пожалуй, это самый детский и самый невероятный по всем параметрам с точки зрения взрослого человека анекдот, который я смог вспомнить. Но вот ещё вспомнилось (или полувспомнилось) несколько менее штырящих, но местами тоже показательных. Например, была целая серия историй о том, как комиссия приходит в сумасшедший дом. Большая их часть сводилась к тому, что главным психом (или, как минимум, человеком, глубоко вошедшим в мир бреда своих подопечных) оказывался главврач или даже глава комиссии. Этот итог анекдота был в ста процентах случаев не просто предсказуем, но попросту неизбежен, предопределён, но слушатели всё равно смеялись. Потому что это предполагалось ритуалом, начинавшимся с вопроса “А хочешь, анекдот расскажу?”

Приходит комиссия в сумасшедший дом. Заходят в палату, спрашивают у одного психа:
- Фамилия?
- Наполеон.
Председатель комиссии говорит:
- Притворяется, выгоняйте его.
У второго спрашивает:
- Фамилия?
- Наполеон.
- Притворяется, гоните к чёртовой матери.
И так далее.
Потом помощница у председателя спрашивает:
- А как вы определили, что они притворяются?
- Всё очень просто, – говорит главный проверяющий. – Дело в том, что Наполеон – это я.

Многие непонятные слова в детских анекдотах смешивались с понятными. Так дистрофики смешивались с психами. Кто такой дистрофик? Ну откуда об этом знать пяти-шестилетнему ребёнку? Но действие анекдотов происходит в больнице, а персонажи явно неадекватны. Значит, дистрофики – это психи. Всё просто. То есть, в предыдущем анекдоте допрашивать вполне могли не психов, а дистрофиков. Хотя, конечно, анекдот о дистрофиках, играющих в больнице в прятки и прячущихся за удочкой и за леской тоже бытовал. Но ничего не объяснял о дистрофиках, кроме того, что они ненормальные. Станет нормальный человек прятаться за леской? Вопроса, откуда в больнице удочка, не возникало: в магическом мире что угодно может быть где угодно.

Эротические грёзы маленьких мальчиков… Хотя нет, не грёзы. Какие нахрен грёзы в этом возрасте… Скорее попытки маленьких мальчиков вписать скудные сведения об эросе в свою картину мира в анекдотах также проявлялись весьма своеобразно. То есть, я хочу сказать, что вот, например, подробности нижеописанной ситуации не казались чушью и бредом.

Учительница вечером собирается домой, выключает свет, смотрит, а Вовочка сидит в коридоре и плачет.
- Вовочка, что случилось? Почему ты не дома?
- А меня родители не забрали, – говорит Вовочка и хнычет.
- Ну, пойдём ко мне домой.
Привела учительница Вовочку домой, уложила на раскладушку, сама легла на кровать. Вовочка всё равно хнычет.
- Ну что ты плачешь?
- А мама мне всегда разрешает с ней спать.
Учительница вздохнула, но уложила Вовочку с собой. А он опять ревёт.
- Ну что ещё такое?
- А мама со мной всегда без комбинации спит и без трусов.
Сняла учительница тогда комбинацию и трусы, легла к Вовочке голая, а он опять плачет.
- Ну а теперь что?
- А мама мне всегда разрешает за сиськи держаться и пальцем в пупке ковыряться (Согласитесь, правдоподобно, да? В семье каждого, кто рассказывал этот анекдот практиковалось нечто подобное. И только учительница была не в курсе).
И опять плачет. Учительница говорит:
- Ну ладно (Ага).
Вовочка к ней придвинулся, а она ему:
- Э, Вовочка, это не пупок.
- А это не палец.

Совершенно невозможная ситуация. С другой стороны, если вы посмотрите какой-нибудь наиболее стандартный порнофильм a la “Приходит сантехник”, вы поймёте, что многие так и продолжают жить в мире этого анекдота, для них ничего не меняется.

С эротикой в детстве вообще сложно. Она непонятна, с ней связаны разные необъяснимые запреты, а необъяснимое, непонятное пугает и вызывает защитную реакцию в виде смеха. То есть, гениталии и другие проявления пола – это в определённый период детства смешно само по себе. Во всяком случае, в некоторых социальных кругах. Помню, когда мне было лет семь, один мой пятилетний сосед, озираясь, рассказывал мне анекдот:

- Чукча поехал в Москву и пошёл в театр, а потом приехал домой и рассказывает: “Выходят на сцены тётьки голые воо-о-от с такими сиськами, а потом дятька голый – с во-от такой писькой”.

Рассказал это и сам смеётся. Я у него спрашиваю:

- А дальше?

Он говорит:

- Всё.

Я запомнил этот анекдот на всю жизнь: очень был впечатлён.

К слову, через много лет у меня появилось предположение, откуда у этого анекдота ноги растут. Может, слышали что-то вроде этого:

Поехал грузин в Москву, вернулся, соплеменники спрашивают:
- Ну, где был, что видел, рассказывай.
- Бил, – говорит, – в Большом театре, видел балет. Значит, свет в зале гаснет, выходит на улицу девущка – красивый! – и давай скакать – туда, суда. Потом выходит юноша – красивый! – девущка взял, поднял, понюхал, не панравился, бросил. Зал ему кричит “Ибись! Ибись!” А он не стал, ушёл: гордый бил.

Вероятно, мальчик услышал нечто подобное от старших товарищей, возможно, они ему даже попытались что-то объяснить, но в итоге всё редуцировалось к единственно знакомому в этом возрасте проявлению эроса: писька – это смешно.

Минималистичная реалистическая песенная композиция из анекдота ниже не менее безумна и невозможна, чем почти всё, что упомянуто ранее, однако классе во втором нам так не казалось. И мы воспроизводили этот анекдот по многу раз.

Едут в купе заяц, волк и медведь. Заяц бренчит на гитаре и поёт:

В натуре, в натуре, в натуре три вагона!
В натуре, в натуре, в натуре три вагона!
В натуре, в натуре, в натуре три вагона!
В натуре, в натуре, в натуре три вагона!

Волку надоело, он зайцу говорит:

- Пойдём выйдем.

Вышли, волк возвращается весь избитый, а заяц опять за гитару и поёт:

В натуре, в натуре, в натуре три вагона!
В натуре, в натуре, в натуре три вагона!
В натуре, в натуре, в натуре три вагона!
В натуре, в натуре, в натуре три вагона!

Тут медведь не выдержал и тоже говорит зайцу:

- Пойдём выйдем.

А волк:

- Миш, не надо: их там и в натуре три вагона.

Чёрт побери, это же сцена для сюрреалистической кинокартины! То есть, понятно, что заяц, волк – это типажи, но сама история!

И напоследок:

Купил Гена велосипед, собрался ехать кататься, а Чебурашка просит:
- Гена, возьми меня с собой.
- Как же я тебя возьму, Чебурашечка? У меня же багажника нет.
- А ты меня на руль посади.
Так и сделали. А на перекрёстке останавливает их милиционер и говорит Гене:
- Сними с руля.
А Чебурашка обиженно:
- Я не сруль! Я Чебурашка!

Update. i_kratkaja в комментариях в ЖЖ пишет: “Да уж… Всё вышеперечисленное знаю, хотя не точно в таких вариантах. Мне вот всегда было интересно, как они распространяются на такие огромные расстояния. Дети в командировки не ездят ведь – максимум в лагерь”.

Я в связи с этим вспомнил, что был у нас во дворе такой товарищ – Женька по прозвищу Чита. Потому что он был из Читы. То есть, большую часть года он жил в Чите, а на лето приезжал к бабушке в Ставрополь. И вот он однажды рассказал нам анекдот про бурята. Кто такие буряты, мы тогда даже приблизительно не представляли, а для его мира они были нормальным повседневным явлением вместе со всеми окружающими их мифами и микромифами. Но ребёнок же не осознаёт разницы в индивидуальных мирах, а потому не считает нужным давать предварительные разъяснения. И вот Женька рассказал нам такое:

Жена случайно закрыла бурята в туалете и ушла на работу. Вечером она его открыла и он сразу кинулся на кухню пить воду. Выпил жадно несколько стаканов и говорит:

- Ух, весь день от жажды страдал: бачок открыть не сумел, а из унитаза пить не могу.

Это был весь анекдот. Мы смотрели тогда на Читу и недоумевали, что смешного в том, что человек не может пить из унитаза. В унитаз испражняются, пить из него негигиенично и вообще западло. Как-то, в общем, не смешно. Чита посмотрел на нас выжидательно и спросил:

- Ну?

Мы продолжали недоумевать.

- Ну ёлки-палки! Ну бурят! У него же рожа широкая! В унитаз не пролазит!

К недоумению прибавилось недоверие.

- Женька, – спросил я. – А буряты – это вообще кто?

- Ну вы даёте! – воскликнул Чита. – Ну такие живут у нас там, в Чите, люди с огромными мордами.

Незнакомое слово “бурят” напоминало знакомое слово “буряк” (так в Ставрополе тогда называли свёклу). Так я и запомнил на несколько лет, что буряты – это такие странные люди из далёкой Читы – с непролезающими в унитаз лицами свекольного цвета.

upd2. А это бонус-трек на тему:

Посты, похожие на этот

Убить царя в языке

yatsutko — Tue, 03 Aug 2010 14:27:06 +0000

Рассуждая о переименовании должностей и общественных институтов (вместо «глава города» – «ответственный координатор городских служб», вместо «власть» – «экспертно-координирующие службы» и т.п.), пришёл к мысли, что одна лишь «фильтрация базара», одно лишь исправление повседневных речевых практик и печатных нормирующих дискурсов в плане максимального удаления из них следов вертикально/пирамидально организованного общества, терминов и отношений, утверждающих и сакрализующих социальную иерархию, может способствовать существенному оздоровлению человечества – даже без (вернее – до) изменения собственно общественных и квазиобщественных структур.

Как отец, которого дети называют по имени, как и друг друга, оставаясь фактически в семье самым важным и сильным добытчиком и координатором ресурсов, обладателем большего, чем у детей, опыта и т.п., всё же воспринимается ими уже не так, как отец, именуемый исключительно термином «отец» и его синонимами или, например, «главой семьи». То есть, он всё ещё добытчик, даритель и воспитатель, но отношения между ним и детьми – только в силу исправления речи – менее иерархичны.

Точно так же, называя кого-то властью, правительством, мы будто вменяем этим людям, этим институтам властвовать и править. Совсем другое дело – «совет граждан, ответственных за…», «экспертиза», «временное проектное руководство». Такие названия напоминают о том, что ты тут не навсегда, что ты можешь советоваться, что тебе неплохо бы разбираться в том, чем ты занимаешься.

Кроме слов с прямой тоталитаризирующей семантикой, нужно устранить из социального и квазисоциального обихода слова, сакрализованные традицией, обросшие тоталитарным догматическим дискурсом. Например, слово «государство». Слышали, наверное, фразы типа «Государство – свято», «государство самодостаточно»? К чёртовой бабушке. Никаких государств. Заменить максимально безликим синонимом, лучше всего неудобопроизносимым. Что-нибудь вроде «изобщественный аппарат координации редистрибуции и деятельного содействия безопасности личности».

Название «Россия» лучше тоже отменить: слишком много на нём висит нездоровой поэзии. «Союз Советских Социалистических Республик» было во всех смыслах более здоровым названием для подобного рода корпорации, но за 70 лет оно тоже обросло (и было сознательно декорировано) слишком большим количеством вредной романтической дряни. Учитывая этот опыт, название надо время от времени менять. Три-четыре года – «Общество жителей евразийских территорий», потом ещё пять лет – «Союз граждан, избирающих представителей». И т.п. Только, что важно, упор в наименовании должен быть на людей, жителей, граждан. То есть, не республик союз или земель, в котором люди – что-то побочное, а людей, живущих на земле и, возможно, организованных в виде республики (или республик). Тут ещё есть над чем подумать, конечно, но главное – не стараться делать это название лёгким и хлёстким. Пусть будет громоздким и скучным. А как же, спросите вы, его произносить в повседневной речи? А никак. Оно в повседневной речи не требуется. Как раз люди станут меньше болеть сдвинутостью самоидентификации. Потому что сегодня им очень легко сказать, что они, типа, из России. И всё, мозг повреждён. А так – «ну, я из этой фигни в верхней части карты, которую по три раза на год переименовывают… да какая, блин, разница… я – это я».

Социальные, структурные, отношеннические изменения за такой реформой языковой практики пойдут неизбежно: запечатлённое в речи мировосприятие потянет за собой мир.

Только начинать такие реформы нужно самостоятельно. Грубо говоря – фильтровать в первую очередь собственный дискурс и стараться заразить этим процессом окружающих. Начать эту важную реформу законом, нормативным актом – невозможно. Только через устную речь, блоги, газеты, телек, моду.

Я, собственно, понемногу уже начал. Предлагаю всем присоединяться.

Посты, похожие на этот

Развитая религия как тратака

yatsutko — Fri, 30 Jul 2010 17:24:01 +0000

Тратака – тип медитации, сосредоточение взгляда с целью очищения сознания от мусора. В качестве объекта сосредоточения обычно используется огонёк свечи. Всё просто: смотрим на свечу, пока кроме огонька в голове не останется ничего. Потом закрываем глаза. Profit. Попробуйте как-нибудь.

По сути сам по себе огонёк тоже лишнее, мусор. Мы удаляем его, как удаляем моющее средство с посуды после мытья. Он нам помог, но глупо пялиться на него слишком долго.

Развитая религия (особенно если рассматривать её в отрыве от деревенских и государственных адептов) тоже очищает мозги от разного мусора: дебильных примет, бытового магического сознания, тусовки домашних духов, вредных древних обычаев и традиций, злобы, разных страстей и множества заблуждений. В конце концов не остаётся ничего, кроме Бога. Потом удаляем и его – как огонёк свечи, как моющее средство. Profit.

Странно, что некоторые до смерти ходят в мыле с огнём в глазах.

Посты, похожие на этот

Нет похожих постов

Глава города

yatsutko — Fri, 30 Jul 2010 16:30:02 +0000

Обратил сегодня внимание на большую с золотом вывеску “ГЛАВА ГОРОДА“. Конечно, то, что существуют подобным образом называемые должности, омерзительно и очень вредно. При советах было гораздо культурнее – “председатель городского исполнительного комитета”. Ибо что такое “глава”? Это слово подразумевает некую главенствующую позицию в отношении всего города. Но ведь город – это не только службы местного самоуправления. Это и жители, и частные предприятия, и образовательные учреждения, и какие-то сообщества, и даже крысы с кошками и собаками. Разве так называемый “глава города” каким-либо образом главенствует или имеет право главенствовать над всеми этими людьми, институтами и животными? Нет. Но такое именование навязывает всем, кто его слышит и читает, весь сонм своих семантических теней и оттенков. “Глава” – значит “главный”. И кто-то из горожан и в самом деле начинает считать просто постороннего человека в чём-то над собой главным. Это недопустимо.

Далее. “Глава” – славянская форма слова “голова”, как известно. То есть, наименование “глава города” навязывает воспринимающему антропоморфное восприятие города. То есть, это наименование данного рабочего места не просто вредно – оно несёт в себе религиозный, причём примитивно языческий оттенок.

Подобные названия должны быть непременно искоренены. Конкретно то, что сейчас называется “главой города”, следовало бы именовать ответственный координатор служб городского самоуправления.

Посты, похожие на этот

Царь в голове

yatsutko — Tue, 27 Jul 2010 16:38:49 +0000

“При Медвепуте, при Ельцине, при Сталине, при царе-батюшке…”

Что ж вы, братцы, всё при ком-то? Самим никак?

Посты, похожие на этот

Нет похожих постов

О желании зла

yatsutko — Mon, 26 Jul 2010 10:37:25 +0000

“Надеюсь, экологов (несогласных, нацболов, фашистов) отпиздят по полной…” Всегда недоумеваю, встречая такие и подобные заявления в ленте. Вот, есть некие люди, с позицией и деятельностью которых ты несогласен. Но бить-то их зачем? Тем более не самому, а “надеяться”, что это сделает кто-то другой. Будто не в реальности живёшь, а смотришь кинобоевик. “Давай, Роки, мочи гадкого негра, разбей ему бровь в кровь!” А это ведь не кино. Чёрт побери, ну пусть люди, чья точка зрения не похожа на вашу, говорят или даже кричат что-то, что вам не нравится, пусть они даже перекрывают движение и мешают кому-то куда-то идти или что-то пилить, но ведь не бьют же никого, не убивают, не сажают в камеры. Почему же нужно на них натравливать кого-то злобного и агрессивного? Как можно радоваться тому, что на активистов, защищающих какой-то там лес, спускают так называемых “футбольных фанатов”? При чём тут вообще футбол? Вы подумайте: на людей, так или иначе озабоченных некой идеей, которую они считают социально важной, натравливают людей, которым просто нравится орать, драться и ненавидеть всех, кто как-то отличается от них самих. Как можно этого хотеть и этому радоваться? “Несогласных” жёстко разгоняет ОМОН. За что? Человек вышел в город с плакатом и выкрикнул какие-то лозунги? Это что – повод швырять его лицом в асфальт, грубо заталкивать в машину и везти туда, куда он не хочет? Он что – преступление совершил? Ладно, раз уж их там каждый месяц бьют, а они всё равно идут, можно считать это поведение глупым, не поддерживать его и даже, может быть, осуждать, но как можно радоваться, что мирного невооруженного человека грубо хватают и так же грубо куда волокут? Вам бы понравилось, если бы вас, лично вас, схватили, двинули для острастки под рёбра и поволокли не туда, куда вам хочется или надо? Скажете: “А нас-то за что?” А их? Вы сидите на стуле – они идут по улице или стоят у дерева. Вы пишете свои мысли в жжшечку – они бестолково выкрикивают в воздух. Какая между вами разница? Так почему же можно хотеть, чтобы им делали больно грубые люди, с которыми лично вы наверняка не захотели бы встретиться в тёмное время суток на узкой улочке?

Посты, похожие на этот

Нет похожих постов

Бредить, вздрагивать и орать – участь нации

yatsutko — Fri, 23 Jul 2010 19:14:06 +0000

Глядя на рекламу, висящую в городе на бигбордах, заглядывая в телевизор во время рекламных роликов, заметил закономерность: огромнейший процент (по моим ощущениям – вообще все, но я не статистика, ручаться не могу) рекламных сюжетов строится на обещании (или требовании) неадекватных, изменённых состояний – от вздрагивания, двигательного расколбаса и диких воплей с зажмуренными глазами до откровенных галлюцинаций, сладкого бреда о богатстве, успехе, удачных сексуальных партнёрах и т.п. Причём бред преподносится именно как бред и не более того. И продукт, дарящий бред, будто бы ценен именно этим. Выпил/съел что-либо – и получил приятную галлюцинацию. Интересно здесь то, что в реальности все эти продукты никаких галлюцинаций не вызывают и даже плясать, орать и вздрагивать не заставляют. В потребителе должен выработаться рефлекс типа “вижу продукт – вспоминаю рекламный сюжет – хочу стать счастливым неадекватным безвольным перекошенным идиотом – покупаю – становлюсь”. И дело не в том, что под это обещание может продаваться любой жёваный жмых, а в том, что людям внушают: владеть собой, быть сосредоточенным и спокойным не круто – круто трястись, как чёрт знает что, орать, прыгать, обжираться сомнительными субстанциями, погружаясь в бред, бегать как сумасшедшие и быть с любого расстояния похожими на бодрых амёб.

В таком положении вещей, конечно, легко и приятно видеть заговор инопланетян против России-Матушки, извините за выражение, но, мне думается, всё прозаичнее. Абсолютному большинству людей, если их не одёргивать время от времени, если их не воспитывать, не напоминать регулярно о пользе рассудочного поведения, самим приятно именно что ржать, бредить, орать и прыгать. И они достаточно регулярно этим занимаются, многим даже и повода особого не надо. У меня, например, была одна простодушная знакомая, которая, когда в компании, по её мнению говорилось слишком много умных и непонятных слов, просто ловила паузу и громко с улыбкой предлагала: “А давайте поржём!” Ничего особенно плохого в этом нет. Большинство людей только так и может “разряжаться” – сбрасывать то напряжение, что накапливается в них изо дня в день в результате усилий, необходимых, чтобы вести себя по-человечески. Ну да, для многих это тяжелая работа, поэтому по выходным они идут на танцы, на футбол и в прочие места, где более или менее принято не быть и даже не казаться человеком. Но важно понимать, что то же большинство об этом не забывает и без напоминаний. Расслабиться, поорать, поржать – хлебом не корми. Вот собраться, успокоиться, задуматься – с этим сложнее. Люди знают и помнят, что им нравится. Сами помнят.

А теперь ещё и медиасреда постоянно напоминает им об этом. Они и так не очень страдают рассудочностью, спокойствием, им приходится напрягаться, чтобы удерживать внутреннюю (да и внешнюю, чё там) обезьяну с оскаленными зубами и перемазанной переспелым бананом мордой от опасных прыжков и идиотских поступков, а им ещё со всех сторон бубнят: попрыгай, попрыгай, оттянись, расколбасься, зажги, бредь, будь глупым, вывали язык, поори, зажмурясь.

Бедные, бедные мои сограждане.

Посты, похожие на этот

Знамя моей Родины

yatsutko — Wed, 14 Jul 2010 15:45:58 +0000

Хочу уточнить по поводу флагов (1, 2) и термина Родина.

Некоторые почему-то решили, что, раз мне неприятен флаг РФ, значит я не люблю Родину и должен, типа, ехать в ту страну, флаг которой мне нравится.

Это, конечно, всё бред, а потому я немного поясню.

Дорогие друзья! Флаг – это символ государства. А государство – это не родина, а аппарат, который на родине и её обществе паразитирует. То есть, мне неприятны – как символы паразитов – флаги любых государств. Не только России.

Чисто эстетически, декоративно мне некоторые государственные флаги нравятся. Таких мало, и их красота не оправдывает их содержания.

Флаг РФ не нравится мне и эстетически. Он некрасив.

К флагу СССР у меня были (и остаются) двойственные чувства. С одной стороны, это тоже флаг государства, то есть машины подавления, эксплуатации, уничтожения, да ещё и одной из наиболее мощных в этом смысле машин. Но однажды, во время работы на виноградниках, я не брезговал носить на голове повязку из половины флага СССР, а сейчас у меня есть в виде оного флага юзерпик. Потому что красный флаг с серпом и молотом – не только флаг исторического государства, но и один из символов идеи, согласно которой люди способны жить разумно, руководствуясь не только жаждой наживы и прочими примитивными эмоциями. Я представления не имею, реализуема ли эта идея, прекрасно знаю, что уже случавшиеся попытки её реализации, в т.ч. тот же СССР, были ужасны, но всё же символ, одним из компонентов которого является уважение к человеку, признание за ним способности подчинить своё животное начало разуму, имеет, мне кажется, право на существование.
Кстати, флаг СССР вполне красив, но оправдывает его не это, а именно то, что брезжит за ним вот эта самая идея человечности человека.

Конечно, заглянув в историю и даже просто вспомнив ту часть СССР, что застали сами, мы увидим, что под этим флагом было очень много дурного. И в первую очередь исходившего именно от того, чьей официальной эмблемой он был – от соответствующего государства. Но допущение, что человек разумен, – тоже часть этого флага. Он поэтому не совсем государственный, не только государственный во всяком случае. И поэтому меня от него не так сильно воротит, как от российского и большинства остальных.

Хотя по улице я с ним в руках всё равно не пошёл бы: государственный флаг есть государственный флаг – всё равно что с горстью глистов в руках пройтись гордо.

А российскому флагу я ни одного оправдания найти не могу. Под российским флагом лезет из нор попьё, людей судят за слова, а ради чего? Не вижу смягчающих обстоятельств.

Ну и о Родине.

Я не совсем понимаю, что такое “любить Россию”. Территорию? Всю целиком? Народ? Тоже сразу весь? Государство? Его-то за что?

Территория, если мысленно оторвать её от государства, как-то сразу же Россией быть перестаёт. Где-нибудь станьте у государственной границы, проведённой по речке, и подумайте, как это: вот этот берег люблю, а тот уже нет? Воду у этого берега считаю родной, а у того – это уже другая, чужая и нелюбимая вода? А почему? Потому что на этом берегу вас может задержать мент в одной форме, а на том уже в другой?

Да и не был я в России. В Москве был, в Санкт-Петербурге, в Ставрополе, в Курске, во Пскове, в Новгороде. У меня есть какие-то впечатления от этих городов. Но повод ли это любить, скажем, Владивосток или Орёл? И что значит – любить город? Любить в нём жить подолгу? Любить бывать в нём летом? Любить проезжать через него на автомобиле?

Вот, в том числе и из-за этих вопросов я не могу ходить под флагом и удивляюсь людям, которые под ним ходят. Что для них этот флаг? Где границы того понятийного облака, которое этот флаг символизирует и с которым у них какие-то эмоциональные отношения? Означает ли, грубо говоря, приклеенный к заднему стекла автомобиля российский флаг, что владелец этого средства передвижения поддерживает выделение бюджетных денег на исследования г-на Петрика и любит свалку стеклянных бутылок и металлических банок неподалёку от Кравцова озера в окрестностях Ставрополя? Означает ли это, что он доволен российской конституцией? Ещё что-то?

Для меня Родина (которую я, конечно, люблю) – везде, где я был и что-то запомнил, что-то узнал, чему-то научился. Это далеко не вся территория, подконтрольная сейчас РФ, и, одновременно, не только территория, подконтрольная ей. И вообще не только территория: некоторые тексты, музыкальные произведения, компьютерные программы – тоже моя родина. Какой у этого всего флаг? Нужен ли он?

Мне – нет.

Посты, похожие на этот

Про Селигер. Часть 7. Участники